Убить кукловода - Елена Малиновская

— Занятно, — резюмировал Вериаш, едва я добралась до того момента, когда в дверь моей хекской квартиры постучался растерянный Стефан, вынужденный бежать из родных краев. Правда, о бурной любовной сцене с главным виновником его бед, которая предшествовала новому появлению мужчины в моей жизни, я предпочла умолчать. Все равно Луциус не сказал тогда ничего, что могло бы представлять интерес для следствия. Лишь недвусмысленно дал понять, что не намерен оставлять меня в покое. Но это и без того ясно, учитывая события нынешнего года.

— Не то слово, — пробормотала я и жадно глянула на графин с водой. Не мешало бы сейчас промочить горло после столь долгого монолога. Но вид протухшей воды мгновенно отрезвил меня и умерил жажду.

— Итак, с Луциусом вы познакомились год назад, — продолжил Вериаш. — Уже тогда вы поняли, что он является преступником и убил несколько человек. Почему в таком случае вы не обратились за помощью?

— Куда, к кому? — Я недоуменно взглянула на мага.

— Ну, хотя бы в тот же магический департамент. — Вериаш пожал плечами, словно удивленный, что должен отвечать на столь банальный вопрос. — Понятное дело, не в нерийский, а в хекский. Вы же прекрасно понимали, что на вашей родине у Луциуса не будет таких связей…

Мага прервало странное хрюканье, донесшееся от Альтаса. Гном сгорбился, в своем кресле, уткнулся лицом в ладони и почти беззвучно трясся от хохота. Видимо, не одну меня развеселило предложение Вериаша. Явно, что он не в курсе особенностей правоохранительной системы моего мира.

— Я сказал что-то веселое? — мгновенно оскорбился Вериаш, поняв, что причиной смеха гнома явились именно его слова.

— Простите, но да. — Я тоже заулыбалась. — По всей видимости, вы никогда не имели дело с хекскими магами, состоящими на государственной службе. Они признают только одно знакомство — с деньгами. И чем больше хардиев перекочуют в их карман при первой вашей встрече, тем горячее будет ваша дружба. Правда, как только они встретят того, кто готов заплатить больше, то сразу же переметнутся на его сторону.

— Не может быть, чтобы дела обстояли настолько плохо. — Вериаш недоверчиво покачал головой. — Да, я слышал разное про хекский департамент, но, по-моему, вы сгущаете краски.

— Правда? — Я холодно усмехнулась. — В таком случае позвольте мне перейти ко второй части моего рассказа. И тогда вы поймете, каким образом Луциус вынудил меня выйти за него замуж. Поверьте, когда выбор стоит между смертью и брачной татуировкой — большинство, если не все, выберут именно второй вариант.

— Я внимательно слушаю, — заверил меня Вериаш. Опять откинулся на спинку кресла и устремил на меня взгляд своих спокойных темных глаз.

Я несколько раз глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Затем начала говорить, по возможности стараясь обойтись без ненужных подробностей. Ну к примеру, зачем Вериашу знать, чем конкретно мы занимались с Луциусом в гостиничном номере после встречи на огненном мосту? Пусть думает, что мы только разговаривали.

По мере того как я продвигалась в своей невеселой истории, Альтас начинал все сильнее нервничать. Он то вскакивал со своего кресла, сжимая кулаки, словно желал вступить с кем-нибудь неведомым в драку, то опускался на прежнее место и вцеплялся себе в шевелюру, каждый раз при этом безжалостно выдирая целый клок волос. Вериаш косился на гнома с немалой долей изумления, но не прерывал меня. Видимо, осознавал, что мы приближаемся к тому моменту, когда я поведаю о предательстве Альтаса.

Однако когда я начала рассказывать про ловушку, устроенную мне Иваром и Луциусом в хекском департаменте, Альтас неожиданно успокоился. Он закрыл глаза и принялся глубоко и мерно дышать, будто задремав. Только побелевшие от напряжения губы доказывали его волнение.

— Вот, собственно, и все, — наконец завершила я и вновь покосилась на графин. — Теперь вы понимаете, что, по сути, у меня не было выбора. Я могла бы отказаться от замужества с Луциусом — и тогда он отправил бы меня обратно на Хекс, где я вряд ли дожила бы до суда. Что-что, а мстить за своих товарищей мои сородичи умеют. Мне пришлось принять новое имя и новую судьбу.

Впрочем, была одна вещь, о которой я все-таки умолчала. Я не стала говорить Вериашу, что во многом согласилась с предложением Луциуса из-за его обещания помочь мне отомстить за родных. Думаю, вряд ли ему стоит выкладывать настолько личные секреты. И потом, в процессе сокрытия тайны гибели моей семьи принимал самое непосредственное участие Тицион, король Нерия. Да и Викорий Тиан, начальник хекского магического департамента, вряд ли обрадуется, узнав, что я в курсе его участия в убийстве моего отца. Было бы глупостью обзаводиться настолько могущественными врагами. Пусть прошлое пока остается прошлым.

— Это действительно все? — с нажимом переспросил Вериаш, видимо, почувствовав что-то неладное.

Я лишь сухо кивнула, не позволив и тени эмоций отразиться на моем лице. Ты не универсал, как Луциус, тебе не пробраться в мои мысли. Поэтому смотри сколько угодно. Я буду лишь улыбаться и наивно хлопать длинными ресницами. Что-что, а последнее у меня получается блестяще!

— Ну хорошо. — Вериаш повернулся в сторону Альтаса, который по-прежнему сидел с совершенно отсутствующим видом. — Уважаемый, вам есть что дополнить к рассказу Доминики?

— Есть, — глухо отозвался тот, не открывая при этом глаз. Протяжно всхлипнул. — Я — жалкий изменник и предатель!

Если честно, я была абсолютно согласна с этим определением. Он действительно жалкий изменник и предатель. Ведь, по сути, именно из-за него я столь смело отправилась в департамент, где меня ожидала любовно приготовленная западня. Он снял с Ивара чары подчинения, заменив их маскировочными. Я понятия не имела, что мужчина больше не находится в моей власти, а следовательно, не была готова оказаться одна против двух магов высшего уровня подчинения.

Но в этот момент мои размышления прервали самым необычным образом. Альтас горестно всхлипнул еще раз и вдруг взревел, словно раненый дракон. Вскочил со своего места и кинулся на меня, широко распахнув объятия. Это произошло так внезапно, что я даже не успела отреагировать. Миг — и гном стиснул меня с такой силой, что я невольно застонала.

— Прости! — плакал он в полный голос. Что-то горячее капало мне на макушку, видимо, гном заливался настоящими потоками слез. — Прости меня, Доминика! Я и подумать не смел, что из-за меня и моей трусости тебе придется пройти через подобное унижение! Этот негодяй, этот мерзавец! Как смел он брать тебя силой! Да еще и многократно! О бедная, бедная Доминика!

Я засипела от возмущения, потрясенная до глубины души столь внезапным заявлением Альтаса. Да с чего он взял, будто Луциус позволял себе подобное? Ну, конечно, наши отношения нельзя назвать абсолютно нормальными, что-то извращенное в этой связи, вне всякого сомнения, присутствовало. Однако в интимном плане у нас все происходило по взаимному согласию и, как говорится, всегда все завершалось полным удовлетворением обеих сторон. Уж в этом мне Луциуса нельзя было упрекнуть.