Сила изгоев - Николай Степанов

– Как добраться до Мертвых земель? – спросил Югон. Маг знал, где находятся эти проклятые территории, но надеялся, что Великий подскажет, с какой стороны туда лучше войти. Ответ оказался неожиданным.

– Если не хотите войны между Зирканой и Далганией, идите через Саргандию.

Напоследок Трингор дал весьма полезный совет:

– Попроси Сиера вытащить вас отсюда. После вторжения макугаба выход на второй ярус завален, а пещерные духи в ярости. Вам с хранителем самим не выбраться.

Седой волшебник поблагодарил Великого и отправился в третью дверь, к Сиеру.

– Слушай и не перебивай, – начал тот, не дав возможности Югону даже поздороваться. – Первое. Чтобы кольцевое заклинание сработало, нужно заставить пришельца неподвижно застыть. Это может сделать уловитель намерений. Второе. Чтобы нерлюдь не смогла покинуть зону серебряного тумана, в кармане человека, обращенного в нее, должны находиться две серебряные монеты. Третье. Входить на территорию Мертвых земель можно только через ущелье Корявых ручьев и потом двигаться строго по сухому руслу. И четвертое. Человеку, имеющему предназначение, не пережить ночь на синей глине. А теперь спрашивай.

– Как найти колодец Темного духа? – Югон впервые вслух произнес место, где должен был появиться Дьюго.

– В этом колодце начинается сухое русло, а заканчивается оно – в ущелье Корявых ручьев.

– Что нужно сделать непосвященному, чтобы? – Седой волшебник попытался выведать самое главное, поскольку не имел понятия, как лишенным предназначения одолеть непобедимого.

– Этого не знает никто, – не дал закончить вопрос голос Сиера. – У тебя совсем не осталось времени, а ты еще хотел меня о чем-то попросить.

– Выведи нас с хранителем из пещер Рамхаса.

– Где бы ты хотел оказаться?

– Там, где я нужнее всего.

– Хорошо.

«Досточтимый мирольд! Я наслышан о Ваших недавних бедах больше, чем кто-либо другой, поскольку имел довольно продолжительную беседу с одним из тех варваров, которых на Вашей территории подверг суровому и, бесспорно, справедливому наказанию Его Величество. Я никогда не питал добрых чувств к разбойникам, а посему желание уничтожить единственного выжившего из сотни поморов у меня было велико. Однако от мертвого ничего не узнаешь, не так ли?

Сведения, которые удалось вытянуть из помора, меня серьезно заинтересовали. После этого некоторые факты предстают в совершенно ином свете.

У меня вызывает некоторое недоумение, почему отряд военного министра, сопровождавший короля, уничтожил всех поморов, хотя обстоятельства позволяли ему взять пленных и выяснить намерения разбойников? В военное время информация о планах врага гораздо важнее его физического уничтожения. И если учесть, что мы не ведем боевых действий против обитателей побережья, поголовное уничтожение поморов с трудом поддается объяснению.

Я глубоко уважаю Его Величество и ни в коей мере не хочу бросить тень на этого великого человека! Однако в окружении короля иногда встречаются и не очень порядочные люди. Вот их-то я и опасаюсь. Поэтому направляю письмо только Вам. Вы, в отличие от меня, человек большой, а потому сможете правильно разобраться в ситуации.

То, что рассказал мне разбойник (а он наверняка знает больше, чем говорит), касается сокровищницы, расположенной в пещере. Полагаю, такие сведения стоят нескольких сотен едургов, и я готов обменять на них своего пленника.

Раненого помора я держу у себя в подвале. Если он Вам нужен, сообщите письмом, и мы договоримся. За ответом завтра прилетит та же птица, что доставила это послание. С нетерпением жду Вашего решения».

«А если я не заинтересуюсь помором, ты предложишь его кому-то другому, – закончил Горлинд диалог с неизвестным автором. И подвел итог: – А мне это совершенно невыгодно».

Вельможа еще раз внимательно ознакомился с письмом, которое сегодня утром ему под ноги бросила ширококрылая птица. Телохранители попытались ее поймать, но пернатый гонец, словно предугадывая действия магов, уходил от их воздействия по какой-то хитроумной траектории. Уже одно поведение птицы говорило о том, что послание было отправлено не простой деревенщиной, о чем, кстати, свидетельствовал и стиль изложения.

«Кто бы это мог быть? – задумался Горлинд. – Вполне вероятно, что кто-то сильно не любит министра Сторхана, но сам не хочет вступать с ним в борьбу, вот и пытается сделать это моими руками. Но тогда при чем здесь деньги? Несколько сотен едургов могут заинтересовать только какого-нибудь обнищавшего рольда, которому военный министр никак не мог стать поперек дороги. Или здесь кроется старая месть? Тогда становится понятным, почему письмо написано мне, а не королю. В этом случае таинственный „рольд“ вряд ли будет связываться с монархом. Это, безусловно, мне на руку.

И автор письма, и его пленник непременно должны быть уничтожены. Со вторым, правда, сначала нужно переговорить. Вдруг он знает, кто навел разбойников на мои богатства? Скорее всего, конечно, это кто-то из моих же позарился на бриллианты, а подключить к ограблению поморов – самое простое решение. – Голова мирольда в процессе рассуждения работала все активнее. – Одно не сходится: все, кто знал о тайнике, найдены мертвыми. Неужели предатели оказались настолько глупыми, что позволили себя убить? Вряд ли. Остается только Ронкул, но он все время на виду. Совсем мальчик заработался. Так спешит восстановить замок – никому спуску не дает! Хорошая опора мне будет под старость. Но все равно – так изводить себя нельзя. Хоть бы бабу себе какую завел для развлечения. Двадцать два года парню, а он все один. Я в его годы…»

Мирольд сладко потянулся в кресле, припоминая свои молодые годы. «Интересно, у автора письма действительно прячется спасшийся помор, или это ловушка? Разбойник очень многое мог бы прояснить. И главное – как они вышли на мой тайник? – Горлинд поднес лист бумаги к горящей свечке и дождался, пока письмо превратится в пепел. – Действовать нужно крайне осторожно».

Мирольд встал из-за стола и направился в столовую. После пожара, разрушившего его замок, вельможа перебрался в особняк, любезно предоставленный одним из богатейших купцов Гринторда – города, располагавшегося по соседству с бывшей резиденцией мирольда.

– Мирольд, ваш сын просил передать, чтобы к завтраку его не ждали, – доложил в столовой дворецкий.

– Опять на пожарище?

– Нет, мой господин. Он оседлал драгана и ускакал, не сообщив куда.

– Ладно, позавтракаем без него, – недоуменно пожал плечами Горлинд. «Зря я ему вчера рассказал о нападении на тайник. Не хотел ведь!»

Магический поединок требовал большого открытого пространства и потому не мог начаться до тех пор, пока односельчане не освободят место для схватки. Верингцы не спешили, надеясь, что спорщики одумаются, но Зинтуг был непреклонен. Хотя…

– Только если он приползет ко мне на коленях и попросит прощения, – ответил старейшина на призыв своих коллег помириться.