Битва за Игнис - Ана Адари

- Но она у себя?

- В спальне.

- Отлично! – наместник развернулся к другой двери. Но там тоже стояла стража:

- Императрица еще не вставала!

- А ну с дороги! – рявкнул он и ногой толкнул дверь со словами: - Нашла время спать.

Олола и в самом деле была в постели. Увидев наместника, она торопливо натянула одеяло до подбородка, но Алвар уже успел заметить засосы на нежной шее и синяки на пышной груди.

- Ого! – наместник с иронией вскинул брови. – Я вижу, ночь была бурной. Надеюсь, ты женщина циничная, как и я и не даришь свою любовь, кому попало?

- Убирайся, - устало сказала она.

- Это ведь работа сьора Дэстена? – он кивнул на закрытую одеялом грудь. – Не разочаровывай меня.

- Да! Я провела ночь с ним!

- И горячую ночь. Ну а как обстоят наши дела после этого? Добилась ты своего?

- Выйди и дай мне одеться, - сухо сказала Олола.

- Времени у нас мало, поэтому я просто отвернусь, - наместник развалился в кресле. – Что же ты? Вставай!

Олола со злостью откинула одеяло.

- Дай-ка полюбуюсь, - прищурился наместник, который и не собирался отворачиваться, - я ведь не знал, что именно собираюсь втюхать милашке Халларду. То есть знал, но не в подробностях, - он насмешливым взглядом окинул Ололу в дезабилье. – А что? Неплохо. Формы у тебя, что надо. Значит, главнокомандующий сломался. Изменил-таки жене, которую обожает. Видать, ты была убедительна.

- Он любит меня!

- Ну, если ты половой акт называешь любовью, то, безусловно, да. А если иметь в виду возвышенное чувство, то как-то не похоже. Эти синяки… - наместник сокрушенно покачал головой. – Уверен, это ты его спровоцировала. Но мы не альковные подробности будем обсуждать. Он согласился отдать императорский трон Рафу?

- Почти. Раф должен публично признать себя Тадрартом. А это уже твоя забота, - злорадно сказала Олола, неторопливо запахивая полупрозрачный пеньюар. Все равно наместник уже видел голую грудь самой императрицы. Да и кого стесняться? Этого циника и проходимца?

- Ты предлагаешь мне ему сказать?

- Деликатные поручения у нас обычно выполняет леди Кенси, - пожала плечами Олола. – Но можешь и ты.

- Но ты – мать!

- И как это прозвучит? Извини, но я не была девственницей, когда император сделал меня своей фавориткой? Мало того, я уже была беременна!

- Раф и сам уже не девственник, - пожал плечами наместник, - вряд ли ты оскорбишь его слух. В одном ты права: дело это чрезвычайно деликатное. У Рафа нет времени на раздумье. Вот-вот начнется Большой Совет. А ты еще ванну не принимала, - напомнил наместник. – Впрочем, это не в укор тебе. Ты всю ночь занималась государственными делами.

- Замолчишь ты или нет!

- Я хочу, чтобы ты была в тонусе, когда ступишь в зал Большого Совета. Нам предстоит битва. И битва бескомпромиссная. Так что правду Рафу скажем мы оба. О том, что он не аль Хали, а Тадрарт. Прямо перед советом, не раньше.

- Но Раф не успеет все хорошенько обдумать!

- Вот и славно. Поднимется гвалт. Раф разозлится. И тоже будет в тонусе. Так что надевай свое парадное платье – и вперед. Встретимся у двери в преисподнюю. Я имею в виду комнату, где состоится Большой Совет. Рафа я задержу.

Олола была в бешенстве. Напрасно она тянула, рассчитывая на Алвара Гора. Тот вовсе не собирается жалеть Рафа и щадить его самолюбие.

… Она шла в тронный зал, где новый император должен будет сегодня принять присягу, чувствуя, что сердце вот-вот остановится.

- Мама?

Раф все еще выглядел исхудавшим, зато глаза, под которыми залегли глубокие тени, казались просто огромными и необычайно яркими. Как же он красив! И как похож на Дэстена! Юные граты смотрели на принца с неподдельным интересом. А леди и сирры с вожделением.

- Наместник мне сказал, что я должен узнать что-то важное, пока не начался совет.

- Да мой мальчик, - ее голос звучал так фальшиво, что ее и саму покоробило. – А где сам наместник?

- Вон он, - Раф кивнул в угол, где Алвар Гор непринужденно беседовал с гостями.

Как член семьи, женатый на принцессе из Императорского Дома наместник имел право голоса на совете, и пока не вынесен приговор, по-прежнему владел доброй половиной этого огромного дворца. Поэтому и развлекал своих гостей беседой, интересуясь, достойно ли их разместили?

В другом углу, бросая ненавидящие взгляды на наместника, стояли Готвиры, окружив королеву Летис. Сьор Шарль не смог присутствовать, у него случился очередной приступ. Зато рядом с Анрисом стоял высоченный парень, до боли похожий на Ранмира аль Хали. И у всех, кто хотел задать вопрос, мол, по какому праву, язык не поворачивался это сделать. Настолько очевидным было сходство.

Мейсир аль Хали, что тут думать? Только вот, почему здесь бастард? Хотя, бастардов у входа в тронный зал, где состоится присяга, и без юноши с лицом Ранмира, но в цветах Готвиров и так хватает. Взять главнокомандующего, сьора Дэстена. Время такое, что каждый бастард из Великого Дома вправе претендовать не только