Ведунья против короля - Вера Чиркова

– Слишком дорого за простые сведения, – не согласился Шайонс. – Я еще и тому должен заплатить, кто сделает работу. У меня все без обмана.

– По пять, – осторожно предложил обладатель розочек. – А ему дашь три.

– Всем по три.

– А еще работа будет? – Желтоглазый, как всегда, соображал быстрее всех.

– Тебе – обязательно, – успокоил Шай. – И тем, кто может думать не только о себе, – тоже. Но сначала закончим одно дело. Так где ваш мастер?

– Это Жюс. Он снимает ловушки, – поспешил заработать толстяк.

– Кто его приведет? – Доставая горсть камней, маг начал считать их с преувеличенным вниманием. – Поспешите, пока я добрый.

Ринулись сразу двое, но желтоглазый остался на месте. Задумчиво изучал незнакомцев, слегка морщил лоб, что-то подсчитывая, и наконец недовольно нахмурился:

– А если ущелье будет закрыто?

– Ты всерьез думаешь, будто заставы стоят во всех ущельях? – с язвительной снисходительностью усмехнулся Шайонс. – Нет, только в самых широких и удобных. – А вам придется идти через другое, тайное. Поэтому я и плачу за особое задание. Вы как самые сильные разделите всех остальных на отряды и поведете через горы. Всем проводников дать не смогу, слишком уж запугали вы народ, боятся идти. Но один будет, покажет вход в ущелье. И карты тоже будут. Хорошие, на вашем языке.

– Ты всерьез думаешь, – ехидно передразнил его шаман, – что среди нас много таких, кто умеет читать?

– Значит, поделите грамотных так, чтобы в каждом отряде был хоть один, – безразлично пожал плечами хозяин обители.

Гард тоскливо покосился на окно, за которым еле заметно начинал сереть небосклон, и подавил раздраженный вздох. Вот за каким лешим этим магистрам приспичило так долго возиться со злобными неумехами? Нужно было расписать прелести незащищенного ущелья, и пусть бы сами попробовали там пройти. А тех, кто не сумеет и вернется, встретить ротой егерей.

Жюса привели очень скоро, он оказался молодым, худым и каким-то невзрачным. Но глаза сияли неожиданно мягким светом разума, который не спутаешь ни с чем. На сделку он согласился сразу, однако упоминания о высокой награде словно не услыхал. Может, кто другой и счел бы это беспечностью или высокомерием, но Гард тотчас понял, в чем дело. Незачем ему радоваться неожиданному богатству – как оно пришло, так и уйдет. Старшие собратья никогда не оставят в его карманах заработанных камней. Да и хорошие вещи, найденные им в дворцовых комнатах, отберут, позволив лишь донести до халгирских степей. Хоть бы все монеты заодно не выгребли, и то счастье.

В том, что Звен думал точно так же, регент убедился через полчаса. Процедура снятия ошейников с помощью Жюса неожиданно для всех превратилась в довольно несложную, хотя и занудную операцию.

– Они все разные, – пояснял халгирец, уверенно водя руками по колючему металлу. – Разные мастера делали, разные заклинания ставили. И у каждого свой ключ, один на всех, чтобы не забыть. Иначе ценных рабов убить можно. Вот смотри, если на ошейнике голова верблюда – это мастер Гайсат, а если меч – то Алиман. У Гайсата ключ простой, три раза повернуть вот эту петлю влево и нажать на ту темную точку.

Магистры слушали очень внимательно, обмениваясь быстрыми, понимающими взглядами. Всем было ясно, что парень видит заклинания магическим зрением так, как могут только обладатели весьма сильного дара. И значит, отпускать его в Халгир нельзя ни в коем случае. Пока он доверчив и прост, но как только осознает свою силу и заматереет, может натворить много бед и доставить ковену кучу проблем.

– Жюс, я хочу дать тебе одну вещицу, – тихо шепнул парню Брэн, едва с последнего пленника соскользнул, раскрывшись, проклятый ошейник, – но так, чтобы никто не увидел. Иди за мной.

– Не надо, – с сожалением отказался молодой шаман. – Заркай все равно заберет. Он очень хитрый.

– Мы поняли, – присоединился к коллеге Шайонс. – Но хоть угостить тебя можно? Ты и так худой, а еще потратил много сил, выполняя наше задание.

От угощения халгирец не отказался, город в последние дни жил голодновато, и на шаманах это тоже сказывалось. Хотя они и имели привычку брать с прилавков все, что понравится, но теперь там ничего не выкладывалось горками и полными чашами, как прежде.

Жюса проводили в столовую вместе с освобожденными магами, но тут же позвали на кухню. А уже оттуда по коридору для прислуги отвели в одну из комнат, где в обед кормили разный случайный люд. Эршель в куске хлеба и миске рагу велел не отказывать никому, даже селянам, привезшим дрова или зелень.

Но сейчас на столе стояло блюдо с жареным гусем, и Гард с напарником и Шайонсом утомленно наблюдали, как жадно рвут мясо щербатые зубы халгирца.

– Спасибо, – запив еду обжигающе-горячим взваром, поблагодарил тот и, помолчав, поднял на них откровенный взгляд: – О чем вы хотели поговорить?

– Ты сильный маг, – честно сообщил Шайонс. – Такие среди вас очень редки. И все твои собратья это знают, но не радуются. Ты для них – враг, конкурент, к которому скоро потечет золото, которое могли бы получать они. Поэтому они постараются либо сделать тебя рабом, либо убить. Но тебе-то любой из этих путей не принесет ничего хорошего. Сегодня они продали тебя за двадцать камней, а как только ты вернешься, отберут и те три, что ты заработал своим трудом.

– Я все это знаю, – нахмурился Жюс и покосился в окно, за которым уже начинало понемногу светать. – Но куда мне деваться? Мы жили с матерью в маленьком кишлаке, пасли овец, косили весной сено. Я хотел жениться… Три года назад лето выдалось очень засушливым, трава выгорела, овец пришлось прирезать. Потом налетел самум, засыпал хижины и колодец… Некоторые жители ушли, остальные решили очистить колодец, но копали мы напрасно. Вода не появилась. Остался только один путь – идти к реке. Я вел их по пустыне от колодца к колодцу, нас догоняли суховеи и смерчи, несколько жителей погибли и моя мать тоже. Но до реки я все же добрался. Мы нашли место для нового поселка, однако прискакали нукеры местного хана и потребовали заплатить за землю. У нас ничего не было, кроме десятка ишаков и вяленого мяса… Они забрали все. И тогда я не сдержался. Все в душе закипело от обиды, молнии сами слетали с рук… А потом потерял сознание и больше ничего не помню. Знаю только одно: всех обидчиков убить я не успел. Выжившие привезли меня к хану, а он велел продать шаману в рабство.

– Тебя продали Заркаю?

– Нет, Ашиму. Он был богат и стар, а еще очень жаден и хитер. Когда я начал работать на него, он стал получать еще больше денег, это и сгубило. Кто-то подсунул гнилой амулет…

Гард не понял, как это может быть, и Ланс тихо объяснил:

– На нем было заклинание вроде тех, какие стояли на ошейниках. Если возьмет не хозяин – может погибнуть.

– Он и погиб полгода назад, – подтвердил расслышавший их Жюс. – Но мне повезло. В тот день с утра сидел на базаре, торговал его поделками и зельями. А когда вернулся, там уже были чужие, делили имущество. Заркай хотел меня забрать, но у старейшин хранилось завещание Ашима. Мы с ним договорились: я верно работаю на него, пока он живой, потом считаюсь свободным.