Мой Щенок - Вероника Аверина

В приемной меня встретила подтянутая, улыбающаяся секретарша, изумительно похожая на фарфоровую куклу. Видимо, такое сходство возникало из-за медово-желтых волос, уложенных в тугие кудри, и огромных глаз, обрамленных густыми черными ресницами. Приняв пальто, кукла предложила мне расположиться в кресле. Меня заставили томиться около двадцати минут, что, в общем, было вполне вежливо, учитывая, что я приехала заранее. Наконец, кукольного вида секретарша вновь улыбнулась мне и поведала, что я могу пройти в кабинет.

Я поправила жакет, взглянула в зеркало, чтобы удостовериться, что все в порядке, и шагнула за тяжелую дверь. Меня ослепили лучи солнца, врывающиеся сквозь неплотные жалюзи. Кабинет, исполненный в шоколадно-коричневых тонах, словно искрился. Солнечные блики прыгали по стенам и отполированным поверхностям, создавая причудливую игру света и тени. Я замерла, вслушиваясь в пространство. Огромный тяжелый стол передо мной оказался чист и одинок, и кресло подле него пустовало. Зато справа я почуяла тень движения, немедленно повернув голову.

— Отлично, — удовлетворенно отметил среднего роста худощавый мужчина, выступая из сумрака угла и с видом ценителя приближаясь ко мне. — Просто превосходно. Знаете ли вы, что у вас изумительная форма головы?

— Неожиданный, но приятный комплимент, — сдержанно улыбнулась я, позволяя любоваться собой, сколь угодно. Немолодой мужчина, с проседью в густых каштановых волосах, обладающий глубоким хриплым голосом, кого-то мне напоминал, но я никак не могла сообразить, кого.

— Альфред Бужен, — представился мой новый знакомый и уточнил: — Директор этого пропащего заведения. Все же, Леди, вы — лучшее произведение вашего мастера.

— Вы мне льстите, — возразила я без тени кокетства.

— Нет. Ничуть. Вам не с чем сравнивать, а через мои руки прошло не одно поколение. Да и с Ами мы всегда прекрасно общались, у меня был шанс оценить ее воспитанников.

Моя память, наконец, прояснилась, выдавая мне нужную информацию. Ну конечно! Альфред Бужен, специалист по ножам. Он вел несколько мастер-классов у нас, обучая хитростям работы с метательными клинками. Три или четыре встречи, но показал он себя очень хорошо. Сделанная им карьера вызывала уважение.

— Вижу, вы меня вспомнили. А я вас запомнил отлично. Вы были очень старательной девочкой. Приятно видеть, что способная ученица выросла в отличного профессионала. Я помню вашу работу с обратным хватом. Это было впечатляюще, — мужчина прошел за свой стол, прикрыл жалюзи и занял кресло.

— Спасибо, господин Бужен, — отозвалась я, оставаясь на месте.

— Нет-нет, зовите меня Альфред. Так нам будет проще говорить. Присаживайтесь, Леди. Вас угостить кофе?

Я расположилась в кресле для посетителей, откинувшись назад и положив ногу на ногу, намеренно уводя атмосферу дальше от профессиональной темы. Несколько секунд поразмыслив, я согласилась:

— Да, пожалуй, я не откажусь от кофе. И сигарету, если позволите. Я провела за рулем почти четыре часа.

Мистер Бужен отдал указания секретарше насчет кофе, поставил передо мной пепельницу и предложил портсигар. Сигареты, явно дорогие, манили запахом. Но я осталась верна своим — привычка, глубоко укоренившаяся еще несколько лет назад. Хозяин кабинета улыбнулся и приоткрыл боковое окно, подняв жалюзи на треть.

— Так какова цель вашего неожиданного визита? Признаться, вы удивили нас своей осведомленностью.

— Простите мне мою дерзость, Альфред. Но мне совершенно необходимо было побеседовать именно с вами, в доверительной обстановке. Пробиться через вашу бдительную администрацию весьма затруднительно, — я закурила, чуть расслабив спину, сделав позу более свободной, стремясь разбавить официальность и сухость обстановки.

— Нет, что вы, Леди. Вы лишь любезно указываете нам на наши бреши. Ручаюсь, теперь отыскать мои персональные контакты будет значительно труднее. Я вас слушаю, — Альфред сложил руки перед собой и склонил голову вправо, демонстрируя внимание.

— Недавно я согласилась взять ученика. Не вполне обычного. Вампира. При выяснении его биографии я обнаружила, что некоторое время он обучался у вас. Он сказал, что после выпуска его охарактеризовали очень нелестно, порекомендовали продолжить обучение у частного мастера. И кто-то из учителей посоветовал меня. Мне необходима информация для подтверждения его слов. И, возможно, какие-то ваши личные наблюдения, если вы сочтете возможным поделиться ими со мной, — я достала из сумочки плотный конверт и положила почти на середину стола, чуть ближе к Альфреду. Тот не отреагировал. Естественно, так как в данном случае я не платила за информацию, а благодарила. Дареному коню в зубы не смотрят.

— Имя?

— Ирвин.

— Ах, да, — лицо Альфреда практически не изменилось, лишь чуть сдвинувшиеся брови выдали его раздражение. Нам принесли кофе. Кукольная секретарша старательно покачала бедрами, улыбнулась мне, поставила на стол тарелку с сахарным печеньем и исчезла. Директор продолжил:

— Тот молодой человек, что так настойчиво добивался разговора с кем-нибудь из сотрудников, он был от вас?

— Почти. Кстати, это был мой одногруппник, Мрак. Возможно, вы его вспомните. Простите, попытка встретиться с вами была его личной инициативой. Впрочем, если бы не его рвение, я могла бы попробовать поступить так же. Так что насчет информации? — Я с надеждой взглянула на собеседника. Неужели промолчит? Переходить к угрозам мне совершенно не хотелось.

— Леди, мы не даем информацию о наших учениках никому. Но, из уважения к вам и в память о старых встречах, я сделаю исключение. В конце концов, ваше право мастера оправдывает мою откровенность. Ирвин поступил к нам учиться чуть более пяти лет назад, по рекомендации одного очень влиятельного человека. Как вы могли слышать, наша школа берется за трудных учеников, обладающих… особенностями, с которыми в другие заведения вход закрыт. Однако в нашей практике это первый случай, когда поступила столь назойливая просьба обучать вампира. За всю историю у нас было лишь двое зубастых учеников. С ними трудно. После первого опыта мы зареклись вновь повторять подобное. Я бы не принял Ирвина, но аргументы были весьма настойчивыми. Не в денежном эквиваленте. Вы понимаете, о чем я говорю?

— Да, разумеется, — кивнула я. Чего уж тут не понять. Какая-то влиятельная шишка нажала на свои рычаги. Ох, Ирвин, знать бы, кто прикрывает тебя так любовно!

— Я принял его. И потом имел множество возможностей пожалеть об этом. Ирвин был практически неуправляем. Несмотря на то, что нам изначально дали разрешение на почти любые действия в отношении вампира, справиться с ним было весьма непросто. Он грубил мастерам, постоянно ссорился с другими учениками, не реагировал на наказания, вплоть до физических. В общении был угрюм и замкнут. Питание ему обеспечивали извне, два раза в месяц приезжала девушка и забирала его на день.

— Девушка? — насторожилась я.

— Да. Вампирша. Эльжбета Яник, как она представилась. Весьма запоминающаяся, надо заметить. Высокая, рыжая, очень броско одевается, но производит впечатление дорогой подделки. Она единственная, кто приводил Ирвина в чувство. После отлучек с ней вампир становился послушным и исполнительным. Но ненадолго. Никакой информации о ней у меня нет.