Рожденные в полночь - Жаклин Митчард

Они долго не могли успокоиться, боялись оставаться в одиночестве и льнули друг к другу. Слушая, как родители обсуждают изменения, произошедшие в их характерах за последнее время, близнецы с трудом сдерживали истерический смех. Девочкам казалось, что их прежнее естество куда-то исчезло, а вместо него появились две совершенно не похожие на прежние души. Они утратили чувство незыблемости своего существования.

— Чего мне сейчас по-настоящему хочется, так это спокойствия, — сказала однажды сестре Мерри. — Мне не нужен парень. Я не хочу попасть в сборную команду. Это все неважно. Единственное, чего я хочу, — это стать такой, как прежде.

— А я буду монахиней, — сказала Мэллори. — Я стану единственной на свете монахиней, которой еще не исполнилось семидесяти пяти лет. Я превращусь в красавицу, и люди будут спрашивать друг друга: «Почему она в монастыре? Какая трагедия приключилась в ее жизни?» Я стану сестрой Генезией. Святой Генезий[12]— это покровитель актеров, а я теперь часами смотрю «мыльные оперы».

Проходя мимо спальни дочерей, Кэмпбелл к своему облегчению услышала их смех. Она уже успела позабыть, как смеются ее старшие дети.

Последнее время девочки слишком много времени проводили в доме: читали, играли с Адамом в настольные игры, особенно в «Монополию».

Глядя на сына, Кэмпбелл, расчувствовавшись, чуть было не заплакала.

— Я люблю тебя, — прошептала она. А встретив мужа, сказала: — Девочки выздоравливают.

Тим Бринн не особенно беспокоился о здоровье дочерей. Мэлли теперь часто помогала ему в магазине. Мерри выказывала готовность присматривать за Адамом, который предпочитал думать, что старшая сестра «тусуется» с ним. Девочки ездили в школу, а оттуда прямо домой. Они занимались спортом. Каждый день Мерри посещала тренировки черлидеров и занималась там до шести вечера. Мэлли начала готовиться к летнему футбольному сезону. Девочки играли в карты, слушали музыку и много спали.

Мэлли теперь не пропадала где-то днями напролет, а Мерри не донимала родителей просьбами заехать за Ким и Эриком, а затем подвезти их к дому ее подруги или к торговому центру, который находится на расстоянии «всего каких-то» тридцати миль от дома.

Однажды поздно вечером, когда по телевизору транслировали хоккейный матч на кубок Стэнли, Мэлли проскользнула в комнату и уселась на кожаный диван рядом с отцом. Тим подвинулся, и они вместе досмотрели игру до конца. Такого не было уже долгие годы.

Вещие сны близнецам не снились.

Мерри сказала друзьям, что пожар выбил ее из колеи и теперь она готовится к экзаменам. Встревоженная Эден позвонила Мэллори, но та заявила, что восстанавливается после полученных при пожаре травм.

Однажды Дрю повез близнецов в «Бургер Хэвен».

О том, что случилось в «Крест Хэвен», девочки так и не рассказали. Но позже они все же открыли ему часть правды. Не было смысла дурачить Дрю. Не было смысла заходить дальше, чем следовало, не рискуя лишиться его дружбы.

Мэллори нервно теребила в руках соломинку, пока Дрю не отобрал ее у нее.

— То, что мы тебе сейчас расскажем, должно остаться между нами, — сказала наконец Мэлли.

— Ни при каких обстоятельствах не говори этого никому, — добавила Мерри. — Что бы ты о нас не услышал. Ты наш лучший друг, но если твои или наши родители узнают…

— Они сошлют вас на солеварню, — пошутил Дрю.

— Точно, сошлют, — согласилась с ним Мерри.

— Близнецы, — начала Мэллори, — некоторые близнецы обладают…

— Телепатией, — закончил за нее Дрю. — Я уже давно это за вами замечаю. Когда одна из вас хотела в детстве съесть сливу, другая выходила из дома со сливой в руке. Расскажите лучше то, чего я не знаю.