И маятник качнулся... - Вероника Иванова

— И я отомщу!

— За что? Этот парень ни словом, ни жестом не мог вызвать неудовольствия баронессы, а она разъярилась, как дикая кошка...

— Он ударил Селию!

— А что ему оставалось делать? Баронесса пришла в себя после пощёчины, разве не так, ваше высочество?

— Девица была не в себе? — переспросил я. — Ты уверен?

— Совершенно точно. Правда, она всё равно не стала прежней...

— Прежней?

— Баронесса была очень заботливой и чуткой госпожой, но в последнее время она вела себя как-то иначе... — неуверенно пояснил Борг.

— Не смей дурно говорить о Селии! — взвился принц. — Хватит и того, что ты предал меня, не порочь ещё и её имя!

— Я не предавал и никогда не предам вас, ваше высочество, — сурово ответил рыжий великан. — Но я не могу позволить наказать невиновного.

— Невиновного?! Да ты даже не знаешь, кто он такой!

— Мне очень жаль, что вы не можете видеть лицо этого парня, ваше высочество. Человек с такими глазами не может быть негодяем.

— Замолчи! — Дэриен бросился на звук голоса, намереваясь ударить то ли меня, то ли собственного телохранителя, но отчаянный выпад не имел успеха: Борг сжал плечи принца своими лапами.

— Ваше высочество, прошу вас, успокойтесь...

— Одну минуту, Борг. — Я подошёл поближе.

Так и есть. След «уздечки». А принц восприимчив к магии, и весьма. Плохо. Но это дело поправимое... Где у нас главный узелок этой злобной Сети? Ага, нашёл! Я воткнул палец в середину лба Дэриена и быстрым зигзагообразным движением подцепил Нити. Заклятие лопнуло, рассыпаясь ледяными брызгами — да и чего ещё можно было ожидать от чар, не завершивших Переход? А ведь он почти стянул «уздечку» со своей подруги: дома тому, кто её «взнуздывал», придётся потрудиться, восстанавливая Сеть...

Принц обмяк, теряя сознание, и Борг с ужасом посмотрел на меня:

— Что с ним?

Я отряхнул руки. Да, знаю, что чары не оставляют материальных следов, но откуда тогда взялась эта гадливость, когда пальцы соприкоснулись с Сетью?

— С принцем всё будет хорошо — через час или даже раньше он очнётся и забудет свою вспышку...

— Жаль. Мне показалось, или в голосе рыжего появилась ирония?

— Почему?

— Если он не знает, что поступил дурно, как он сможет в дальнейшем поступать правильно?

А ты не так прост, телохранитель...

— Ты ему расскажешь, — улыбнулся я. — Дэриен верит тебе, не правда ли?

— Верит, — кивнул Борг, укладывая принца на мою постель. — Но поверит ли он в то, что едва не убил тебя?

— А в чём проблема?

— Ты ему нравишься.

Ого. Любопытная новость...

— С чего ты взял?

— Он с удовольствием разговаривает с тобой.

— И только? Но этого мало, чтобы говорить о симпатии... К тому же он просто играет, и я для него не более чем головоломка, которую интересно разгадывать. Такой трактовке его отношения ко мне я поверю. Но — «нравишься»... Это чересчур.

Борг внимательно и серьёзно посмотрел мне прямо в глаза. Я не стал отводить взгляд.

— Да, он заинтригован... В отличие от меня.

— Вот как? — Право, немного обидно.

— Он просто ещё не решил, кто ты — друг или враг.

— А ты?

Снова улыбка уголками губ.

— Ему ты зла не причинишь. Тебе это ни к чему.

— Возможно.

— А ещё он много размышляет над тем, откуда ты взялся.

— И как успехи?

— Ему не хватает опыта.

Вот уж кто действительно из Орлиного Гнезда, так это Борг. Вот только что: «Щит» или «Опора»[8]? Скорее «Опора»... Интересно, мой кузен по-прежнему курирует своё детище, или ему уже надоела мышиная возня? Если я всё же вернусь и если меня посчитают достойным общения, надо будет поинтересоваться у него подробностями этих мальчишеских забав. На всякий случай, чтобы не попасть впросак... Да, шпионские игры — не моя стезя. Но тут уж сам виноват: нечего было корчить из себя всезнайку. Кстати, казаться многоопытным и многомудрым — легче, чем вы думаете. Открываю секрет. Идеальный вариант, когда вы сидите в просторном кресле, но можно и без него... Итак: плечи расслаблены, пальцы подрагивают в такт пульсу, голова чуть склонена набок, подбородок приподнят — так взгляд выглядит более изучающим и снисходительным, лёгкая улыбка человека, который видел в жизни всё и даже больше — только уголками рта, а глаза... Глаза должны смотреть в сторону собеседника, но — сквозь него, в точку за его спиной. И думать при этом надо о чём-то приятном, но не смешном, достаточном для того, чтобы задуматься, но не заумном. Можно подсчитать расходы за последний месяц — ваши брови обязательно поднимутся вверх, так что следите за ними и придайте этому движению изящество точно задуманного. А можно прикинуть, каким маршрутом возвращаться домой из любимого трактира после «принятия на грудь» излишней порции выпивки — тогда собеседник будет полностью уверен, что вы его раскусили или же разрабатываете грандиозный план по установлению господства над миром...

Наверное, он догадался о направлении, в котором текли мои мысли, потому что кивнул:

— Да, у меня опыта гораздо больше.

— И?

— Я понимаю, что пока ты не захочешь рассказать сам, любые попытки представить, как всё обстоит на самом деле, напрасны.

— Верно. — Я невольно улыбнулся.

— Но... ты расскажешь?

— Не знаю. — Я вздохнул, опираясь руками на подоконник. — Это зависит не только от меня.

— Понимаю. — Борг снова кивнул.

— И что именно ты понимаешь? — Я не удержался от ехидства.

— Твоя ноша ничуть не легче, чем ноша Дэриена. Может быть, ещё тяжелее...

Я подставил лицо ладоням тёплого ветерка.

— Я справлюсь.

— Да, ты — справишься. — Ни капли иронии на этот раз.