Красная змея - Питер Харрис

Правдивость этих слов проверить было трудно. Маргарет успела нанести макияж. Сделала она это так же тщательно, как перед чтением лекции в академическом собрании.

— Хочешь чаю?

Это предложение сейчас было более чем уместным, но Пьер отказался — быть может, из духа противоречия. Он чувствовал себя скверно оттого, что Маргарет уезжала, оттого, что она проснулась раньше его. В своем ночном халате рядом с ней, такой ухоженной и бодрой, он чувствовал себя абсолютным ничтожеством.

— Спасибо, лучше кофе.

Пьер поставил кофейник на плиту и попросил Маргарет снять его с огня, если пена поднимется раньше, чем он сам вылезет из душа.

Утренние процедуры заняли у него чуть больше десяти минут. Потом Пьер вернулся на кухню и обнаружил на столе дымящуюся чашку кофе.

— Я знаю, ты любишь черный. Угощайся.

Бланшар поблагодарил Маргарет за внимательность, сделал глоток и обжег язык.

— Черт!

— Прости. Я только что сняла его с огня.

— Неважно. — Бланшар посмотрел на часы. — Когда мы отправляемся в аэропорт?

Прежде чем ответить, Маргарет поднесла к губам чашку с чаем.

— Ты меня выгоняешь?

— Нет. Просто ни за что на свете не хотел бы, чтобы ты опоздала на рейс, — солгал он.

— Мы можем выехать в любое время. Багаж мой готов, я тоже. Впрочем, мне сообщили, что два первых рейса компании «Бритиш эруэйз» уже заполнены, а тот, на который я забронировала место, не улетит раньше часа дня.

В этот момент зазвонил телефон, что сильно удивило Пьера. Было без пяти восемь.

— Готова спорить, это Годунов, — предположила Маргарет.

— Так рано?

— Кто же еще стал бы тебе звонить в такое время?

Пьер снял трубку прямо на кухне и весьма недружелюбно рявкнул:

— Слушаю!

— Месье Бланшар?

— Да, это я. Кто говорит?

— Габриэль д'Онненкур. Вы меня помните?

Пьер на секунду опешил, а потом вспомнил, что этот человек действительно обещал позвонить ему в пятницу, только не в восемь, а около одиннадцати утра.

— Конечно же, Габриэль. Разумеется, помню.

— Мы договаривались, что я позвоню сегодня.

— Это действительно так. Хотя мне кажется, что мы договаривались на одиннадцать часов утра. Или я ошибаюсь?

— Вы не ошибаетесь, месье Бланшар. Однако кое-что произошло, и мне нужно…

— У вас проблемы?

— В некотором роде. Вчера случилось нечто очень странное, а сегодня, с утра пораньше, меня поразило ужасное известие.

— Какое же?

— Вы слышали про убийство сотрудницы Национальной библиотеки? Ее звали…

— Мадлен Тибо, — подсказал Пьер.

— Вы тоже читали в газетах?

— Да, — соврал Пьер.

— Значит, вы знаете, что убийцы оставили на теле жертвы кусок пергамента, на котором изображена змея красного цвета. Вам ведь это известно, месье Бланшар?

— Послушайте, Габриэль, что общего между этим убийством и нашей встречей?

— Намного больше, нежели вы можете себе представить! Если вы не против, то нам следует встретиться как можно быстрее.

— Но почему же?

— Я не могу объяснить по телефону, но настаиваю на скорейшей встрече.

— Подождите секунду.

Пьер прикрыл ладонью микрофон трубки.

— Со мной говорит потомок одной из династий rex deus, — небрежным тоном бросил Бланшар, как будто речь шла об аромате утреннего кофе.

Маргарет в ответ прикрыла глаза. Уголки ее губ поползли вниз.

— Хватит дурачиться!

— Это не дурачество. Человек, находящийся у аппарата, утверждает, что он потомок династии rex deus. Клянусь тебе!

— Он, стало быть, клянется!

Тон этой реплики Пьеру совсем не понравился, хотя он и понимал, что у Маргарет больше чем достаточно причин для того, чтобы обращаться с ним подобным образом. Он решил не ввязываться в склоку.

— Габриэль?

— Да.

— Вам известен мой адрес. Вы не откажетесь переговорить у меня?

— Нисколько.

— Когда вас ждать?

— Точно сказать не могу, однако предполагаю… предполагаю, что минут через двадцать, может быть, через полчаса.

— Отлично! Я вас жду.

Бланшар повесил трубку, вернулся к столу и сделал глоток кофе.

Теперь напиток уже не обжигал.

— Если хочешь, я вызову такси. Боюсь, что не смогу доставить тебя в аэропорт.

— Кто такой этот Габриэль? — нахмурилась Маргарет.

— Я же сказал — потомок одной из библейских династий, член семьи rex deus, — пожал плечами журналист.

Шотландка пристально посмотрела на Пьера:

— Новая шуточка, как и с документами?

Тут Пьер взорвался:

— Документы — это вовсе не шуточка! Они существуют, с ними связана какая-то тайна, уже стоившая жизни одному человеку! Кто-то переменил содержимое папки. Я не знаю, насколько правдивы эти бумаги, но они действительно существуют, пусть даже им и меньше сотни лет! Кстати говоря, ты даже не потрудилась узнать, что в них содержится. Ты вправе сердиться на меня. Я не сказал тебе о том, что речь идет о газетных вырезках, компьютерных распечатках и машинописных страничках. Я уже объяснил тебе, почему поступил подобным образом. Боялся, что ты не захочешь ехать в Париж! Вот в чем заключается мое прегрешение. Я уже столько раз перед тобой извинялся, что и счет потерял. Сейчас мне меньше всего на свете хочется объясняться с тобой по поводу звонка, который — черт бы его подрал! — должен был прозвучать на три часа позже, как мы и договаривались с этим типом. Тогда мне не пришлось бы ничего тебе растолковывать, тем более что в этой истории ничего невозможно растолковать!

— Почему ты ничего мне не сказал?

Пьер сделал большой глоток кофе.

— Потому что у меня не было ни времени, ни желания!

— Как это не было времени?

— Так вот и не было! С тех пор как ты прилетела в Париж, прошло меньше суток, заполненных сплошной беготней. Вчера за ужином я чуть было не заговорил на эту тему, но испугался, что ты поднимешь меня на смех или — что еще хуже — решишь, будто я все выдумал, лишь бы тебя удержать. Вот почему я сказал, что у меня не было не только времени, но и желания. Я выражаюсь достаточно ясно?

Маргарет покончила со своим чаем, который был уже холодным.

— Слушай, расскажи-ка мне про этого Габриэля.