Последний крик банши - Юлия Журавлева

В какой момент Екатерина утратила контроль над ситуацией, сказать сложно. В те минуты она вообще не понимала, что делает. Только инстинкты и странная, почти болезненная тяга завершить начатое, дойти до конца. Пустота в голове и мыслях, эмоции уходят, останавливается сердце. И на смену ведьме приходит банши. Служительнице смерти безразлично, что вокруг сотня инквизиторов, она не думает о последствиях. Прямо здесь и сейчас перед ней истекающая кровью жертва, которую она не может отпустить. Но ей чего-то не хватает.

Одно прикосновение, и она приводит человека в сознание. И ужас в его глазах доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие. Это не убийство — настоящий ритуал. Жертва не в силах пошевелиться, закричать, попросить о помощи, как кролик перед удавом, мужчина только смотрит в глаза той, что уже вынесла ему приговор, на этот раз смертный. Смерть не признает отсрочек.

Теперь, подстегиваемая ужасом и страхом, жизненная сила быстрее покидает тело. Кровопотеря еще не смертельна, но осужденный уже на грани. Пустая оболочка не может жить. У смерти особый запах. Банши не ощущает ничего, только неповторимый аромат угасания, смешанный с человеческими эмоциями.

Прикосновение чужих рук к плечам ломает всю прелесть происходящего. Ладони жалят даже через одежду. Сила инквизитора. Медленно, несмотря на усилия и жалкие попытки препятствовать, банши встает и поворачивается лицом к тому, кто посмел ее прервать. И во всем сером и безжизненном мире она видит голубые глаза, во взгляде которых читается просьба: остановись.

Катя поперхнулась воздухом и резко упала на колени, наверное разбив их об асфальт. Максим просто не успел отреагировать. Но разбитые коленки — пустяки, особенно для ведьмы. Главное — она к нему вернулась. Тут же подбежала бригада врачей, которые по-прежнему с опаской косились на ведьму, но оказали первую помощь пострадавшему, перевязали раны.

Катя не поднималась, она опустила голову, и волосы закрыли лицо. Но инквизитору и не нужно было ее видеть, он все понимал. Она проиграла своему дару. Слишком часто обращалась к силе смерти, слишком часто перевоплощалась в банши, а сегодня просто перешла в другую форму помимо собственной воли. Дар поглощает ее. Максим опустился рядом и на глазах у всех крепко прижал к себе женщину, все еще холодную, не отошедшую от случившегося.

— Хоть этого я не убила? — тихо спросила ведьма.

— Нет, жить будет точно, — успокоил ее Макс.

Инквизитор тоже видел ужас в глазах человека. А ведь он осужден за убийства, за несколько убийств. Каково это, побыть на месте жертвы? О чем он думал в этот момент? Вспомнил ли тех, кого до этого убивал сам? Осужденного взяли под руки и увели. Ведьма и инквизитор тоже встали. Напоследок Максим направил силу на место проведения ритуала, в первые же две секунды поняв, что в одиночку не справился бы, наверное, и отец. Ритуал, проведенный банши, это не обычный ведьмовской ритуал. Сила, кажется, въелась в асфальт так, что только замена полотна на плацу способна ее убрать. И то не факт. Возможно, объединившись, инквизиторы смогли бы полностью очистить свой полигон от последствий, но Максим решил, что они не станут этого делать. Оставят как учебное пособие. Все-таки с подобным сталкиваются настолько редко, что эта тема осталась за рамками даже академического курса. Во всяком случае, как сражаться с банши, им никто не рассказывал. Никто не верил, что когда-нибудь доведется встретиться с ожившей легендой. Навь. Мавка. Банши. Легенда, которую он держит за руку. И не отпустит, что бы эта ведьма или не совсем ведьма себе ни думала. Такую редкость нельзя отпускать.

Выйдя с полигона, Катя освободила свою ладонь из руки инквизитора.

— Мне надо побыть одной. Пожалуйста.

Максим остановился, понимая, что действительно лучше не лезть. Екатерина пошла в сторону леса, сейчас ей хотелось находиться как можно дальше от людей. И еще дальше от инквизиторов.

Зайдя поглубже в лес, где ее уже нельзя было разглядеть за ветками и кустарником, женщина опустилась на землю, привалилась к стволу дерева и обняла колени, положив на них голову.

Вопрос «Как жить дальше?» стоял как никогда остро. Всякое в ее жизни бывало. И из дома в никуда в семнадцать лет уезжала. И сидела в застенках инквизиции в ожидании сначала пытки, а затем приговора. И замуж выходила, и разводилась, и на работе неприятности случались. Но всегда — всегда! — Катя была уверена в своих силах и в себе. Она знала, что сможет, справится, переборет. А сейчас, впервые за уже достаточно долгую жизнь, четвертый десяток разменян, ведьма совсем не могла сказать хотя бы самой себе: я справлюсь. Потому что только что она, та, которая должна спасать жизни не просто людей, а детей, бессознательно перешла грань и стала той, кем в старину пугали непослушных малышей. Стала той, кого боялась сама. Она превратилась в банши.

Эту часть своей сущности женщина никогда не могла принять, загоняя в самый дальний угол. Когда бабка провела ритуал, сделав свою внучку и наследницу рода полноценным созданием смерти, Екатерина думала, что убьет старуху. И только ужасное состояние после перерождения помешало ей осуществить задуманное сразу. Да и со своей бабкой она, совсем девчонка, тогда бы не справилась. И сейчас, наверное, не справилась бы. Как можно справиться с сильной опытной ведьмой, когда она не в состоянии контролировать даже себя? Теперь Катя понимала, что необходимо было не обрывать все контакты с бабкой, а, несмотря на обиду, попытаться научиться пользоваться обретенной силой. Научиться с ней жить. Екатерина же предпочла уйти от проблемы, представить, что ничего не произошло и она по-прежнему самая обычная ведьма. Да, сильнее других. Да, преодолевает иммунитет инквизиторов. Но ничего такого не произошло. Жизнь продолжается.

И сейчас ведьма пожинала плоды своей недальновидности, своей обиды и гордыни.

Как ей войти в операционную, подойти к столу, почувствовать аромат смерти и боли и сдержаться? Что, если произошедшее сегодня повторится? Кто ее остановит? Отнюдь не каждый инквизитор справится с банши. То, что Аверину-младшему удалось до нее достучаться, — настоящее чудо. Впрочем, какое чудо? Это очередная проблема — глупые чувства, проснувшиеся к этому мальчишке. К инквизитору. И с ними, как и со второй сущностью, ей теперь тоже придется как-то жить. Жить и знать, что приворот будет снят и для него все останется в прошлом. Всего лишь урок избалованному сыну от вспомнившего о своих обязанностях отца. А она стала простым инструментом, не больше. И именно в этот момент Катя приняла решение.

Собравшиеся на полигоне инквизиторы переговаривались и переглядывались. То тут, то там слышались возгласы пораженных увиденным мужчин. Настоящая банши!

В двадцать первом веке подобных созданий принято считать вымершими, уничтоженными. Молодняк инквизиции даже не понял, в кого превратилась на первый взгляд обычная ведьма, проводящая ритуал. И только старожилы, родившиеся в первой половине двадцатого столетия, узнали в преобразившейся женщине создание смерти, ее спутницу и предвестницу.

Инквизиторы потянулись к месту проведения ритуала. Самые любопытные опускались на корточки и протягивали руки к напитавшимся огромной силой кровавым знакам. Многие пытались сделать то же, что и Аверин-младший, — нейтрализовать колдовство. Но ни у одного не получилось хотя бы немного развеять волшбу.