Академия целителей. ДТП для варвара - Ясмина Сапфир

Я выдохнула, и сразу как-то полегчало. Шутка начальника слегка расслабила, я только вспомнила, что выпрямила спину – так, что даже мышцы заныли.

– Но я прошу тебя, Гуля, останься в общежитии.

И вновь голубые глаза варвара лишали воли, подчиняли без приказов. Просили, но заставляли послушаться. Чувственные губы Димара дрогнули, и впервые с момента нашего знакомства их уголки дернулись вниз. Начальник теперь выглядел старше – более суровым, серьезным мужчиной. Из-за черт бесшабашного, веселого варвара внезапно проступили другие черты. Воина, свирепого, необузданного, дикого. Готового защищать то, что ему дорого, беречь, не думая о цене и расплате.

– Ты толком не владеешь собственными силами. Бой будет непростым даже для опытных магов. Не думаю, что смертельным, но очень опасным. Все-таки к нам долетели лишь сгустки. Несколько шальных клочков материи. Но не стоит рисковать собой без необходимости. Прошу тебя, Гуля, даже настаиваю.

Я сглотнула, не в силах выдавить ни слова. Димар так смотрел, что хотелось подчиниться, просто потому, что он меня уговаривает. Однако интуиция советовала другое. Я знала, что нужна, понимала, что рискую, боялась, но стремилась сражаться рядом с варварами. И вдруг совершила невероятное открытие! Новость захватила, ошеломила, поразила. Я переживаю за местную Академию, как не волновалась ни за один свой вуз. Я беспокоюсь за Димара Мастгури так, как не тревожилась ни за одного мужчину. Мне стали дороги Шейлана, Айливерт, маленькая Черулина с неженской силой, даже Гвенд и Ламар не оставили равнодушными. Вархар, его Оля, Эйдигер с Алисой. Да, в общем, почти все знакомые варвары. А ведь я знаю их несколько дней от силы! Некоторых и того меньше!

Когда я в последний раз кем-то дорожила? Так, чтобы броситься в пламя пожара, помогать и поддерживать в любых обстоятельствах? Наверное, лишь мамой, но она умерла. Давно, от болезни, у меня на руках. Но разве от этого кому-то легче? Я попрощалась с любимым человеком, но боль навсегда поселилась в сердце. И вот сейчас я чувствовала то же. Близкое, очень неприятное ощущение. Я не хотела прощаться с варварами. Ни с кем из них, ни с одним из воинственных скандров. К Сласе я тоже успела привязаться.

Я редко сражалась за что-то в жизни. Спокойно сносила удары фортуны, ждала, что судьба изменится к лучшему, действовала в рамках своего разумения, но в пекло не лезла, на передовую не стремилась.

Теперь же я поняла, что готова к схватке за то, что обрела в местной Академии.

Безумное, многочисленное семейство Мастгури – я не сомневалась, что однажды вступлю в него.

Димар уловил мое настроение, нахмурился, насупился и очень напоминал маленького мальчика в теле воителя.

– Ты не послушаешь? – спросил он тихо.

Я резко отрицательно помотала головой. Димар так вздохнул, что накрыла неловкость. Мощная грудь скандра ходила ходуном, брови сошлись в тяжелую полоску, и та зависла над переносицей.

И мне вдруг стало безумно приятно. Тепло и уютно, как в родном доме. Пусть даже утром разбудят варвары – они гомонят, но не угомонятся.

Тут даже сходство глаголов не поможет.

Димар замолчал, чуть поджал губы и приподнялся. Какую-то долю минуты казалось – сейчас он опять меня поцелует. Просто задушит в стальных объятиях. Так пылали голубые глаза варвара, так напряглось его мускулистое тело. Но вместо этого Димар поднялся, быстро и нервно прошелся по комнате – и произнес заметно упавшим голосом:

– Ладно, женщина-физик, слушай! Запоминай!

Начальник остановился и замер изваянием, внимательный взгляд его словно гипнотизировал.

– Думай, что черная материя – опухоль, рак на здоровой ткани перекрестья, и представляй, как ты ее удаляешь. Она исчезает – быстро, бесследно. И, женщина-физик! Что бы ни случилось, не лезь к ней близко, никого не спасай! Этим займемся мы, воители. Ясно? Давай уже, Гуля, соображай! Времени на разговоры совсем не осталось!

Я неожиданно вышла из ступора. Голова оказалась на удивление ясной, растерянность исчезла, нахлынуло воодушевление. Димар воззрился пытливым взглядом, даже не смаргивал, молчаливо требовал. Я встала, вздохнула и робко ответила:

– Сделаю, как скажешь. Но пойду… с тобой.

Димар отмахнулся, вдруг хохотнул, поддернул бретельки майки-алкоголички и разразился привычной иронией:

– Думаю, материя сильно удивится, когда увидит меня в этом прикиде. А если и Ламар не успел переодеться, и Гвенд притащит худощавое тело, едва прикрытое тонкой тряпицей… Все, дезориентация сгусткам гарантирована. Даже не знаю, от чего больше – от восхищения нашими брутальными телами или недоверия к таким доспехам.

Я засмеялась, шагнула к скандру и вдруг очутилась в стальных объятьях. У моего уха бешено билось сильное, доброе сердце варвара. Шумное дыхание жарило темечко. Он просто стискивал, молчал и гладил. И столько в этом крылось эмоций, чувств, невысказанных, но таких понятных, что у меня приятно засосало под ложечкой. Я прикрыла глаза и затихла окончательно. Век бы стояла и не расставалась с Димаром. Вот только варвару этого было недостаточно. И тело Димара мне тут же напомнило – либидо у скандров сильнее человеческого. Впрочем, меня это не пугало совершенно. Алиса и Оля ведь с радостью делили жизнь и постель со своими скандрами. Чем же хуже зейлендка Гульнара?

Димар отпустил через некоторое время. Прошла ли минута, четверть часа… Я не засекала, даже не подумала.

Скандр собрался мгновенно – выпрямился, взял меня за руку и повел на выход.

– Я тебе буду все время советовать. Но если скажу: «беги» – улепетывай! Даже не вздумай оставаться на месте!

Я машинально кивнула Димару, он тяжко вздохнул и покосился с недоверием. Понял, что поступлю все равно по-своему. Характер достался мне от нордических викингов. Дикие, но прекрасные северные Брунгильды косили врагов мечами не хуже, чем их бесстрашные мужья и братья. И от опасностей никогда не бежали.

Сердце забилось медленней, четче, и я внезапно совершенно успокоилась. Сильная ладонь Димара Мастгури, взгляд – уверенный, твердый, суровый, поступь – ритмичная и стремительная. Я доверяла этому мужчине: себя, свою жизнь и дар иссушения. Верила в Димара безоговорочно. Как, видимо, и остальные жены скандров.

Снаружи творилось невообразимое. Яркие жемчужины фонарей и окна корпусов освещали улицу, звезды вторили, будто соперничали, и небо выглядело густо-синим. Темные всполохи прорезали небо, словно кто-то мазнул по нему акварелью. Мокрые линии начали растекаться, образовывая строго упорядоченную структуру. Мне она напоминала пчелиные соты, только очень странные – неглубокие, угольные.

Толпы скандров, мрагулов, истлов, леплеров и таллинов высыпали из здания, в едином порыве отправились сражаться. Сальфы попадались лишь изредка, единично. Ни паники, ни ужаса местные не испытывали – или очень хорошо скрывали эмоции.

Выстроились рядами, ждали распоряжения.

Вархар, Эйдигер, Ламар и Шейлана располагались в центре воинства. Рядом со скандриной виднелся Гвенд. Слегка растерянный, но очень решительный.