Шатун - Сергей Шведов

Рады с шумливым боготуром не было. По словам Рогволда, она уже отправилась в Берестень, дабы вывести за стены города Горазда и Жучина. Рогволд был абсолютно уверен в успехе предприятия и торопил Торусу с мечниками.

– Мечников я тебе дам, – спокойно сказал Торуса, поднося гостю чарку, – но все далеко не так просто, как тебе кажется.

– А в чем сложность-то? – удивился Рогволд, подсаживаясь к накрытому столу.

– Сложность в том, что твоя Рада служит Жучину, а не тебе.

Рогволдовы и Торусовы мечники, сидевшие за общим столом и занятые медовой брагой, к разговору боготуров не прислушивались. Исключение составлял только шатуненок, посаженный, к удивлению многих, ошуюю хозяина.

Торусовы слова дошли до Рогволда не сразу, но все-таки дошли, поскольку он начал багроветь на глазах, готовый в любую минуту пыхнуть гневом и поднять крик на всю гридню. Торуса поспешил опередить вспышку неуемного товарища.

– Ган Митус с тремя сотнями хазар прячется неподалеку от Берестеня, а Глузд захлопнет перед твоим носом ворота.

– Кто тебе сказал? – Рогволд впился сердитыми глазами в лицо хозяина.

– Вузлев.

То ли Рогволд прикипел сердцем к вилявой женке, то ли обидно ему стало, что предпочла она ему ненавистного хабибу, но только побагровел боготур до такой степени, что Торуса всерьез начал опасаться за его здоровье. Однако Рогволд с собственным норовом совладал и только прошипел сквозь зубы:

– Гадюка!

С такой характеристикой Рады Торуса был согласен, но не стал бередить раны товарища и сразу же перешел к изложению замысла Вузлева, который поначалу, однако, не нашел понимания у обиженного на весь белый свет боготура.

– Если женка оказалась вилявой, то кто поручится за этого щенка Осташа? Да и с какой стати я должен за смерда отдавать девку из своей семьи?!

Шатуненок при этих словах Рогволда зло ощерился, но ничего не сказал, предоставив Торусе возможность в одиночку убеждать строптивого Рогволда.

– Ты не за смерда ее отдашь, а за боготура. Если отрок испытания не выдержит, то, значит, эта свадьба неугодна Велесу-богу, вот и весь сказ.

К чести боготура Рогволда, он быстро сообразил, какую выгоду сулит ему предложение Торусы. Берестень он получит немедленно, а Злату отроку еще придется выслуживать. Если честно, то свою племянницу Рогволд почти не помнил, да и видел он ее от силы пару раз. И сейчас весьма смутно представлял, о ком, собственно, идет речь и с какой стати тоже неведомый ему Осташ так прикипел сердцем к чужой жене, что готов ради нее подставить голову под ганский меч.

– Если все пойдет гладко, Рогволд, – продолжал соблазнять Торуса, – то быть тебе князем далеко не в самом бедном граде.

Торусовы слова пролились медом на сердце Рогволда и сразу же пригасили бурю, бушевавшую в его груди. Что Рогволду женки! Вместо Рады он завтра же найдет десяток не менее расторопных и покладистых. А что до дочери Твердислава, то не видать ее наглому смерду как своих ушей. Не допустит бог Велес в свои ближники простолюдина.

Торуса гостя в этих его надеждах не разочаровывал, тем более что шатуненок, получив боготурское согласие, уже вышел из-за стола и слышать его поддакивания не мог.

– Я все-таки не понимаю, почему Вузлев поверил этим щенкам? – покачал головой Рогволд. – Может, он сам подослал к гану Горазду Осташа?

Предположение было здравым, и Торуса, пораскинув умом, вынужден был это признать. Любой промах Осташа мог дорого обойтись и Рогволду, и самому Вузлеву. А надо знать Вузлева, уж он-то ничего не делает сгоряча.

– Подослал или не подослал, но следят за отроками строго и оступиться не дадут.