Грани безумия - Олеля Баянъ

Не выдержав печального взгляда мужа, я отвернулась, чтобы продолжить путь домой. Сделав пару шагов, я покачнулась и начала падать. С ужасом я поняла, что моё тело меня не слушается. Я снова не могла ничем пошевелить.

Не дал мне свалиться в грязный снег Велигор. Он подхватил меня на руки, предупредив, чтобы не двигалась, и побежал до дома. Всю дорогу до него нас преследовали странные звуки. То громкие, то тихие. То гортанные, то на высоких нотах.

— Что это? — не сдержавшись, поинтересовалась я.

— Не шевелись, — молящий взгляд Гора остановил меня от попытки взглянуть за его спину. — За нами бежит один из монстров, почуявший запах крови.

— Что нам теперь делать? — я растерялась от такого заявления.

— Мы закроемся в доме, — просто ответил драконид. — Лучше один раз увидеть, — пояснил он, заметив недоверие на моем лице.

Вскоре к одному монстру, преследовавшему нас, присоединился ещё один. Мы определили это по второму голосу, добавившемуся через несколько минут. Велигор продолжал бежать, не оборачиваясь назад. Когда мне улица показалась знакомой, а в середине её увидела наш дом, я вздохнула с облегчением. Оказалось, зря.

Едва мы приблизились к нему, как из-за его угла выскочила третья тварь и бросилась к нам наперерез. Мой разум выдал несколько вариантов действий, но, видимо, муж распознал мою задумку.

— Только не шевелись, — повторил он. — Живун! Лови! — последовал его громкий приказ домовому.

И меня забросили в открытую дверь в доме. От внезапности я закричала, но помня предостережение мужчины, постаралась не шелохнуться. Я приготовилась к сильному удару об пол. Но чьи-то невидимые объятия мягко приняли меня, едва я залетела внутрь. Меня осторожно опустили на пол, предусмотрительно подстелив мягкое одеяло. Цепь удлинилась и истончилась, стала практически невидимой и неосязаемой.

Стоило мне оказаться за порогом, как по периметру дома возникла стена из сияющего голубого света. С глухим стуком один из монстров ударился об нее, чтобы тут же отпрянуть с диким визгом, наполненным болью.

Только после этого хранитель дома подошел ко мне.

— Хозяюшка, — протянул он радостно. — Я так переживал, что не уследил за вами. Боялся все рассказать хозяину, — его взгляд искал прощения.

Но за что его прощать? Может, мы с ним и повздорили сначала, но домовой меня изначально предупреждал о том, чтобы я не покидала дом. Пообещав, я всё-таки нарушила слово. Это мне следовало бы извиниться перед ним.

— Прости меня, — прошептала я ему и потянулась к нему обниматься.

Но мне это не удалось. Живун остановил меня, связав своей силой. На мой удивленный взгляд последовал вполне спокойный и разумный его ответ:

— Хозяин велел вам не шевелиться, — назидательным тоном проговорил мне он.

— Снова не слушается? — послышался голос мужа, после чего он появился из-за стены света, свободно пройдя сквозь неё.

Драконид был ранен и испачкан в крови, и от него исходил зловонный дух.

— Ничего страшного, — произнёс супруг, заметив исследующий его тело мой взгляд. — Главное промыть тщательно раны и смыть с себя кровь тварей, — Велигор склонился надо мной, глаза его прищурились. — Совсем недавно ты хотела глотку мне порвать, а сейчас уже заботишься, — он выпрямился. — Определись, чего ты хочешь, — его суровый взгляд пригвоздил меня.

После этих слов мужчина направился по коридору в ванную комнату. Довольно скоро супруг вернулся. Видимо, вода остудила его гнев, потому что его выражение лица смягчилось.

— Снимай путы, — приказал Гор домовому. — Прошу тебя, не двигайся, — впервые в его голосе проскользнули нотки мольбы.

Мне было не понятно, почему нельзя шевелиться, но я сдержалась и позволила дракониду взять меня на руки и отнести в комнату, находившуюся за лестницей. Как оказалось, это был своеобразный кабинет. Велигор дал мне время рассмотреть убранство комнаты, на которой отложился отпечаток её хозяина. Стол, диван у стены и пара шкафов. На противоположной стороне было огромное окно, размером почти во всю стену. Аскетично, но просторно.

— Не боишься, что сюда проберутся монстры? — задала я закономерный вопрос.

— Нет, — просто ответил он, положив меня на широкий длинный диван, стоявший у правой стены. — У нас в доме живет домовой. С защитной силой домовых никто не может сравниться в Едином мире. Так что мы здесь в полной безопасности, в отличие от других, — пояснил Гор, садясь на пол рядом с диваном. — Тебе следует поспать. Во сне ты быстрее восстановишься, — драконид положил свою голову на край дивана, закрыв глаза.

Мы замолчали, думая каждый о своём. Я внимательно рассматривала его профиль. Сейчас мне были заметны мелкие морщинки, говорившие о его зрелости и возрасте. Стала бросаться в глаза его усталость, ссутуленные плечи, словно под тяжестью проблем. От чего? Неужели в его жизни не было радостных моментов? Разве нет тех, кто готов быть с ним рядом всегда? И куда делась та драконида, с которой он целовался под окнами нашего дома?

Его первая жена. Разве не было у них брака по любви? Или здесь снова вмешался закон сохранения их породы? Раз изменила, то точно уж не любила. И стоит ли осуждать мёртвую? А вторая? Кажется, её звали Аниса. От чего отказалась она, чтобы вырастить чужого ребенка далеко в недружелюбной атмосфере?

Мой взгляд не отрывался от его фигуры. Мне хотелось постичь его мысли, понять то, что чувствовал. Его предавали, терпели (не думаю, что эта Аниса и ребенок хоть сколько-нибудь любили его, потому что он до сих пор один, и этот ребенок ни разу его не навестил за все время моего пребывания у драконидов), мучают мной. Теперь еще и выяснилось, что у него не будет детей. Из-за меня.

Мой взор переметнулся к цепи, связывающей двух разных людей с непохожими судьбами и характерами. Зарина постаралась дать нам надежду, которой после моего признания не суждено воплотиться в реальность. Но поцелуй в убежище говорил об обратном. Причём его инициатором был Гор, несмотря на то, что нас снова прервали, он всё же завершил его.

— Почему ты меня поцеловал? — мой вопрос вырвался быстрее, чем ко мне пришло осознание необходимости задать его.

— Может, ты мне нравишься, — последовал неясный ответ.

— Может, у тебя давно не было женщины? — во мне заговорил Анри, язвительный телохранитель из королевской гвардии.

Не успела я договорить вопрос, как Велигор молниеносно подскочил со своего места и навис надо мной. От подобной ответной реакции я вздрогнула, и меня тут же скрутило странной болью, похожей на то, когда к онемевшей части тела начинает возвращаться чувствительность. Сверкающий возмущением взгляд мужчины смягчился, когда заметил, что я испытываю боль, и он сел на прежнее место.

— Может, это у тебя давно не было мужчины, — в голосе драконида проскользнула обида. — Я почувствовал твоё возбуждение, — смилостивился Гор до объяснения. — У драконидов острый нюх, острее только у вурдов.