Проклятье старой ведьмы - Михаил Бабкин

Камера оказалась действительно сухой, но маленькой, с двумя стругаными нарами и тонкими матрасиками на них. Даже низенький столик был. Один из стражников поставил на него кувшин с водой и зажженный масляный светильник – для подземной темницы это была роскошь! Боня немедленно развалился на матрасе и начальственным голосом скомандовал в спину уходящему охраннику:

– Милейший, не забудьте хлебца к ужину. Две корочки, и потолще. Можно с маслом.

Стражник показал за спиной кукиш, захлопнул дверь. Глухо стукнул засов.

– Хлебушка им, – издалека хохотнул стражник и, лязгая мечом в ножных для развлечения, ушел.

– Чего это он такой злой? – недоуменно спросил Тим. – Мы ведь ничего плохого ему не сделали.

– Это Флиот, – нехотя пояснил Бонифаций, – из личной охраны Торсуна. Проверяет королевскую еду на предмет отравы. Пробует ее, значит. Он меня однажды в отравители записал – мол, недоброкачественную свинину королю поставляю. Живот у Флиота от пробы заболел! Сожрал пять банок свиной тушенки зараз, а я виноват оказался, что ему заплохело. Вот с тех пор мы, гм, немножко в плохих отношениях. Так что пей, Тим, водичку да вспоминай шашлычки с крапивной подливой.

Тимыч со вздохом улегся лицом вверх на свои нары, сложил руки под головой.

– Боня, – чуть погодя спросил он, – нас никто не подслушивает? Хочу кое о чем тебя спросить.

– Брось, кто тут может нас услышать, – пробормотал Бонифаций, – видишь, как расстарались. Даже крыс нет. Так что мы с тобой одни. Как в братской могиле. А вопрос твой для меня и так понятен. – Хозяйственный скрипнул зубами. – Обманул нас Торсун. Как Нига и предупреждала. Но я на всякий случай подстраховался, прежде чем идти к королю, – подменил Нигу ерундовым сборником каких-то древних алхимических рецептов. Нигу я Штоту на сохранение оставил, там она целее будет. Кстати, она меня и надоумила на эту хитрость. Если бы Торсун повел себя по-человечески, честно, я бы просто извинился перед ним – так и так, в спешке перепутал, сейчас доставлю настоящую, простите, больше не буду и тому подобное. А теперь… Теперь сложнее будет.

– Ясное дело, – поддакнул Тим, – подкоп рыть придется, ложками. Лет за десять управимся. Или охранника столом оглоушим и сбежим. Вот я помню, в одном фильме…

– Цыц! – прорычал Бонифаций. – Заглохни лучше. Я и так раздраженный. Сейчас как сделаю больно!

– Понял, – пискнул Тим и заглох. Боня попыхтел, остывая, похлопал ладонями себя по животу.

– Что-то и впрямь есть захотелось, – мимоходом сообщил он. – Да, о чем это я? Значит, теперь возможны следующие варианты. Или мы стоим на том, что эта книга, которую мы привезли королю, – единственная, других у призраков не было. И тогда король нас со злости наказывает. Или мы говорим, что настоящая книга у нас имеется, но надежно спрятана. Тогда Торсун подвергает тебя и меня разным интересным пыткам, забирает в конце концов Нигу, а после все равно нас наказывает. Или же король поверит, что привезенная нами книга настоящая. Тогда всю свою оставшуюся жизнь он будет пытаться разговорить ее, ха! А мы все эти годы просидим здесь. Однако!

Тим судорожно сглотнул.

– Наказывать… Это как?

– У нас одно наказание, – равнодушно ответил Боня, – плаха с топором. Чик – и все.

Тим соскочил с лежанки, нервно забегал по темнице.

– Да меня ремнем никто в жизни не наказывал. А тут с ходу топор! Ну Торсун, ну негодяй. Эх, был бы у меня с собой драконий стаканчик…

– Его бы у тебя отобрали, – зевнул Боня, – забыл, что ли, как нас обыскивали? Не зря я все наши ценности у Штота оставил. Ладно, не суетись. Приляг, успокойся. Может, выкрутимся как-нибудь. Штот на свободе, не забывай. Я его на этот случай проинструктировал, – Бонифаций снова сладко зевнул, – посплю я. День тяжелый был, – и затих. Тимыч взял светильник, тщательно обследовал каменные стены и пол, дубовую дверь. Если их и можно было взломать, то только бульдозером. Бульдозера поблизости не было, поэтому Тим, не долго думая, тоже лег спать.

Разбудил их стук отпираемой двери. Зычный голос за ней громко отдал команду:

– Конвой! Ждать меня и преступников за углом коридора. Секретный допрос!

В камеру, низко наклонив голову, чтобы не стукнуться о дверной косяк, вошел громадный рыцарь в доспехах. Он молча оглядел узников, неторопливо снял шлем.

– Бронс! – вполголоса хором воскликнули Тим и Боня, соскакивая с нар. Бронс прижал палец к губам, кивнул на дверь.

– Значит, так, – рыцарь поманил друзей к себе, – я нынче здесь начальник гарнизонной стражи. Большой, между прочим, чин! Случайно прослышал я о вашей беде. Великой беде! Потому что сегодня вечером Торсун стал читать вашу книгу. Король был в ярости, он разобрался, какую ерунду вы ему подсунули. Поверьте, он приложит все силы, чтобы выбить из вас настоящую, волшебную книгу. С утра вас будут пытать. После… После сами знаете. – Бронс рубанул себя по шее ладонью.

– Вариант номер два, – кивнул Боня, – я так и думал.

Тим громко икнул. Рыцарь мельком взглянул на него.

– Не бойся. Теперь все будет иначе, – он осторожно выглянул за дверь, вернулся в камеру. – Ждут, дисциплинированные… Короче, я пришел вас спасти. Увы, мне теперь тоже придется пуститься в бега. Но долг рыцаря, мой долг перед вами, – превыше воинского долга. Вот такая история… – Бронс огорченно нахмурился. Потом тихо приказал:

– Встаньте сюда, за дверь, и молчите. Готовы? Эй, стража, сюда! – оглушительно заревел он. – Побег!

Бряцая оружием, в камеру влетели два стражника, распаленные, с мечами наголо. Бронс мигом ухватил их за головы и стукнул лбами друг об дружку. Со стоном стражники осели на пол.

– Быстро! – Бронс выскочил в коридор, Боня и Тим, не мешкая, последовали за ним. Бронс захлопнул дверь, заложил засов в петли.

– До утра их никто не обнаружит. Вперед! – выхватив факел из настенного кольца, гигант скорым шагом повел бывших узников по коридору к лестнице.

– Надеюсь, мы никого по пути не встретим, – Бронс на ходу постукивал бронированным кулачищем по стене коридора, – но если что – держитесь в сторонке. Я сам несогласных уговаривать буду.