Две стороны одной монеты - Мария Литт

— И что же ты сделала? — заинтересовался Тэм. Остальные тоже с любопытством уставились на лучницу.

— Заключила взаимовыгодную сделку, — усмехнулась та. — Так что, Тэм, ты ужинай побыстрее, а потом иди к ним. Я тебя в аренду сдала.

— В каком смысле? — испугался целитель.

— О, ничего такого, о чем ты не смог бы рассказать своим поклонницам. От тебя требуется всего-то одно единственное заклинание, и все будут счастливы.

— И что же это за заклинание, которое может осчастливить такую кучу народу? Я прямо теряюсь в догадках.

— А ты не догадываешься? — хитро улыбнулась Алварика, а потом выдержала многозначительную паузу и наконец ответила:

— Твой дождик, конечно же!

— Дождик? — изумился Тэм. — Тьфу ты, а я-то сижу голову ломаю… И каким именно образом мой дождик сделает всех счастливыми?

— Ну-у, это элементарно, мой дорогой! Вот как ты думаешь — что нужно для полного счастья девушкам, которые уже декаду безвылазно провели в Подземелье? Конечно же, возможность принять душ и вымыть наконец голову! Вот ты им такую возможность и обеспечишь. Мужская половина Бестий будет наслаждаться этим бесплатным эротическим шоу, а мы — приличным ужином, так что, как видишь, я нисколько не преувеличила — счастливы будут все!

Тэм поперхнулся и закашлялся, а потом с тяжелым вздохом поднялся на ноги и отправился к лагерю Бестий. И через некоторое время небольшая тучка уже поливала веселым дождиком любительниц принимать душ в полевых условиях, а целитель вновь присоединился к остальным и принялся за ужин.

— Как тебе удалось выучить такое заклинание? — с любопытством поинтересовалась Кэллири. — Оно же из школы магии Природы, если я ничего не путаю?

— Да, оттуда. Это долгая история. Все началось тогда, когда мы решили немного изменить маршрут и отправились искать тропу, ведущую через горы…

«И чуть не стали обедом для гигантского осьминога, — вспомнил Элай. — Как всегда, полностью неожиданно. И если бы Чиа не успела разбудить остальных, если бы Тэм не убедил того коварного гоблина скинуть нам наши вещи, то для нас все закончилось бы в той пещере…»

— О прекраснейшая! Вы столь очаровательно безжалостны и столь обворожительно коварны, что я просто не в состоянии сердиться на вас! — послышалось рядом, и Эл вновь отвлекся от своих воспоминаний. Беловолосый Нанту присоединился к их компании.

— Мое сердце разрывается в клочья от одной лишь мысли о том, что я могла вызвать ваш гнев! Молю, поведайте же мне, чем я могу искупить свою вину? — в тон ему пропела Алварика, а потом словно в порыве чувств подалась к нему навстречу, прижимая руки к бурно вздымающейся груди. Длинные ресницы девушки затрепетали, будто крылья огромной бабочки, алые губы слегка приоткрылись, глаза словно превратились в два бездонных омута…

— А что, собственно, произошло? — не выдержав, вмешался Элай. Нанту перевел на него недоуменный взгляд, явно не сразу сообразив, о чем его спрашивают, но вскоре пришел в себя и ответил:

— По прихоти этой несравненной авантюристки ваш покорный слуга чуть было не превратился в главу без клана. Наши утомленные прогулкой по Подземелью девушки были так убедительны в своих доводах, что не внять им оказалось не только решительно невозможно, но и опасно для жизни. И я был бы весьма благодарен, если бы дальнейшие предложения подобного рода обсуждались со мной в приватной обстановке, а не выносились на всеобщее голосование.

— Сделаю, что смогу, — заверил эльфа Элай. — Но ничего не гарантирую. Отказать нашей несравненной авантюристке в ее прихотях чрезвычайно тяжело…

— О, я несчастная! — в глазах у несравненной авантюристки заблестели слезы. — Я не в силах вынести такого всепоглощающего чувства вины! — и она спрятала лицо в ладонях и разразилась бурными рыданиями. Продолжать диалог, не обращая внимания на горько плачущую девушку, было против всех существующих правил приличия, а потому недовольный эльф через некоторое время вынужден был откланяться.

— Алва, кончай притворяться, — усмехнулся Элай. — Он уже ушел.

— Правда? — слезы Алварики тут же высохли, и она энергично впилась зубами в кусок мяса, продолжая прерванный ужин. — Ну и отлично, а то мне уже надоело биться в истерике. Ну как вам мой спектакль одного актера?

— Обалдеть, — выразила всеобщее мнение до сих пор молчавшая Чиара, а потом поднялась на ноги и добавила:

— Я караулить, — ухватила еще одну баранку и ушла по направлению к темным провалам ведущих в их зал коридоров. Облюбовала себе один из камней и устроилась на нем, закутавшись в плащ и приготовившись к долгому дежурству.

Алварика проводила ее взглядом, а потом вернулась к еде. «Нет, и все-таки я впустую трачу свой актерский талант, молодость и красоту, прозябая в данжах и бродяжничая вдали от цивилизации, — вдруг пришло ей в голову. — А могла бы блистать на сцене! Толпы поклонников, щедрые гонорары, всеобщее восхищение моим дарованием, цветы и овации! Нет, я не могу допустить, чтобы все это прошло мимо меня, особенно гонорары! Не дождетесь! И что же мне делать? Хм-м, если подумать, через несколько дней мы доберемся наконец до Ориокса, и это будет конец второй декады нынешнего цикла. А если память мне не изменяет, там как раз в это время проводится…» — Алва на мгновение задумалась, а потом удовлетворенно кивнула сама себе, приняв определенное решение. Отныне у девушки была своя цель, и она планировала во что бы то ни стало достичь ее. Ну а ее товарищам по группе придется ей в этом помочь, хотят они того или нет.

Элай задумчиво посмотрел на внезапно притихшую лучницу. «А ведь мы чуть было не потеряли их с малышкой в логове Дракона, — тревожные мысли вновь вернулись к нему. — И произошло это даже не в бою, а тогда, когда ничто не предвещало беды. И если бы Чиа не совершила свой сумасшедший прыжок, если бы им обоим не удалось обмануть Дракона — скорее всего все кончилось бы очень плохо, по крайней мере для Алвы с ее-то характером…» — и Эл на мгновение зажмурился, пытаясь прогнать жуткое воспоминание. Серая полоска жизни Чиары в списке группы и бесконечный кошмар ожидания того, что через секунду