Реконструктор - Дмитрий Кружевский

Руссары явно проводили испытания этих аппаратов, и, судя по потерям ястанцев, успешно. За три недели их с Меналом присутствия на базе аэроотряд потерял шесть аэростатов. Вчера же из вылета не вернулся тяжелый бомбер класса «Эстер-Наг» – летающая крепость, являющаяся одним из лучших аппаратов в своем классе. До этого дня считалось, что данный класс машин руссарским крыланам не по зубам, – оказалось, что это не так. Все это побудило ястанских капитанов спешно довооружать свои воздушные корабли пулеметами, частенько за счет демонтажа орудий, что, в свою очередь, делало их легкой добычей для руссарских аэростатов. Можно было сказать, что на базе царила некоторая растерянность, медленно перерастающая в легкую панику.

Отто вздохнул и, подойдя к столу, раскрыл лежащую на нем папку, достав оттуда лист с рисунком руссарского крылана, выполненного после опроса свидетелей, – странная конструкция. Два прямоугольных крыла, причем одно поверх другого, хвостовое оперение, снабженное вертикальным стабилизатором, и тупой нос с неизвестным типом двигателя. В том, что двигатель не обычный паровой, Майсер уже не сомневался, – в противном случае нос аппарата был бы куда более массивным и присутствовали бы патрубки отвода пара. Нет, неизвестный ему руссарский инженер пошел совсем по другому пути, нежели все ведущие аэроконструкторы мира, пытавшиеся создать нечто подобное, – все было как-то слишком просто, впрочем, как и все гениальное.

Обычно все пытались брать за основу конструкции строение птиц, порой даже копируя строение крыла, и этого пути не избежал даже он, Майсер. Последние его модели имели не только изогнутый наподобие птичьего профиль крыла, но и наборные крылья с имитацией перьев, выполненных из тонкой фанеры и материи. Хотя, к своей гордости, Майсер мог отметить, что концепцию аппарата подобной той, что была изображена на рисунке, он тоже разрабатывал. Это была машина с одним крылом и широким горизонтальным стабилизатором, имеющим подвижность в горизонтальной плоскости. Однако руссарский аэроконструктор выполнил все проще и изящнее, одновременно перечеркнув все наработки своих соратников по делу, опередив их на десятилетия, словно знал, как и что надо делать.

Дверь тихонько скрипнула, заставив Отто отвлечься от размышлений.

– Фу-у, ну сегодня и жара, – бросил Менал, снимая китель и в сапогах заваливаясь на кровать.

– Есть новости? – поинтересовался инженер, покосившись на разведчика.

– Кое-что, но не слишком много. – Эрнес тяжело вздохнул и, резко поднявшись, сел на кровати. – Хотя даже не знаю, относится ли это хоть как-то к нашим поискам. Я попросил своих людей сообщать обо всем необычном…

– И что?

– Ну… – Менал поднялся и, похлопав себя по карманам брюк, извлек из заднего кармана помятый лист бумаги. – Вот тут один из агентов сообщает, что некий господин Сатров, владелец небольшого завода по переработке нефти, хвастался о неожиданном заказе на мало кому нужный бензин…

– Бензин! – Майсер вскочил со своего места и, вырвав из рук разведчика бумагу с шифровкой, быстро пробежал по ней глазами. – Четыре сотни рилов[16]за два месяца!

– Вот и я удивился, – кивнул Эрнес, – куда можно использовать такую прорву? Хотя из-за ястанских бомбардировок там частые перебои с освещением, так что возможно…

– ДКГ, ну конечно же, ДКГ! – Инженер заметался по комнате, затем замер у окна, грохнув кулаком о широкий каменный подоконник. – Да кто же ты такой, демон тебя дери?

– Вы о ком? – разведчик с беспокойством посмотрел на своего подопечного, всерьез опасаясь за его душевное равновесие. Слишком уж близко к сердцу принимал Майсер успехи руссарского конструктора.

– О создателе крыланов, естественно, – буркнул Отто. – Я с самого начала не мог понять, что он за двигатели поставил на свои машины, а вы мне наконец-то дали ответ.

– Думаете, эта новость имеет какое-то отношение…

– Непосредственное! – перебил Эрнеса Майсер. – По всей видимости, на этих крыланах стоят так называемые двигатели камерного горения, использующие в качестве топлива бензин. Одно время их широко разрабатывали, но из-за малой мощности и ненадежности они так и не прижились. Видимо, этому руссару удалось решить и эти проблемы…

– Или он работал над аппаратами не один…

Отто покосился на Менала и, на секунду задумавшись, кивнул, соглашаясь с предположением разведчика.

– Значит, осталось только узнать, куда эта фабрика поставляла свой бензин, и тогда мы уж точно поймаем наших «птичек», – хищно улыбнулся Эрнес. – И этим вопросом я займусь лично.

К счастью, вместо двух дирижаблей, упомянутых в радиограмме, прибыл лишь один, но даже с ним возникло довольно много проблем, и в первую очередь – с перемещением его в ангар. Причальные платформы так и не удалось полностью восстановить, хотя на складе крепости Роханцев обнаружил достаточное количество запчастей к их механизмам. Благодаря этому смогли привести в рабочее состояние несколько лебедок, и причаливание прошло без каких-либо эксцессов. А вот транспортировку аппарата в ангар пришлось осуществлять при помощи двух грузовиков, которые с трудом справились с этой задачей. К тому же, когда это было сделано, обнаружилось, что нос аэростата торчит из дверей на несколько метров. Несмотря на то что «Надежда» относилась к аппаратам так называемого среднего класса, того же, что и базирующиеся здесь ранее «Охотники», размеры она имела внушительные.

А вот с размещением экипажа проблем особых не возникло, так как все его члены были женского пола, за исключением прилетевших вместе с ними экспертов. Больше всего этому факту обрадовался Роханцев, который уже задумывался о срочном восстановлении некоторых зданий, а обошелся выделением со склада десятка коек. Однако в тот же день они с Сергеем осознали, что так просто проблему жилья решить не удастся. В казарме стало тесновато, да и новоприбывшие смотрели несколько свысока на девушек из гарнизона, отчего в первый же вечер между ними возник небольшой конфликт. К счастью, им с капитаншей «Надежды» удалось погасить начавшуюся свару в зародыше, но все поняли, что с жильем надо что-то срочно решать.

На созванном Андре небольшом совещании было решено все-таки начать восстановление одной из казарм, а пока перевести девушек из отряда Ратного обратно в крепость, оставив только курсанток. Последних поселили на втором этаже казармы в комнате парней, отправив тех обживать кухню, – впрочем, они не роптали. Прилет новых девушек, да еще и аэронавток, был для них куда более существенным событием.

Для Сергея же было более важно именно прибытие экспертов, напрямую подтверждающий интерес к его машинам со стороны руссарских властей. Несколько смущал тот факт, что для оценки его аппаратов прислали всего одного человека: невысокого роста худенький подвижный старичок в смешных круглых очках – профессор аэронавтики одного из столичных университетов – буквально исходил скептицизмом и неверием. Сразу же после приземления он потребовал предоставить ему аппараты для осмотра и в прямом смысле ощупал бипланы от кончика носа до верхушки хвостового стабилизатора. Причем, судя по скучающему виду профессора, этот осмотр только укрепил его в своих выводах. Сергей попытался было дать кое-какие пояснения, но гость лишь отмахнулся, с гонором заявив, что уже вдоволь наслушался околонаучных бредней от подобных безграмотных самоучек.