Арбан Саеш. (Трилогия) - Сергей Вацлавович Малицкий

— Я все помню, — ответил Чаргос, съезжая с моста верхом на огромном черном коне. — Вот тебе пропуск, нари.

Он наклонился и протянул Хейграсту медальон с изображением эмблемы города.

— Отдашь его на четвертых воротах Омхану. И еще, нари, я не слышал о тебе ничего плохого, но, надеясь, что ваше путешествие будет благополучным, предупреждаю: что бы ты ни увидел, проезжая сейчас через крепость, это делается для блага города и должно оставаться тайной. Ты уверен в своих спутниках?

— Не знаю, уверен ли ты так в своих стражниках, как я уверен в своих друзьях, — сказал Хейграст, надевая на шею медальон. — Но я должен спросить тебя, Чаргос, до того, как твоя тайна будет мне известна — знает ли о ней Бродус?

— Твоя осторожность похвальна, — улыбнулся Чаргос. — Но что тебе мои слова, если Бродус немедленно не сможет их подтвердить? Не думай, я не обиделся. Бродус во внутренней крепости, и ты увидишь его. Единственное, что я хотел бы добавить: право на выход в Мертвые Земли имеет и Валгас. Якобы он пытается очистить их от зла. Сегодня днем опять три отряда Храма по пять элбанов в каждом проследовали через Северную Цитадель. Они утверждают, что молитвы во славу Эла на Мертвых Землях могут их оживить. С одним из них был огромный пес, думаю, ты слышал о нем. По решению бургомистра Валгас будет вынужден оплатить восстановление известной тебе корчмы. Излишне говорить, что это не прибавило твоего друга к числу друзей Храма. Будьте осторожны.

— Спасибо, Чаргос, — поблагодарил Хейграст. — Можешь рассчитывать на мою помощь в любых делах, связанных с оружием и доспехами.

— Эл с тобой, нари, — улыбнулся Чаргос. — Мой меч не нуждается в починке. Пока не нуждается. Но все может очень скоро перемениться. Поторопитесь, мои старые раны говорят, что будет дождь. К тому же темнеет. Я советую вам дождаться утра у Омхана.

Он тронул коня, чтобы проехать мимо спутников в сторону города, но притормозил возле Сашки и пристально вгляделся в его оружие.

— Хейграст, у твоего друга отличный меч. Я не оружейник, но старый вояка. Не буду ничего говорить о клинке, но рукоятка и ножны из черного серебра. Не думал, что когда-нибудь вновь увижу подобное оружие. Советую не держать его на виду, иначе кто-нибудь украдет твоего приятеля только ради обладания мечом.

— Еще раз спасибо, Чаргос, — отозвался Хейграст. — Я обязательно подумаю об этом, хотя вряд ли мы найдем таких знатоков в Мертвых Землях.

— Хорошо, — сказал Чаргос, посмотрел на скалы с восточной стороны ущелья, которые вместе с верхушками ландов освещались последними лучами Алателя, и сказал вполголоса на валли. — Мне знакомо твое лицо, парень. Постой на границе Дары, Саш, и, может быть, ты поймешь больше, чем знаешь теперь. Обязательно!

Он пришпорил коня и поскакал в долину. Сашка растерянно смотрел ему вслед.

— Что он сказал тебе? — спросил Хейграст.

— Он сказал, что я должен постоять на границе Дары, — ответил Сашка. — И что ему знакомо мое лицо.

— Странный человек, — задумался Лукус. — Насколько я знаю, он появился в городе года четыре назад, нанялся обучать фехтованию стражников, а потом Бродус сделал его начальником Северной Цитадели.

— Мне не приходилось фехтовать с ним, — добавил Хейграст, — но единственный, кто побеждал меня в фехтовании, это сам Бродус. Так вот я слышал, что Чаргос настолько же сильнее Бродуса в фехтовании, насколько Бродус сильнее пятилетнего ребенка.

— Этот разговор неплохая возможность познакомиться с Чаргосом поближе, когда ты вернешься в город, — заметил Лукус. — Или ты не доверяешь ему?

— В принципе мне достаточно, что ему доверяет Бродус, — сказал Хейграст. — Саш! Что говорит твое ощущение опасности?

— Оно не покидает меня, с тех пор, как мы вышли на равнину Уйкеас, — пожал плечами Сашка. — Но это опасность, которая просто висит в воздухе. Возможно, она связана с Мертвыми Землями. Мне все время кажется, что кто-то наблюдает за нами. Прячется у нас за спиной. А Чаргос… Я ничего не могу сказать об этом человеке. От него не исходит ничего. Я даже не уверен, человек ли это.

— Что-то я не заметил на нем мантии демона, — усмехнулся Хейграст. — Все же на ари он не похож, а демон вряд ли довольствовался бы должностью преподавания фехтования и начальника Северной Цитадели. Вот если бы я добрался до его меча, может быть, сказал бы больше. У Чаргоса очень древний меч, но я никогда не видел его обнаженным. Что касается наблюдателей, в Эйд-Мере много любопытных. Но их не пропустят через Северную Цитадель. Нам нечего беспокоится. Хватит сомнений, поехали! Мне хотелось бы увидеть Бродуса до того, как стемнеет.

Спутники поторопили лошадей и вскоре проехали в ворота. Заскучавший уж было стражник тут же начал опускать за ними тяжелую решетку.

34.

Древность, пропитавшая камни Эйд-Мера, была смазана той будничной суетой, которая всегда возникает в тех местах, где рождаются, живут и умирают люди. Или элбаны, как говорили Хейграст и Лукус, и как все чаще стал говорить про себя Сашка. Здесь, в Северной Цитадели, все было иначе. Чернеющие на фоне предзакатного неба зубцы стен окружали путников сзади, справа и слева и тянулись вперед до двух еще более величественных башен, чем башни первых ворот. Все это казалось декорациями какого-то зловещего спектакля. Даже лошади стали идти тише, тревожно шевеля ушами и мелко дрожа на вынужденных остановках. Хейграст поздоровался у костра с двумя стражниками, показал им медальон, и отряд стал подниматься по узкому тоннелю во двор внутренней крепости. Странные огни мерцали в стеклянных колбах через каждую дюжину шагов. Более всего они напоминали тлеющую паклю, света давали немного, но позволяли хотя бы не сломать шею на крутом подъеме.

— Это пещерные грибы, — негромко объяснил Лукус. — Если два-три раза в день сбрызгивать их водой, то каждая грибница может прослужить не менее месяца.

Тоннель оказался не слишком длинным, но все же, когда отряд вышел во двор внутренней крепости, Сашка вздохнул с облегчением. Под звездным небом, несмотря на быстрые облака, стоял светлый сумрак. В крепостном дворе не менее трех дюжин стражников разгружали повозки и заносили какие-то свертки и тюки в проходы крепостных