Когда придёт весна - Татьяна Серганова

— Что? — прохрипела я и облизала пересохшие губы кончиком языка.

В тёмно-синих глазах вновь всколыхнулось пламя, шаг ко мне и… ничего. Он не дал страсти затуманить своё сознание и быстро вернул контроль.

— Нет, Лика.

— Но почему? Ты же сам сказал, что всё зависит от меня.

— Лика, ты сама не понимаешь, что делаешь. В тебе говорят страх, шок и пережитый ужас. Я не могу так, — сказал он. — Потом ведь пожалеешь о своём решении.

Обидно, когда тебя отвергают и больно.

— Откуда ты знаешь, что будет потом? Почему вновь принимаешь решение за меня? А я хочу тебя сейчас! — слова и голос обиженного ребёнка, которому не дали заполучить нужную игрушку.

Я сама понимала это, но и отступиться просто не могла.

— Мы поговорим об этом позже. Когда ты придёшь в себя и сможешь нормально мыслить, — безэмоционально продолжил Обсидиан.

— Ты…

Слов у меня не было. Точнее были, но не самые приличные. Хотелось встать, ударить его везде где только достану. Бить долго и сильно, чтобы Райан почувствовал ту боль, что разъедала моё сердце.

Но вместо этого неожиданно полились слёзы. Большие, солёные и такие мокрые. Я рассеяно стёрла первые капли со своих щёк, ещё не понимая, откуда они взялись. Мне ведь совсем не хотелось плакать. Но организму требовалась разрядка после пережитого кошмара и он её нашёл.

Я всхлипнула раз, второй. Задрожала всем телом и, обхватив плечи руками, позволила себе мгновение слабости.

Длилось вся моя тихая истерика пару минут.

— Спасибо, — глухо прошептала я, стирая остатки слёз с лица. — Большое спасибо.

— Всё нормально, — так же тихо ответил он.

Всё это время Райан стоял рядом со мной, позволяя выплакаться, готовый в любой момент прийти на помощь.

— За всё спасибо, — подняв наконец на него глаза, произнесла я.

Он понял, что именно я имею в виду, и снова кивнул:

— Только не смотри болотникам в глаза.

— Хорошо.

— А теперь мне надо обработать твой ожог.

— Какой ожог?

Опустив глаза вниз, я увидела, что кожа на груди покрылась огромными волдырями с мутной жидкостью. Вид был такой ужасный, что я не смогла сдержать испуганного вздоха:

— О, Боги.

Но несмотря на всю уродливость открывшейся картины, больно почему-то не было.

— Я успел поставить заморозку. Но она скоро закончится, поэтому ожог надо залечить как можно быстрее. Не против?

— Нет, конечно.

Подойдя ближе, Райан сел передо мной на колени и протянул ладони к груди. Никакого сексуального подтекста, но щеки заалели, и я тут же прикусила губу, пугаясь собственных мыслей.

— Убери медальон в сторону, он будет мешать, — спокойно сказал мужчина.

— Хорошо.

Лечение заняло две минуты, но этого времени мне хватило, чтобы окончательно прийти в себя и внимательно осмотреть Обсидиана.

Мой взгляд медленно скользнул по жилистым рукам с длинными пальцами, потом ещё выше к плечам и мощной шее, от неё к голове с непривычными короткими волосами и бритыми висками.

Впервые за долгое время я смогла спокойно, не стесняясь и не смущаясь собственных эмоций, рассмотреть черты его лица.

В уголках тёмно-синих глаз залегли мелкие морщинки-сеточки. Они делали его старше и мудрее что ли. Чёрные брови вразлёт и удивительно длинные ресницы, которым бы позавидовала любая девушка. Прямой нос и едва заметный шрам на левой щеке, который белой полоской выделялся на смуглом лице.

Если добавить ко всему шикарное тело с мускулатурой, тонкой талией и широкими плечами, то теперь можно было понять, почему Диана вздыхала о нём тёмными ночами. Обсидиан был красив, но эта красота не раздражала и не ослепляла, а наоборот, медленно заманивала в свои сети.

Красив, силён, умён, благороден и отважен. И как в такого не влюбиться?

— Готово, — убирая ладони, произнёс Райан, даже не подозревая, какие мысли крутились у меня в голове.

— Спасибо.

Кожа покалывала и болезненно щипала. Неприятно, но терпимо. Я понимала, что могло быть гораздо хуже. Сырая магия, запечатанная в кулоне, желая дозваться до свихнувшейся хозяйки, едва не подожгла меня.

— Тебе надо перевесить амулет в другое место, иначе сожжёшь всё до костей, — сказал Райан и встал.

— На руку? — предложила я.

— Можно и так, главное, чтобы был контакт с кожей.

— Хорошо. Они вернутся?

— Да и скоро. Надо приготовиться.

— Райан, — его имя сорвалось с губ прежде, чем я сообразила, как именно его называю.

Одно дело, когда шептала в порыве страсти и совсем другое, когда обращалась вот так просто.

— Что? — спокойно откликнулся тот.

Ни единой эмоции не проскользнуло на лице.

— Я тут подумала. А что, если проклятье, наложенное на Дарена, можно будет снять с помощью сырой магии?

Мужчина кивнул и добавил:

— Я тоже об этом думал.

— А если нам попробовать сделать это самим?

— Хочешь призвать силу? Не боишься, что она заморозит и убьёт тебя?

— Я не собираюсь погружаться в неё до конца, — я замотала головой. — Ведь это возможно. Маги могут обращаться к ней, чтобы восполнить резерв.

— Да, но если мы начнём экспериментировать, то парня придётся вывести из стазиса. А это означает…

— У нас только одна попытка, — ответила я. — Либо мы его спасём.

— Либо убьём, — закончил Райан.

Я вздрогнула от столь радужной перспективы и перевела взгляд на лежащего без движения Дарена.

— Что же нам делать? Неужели придётся ждать. А если помощь не успеет? Он же умрёт в любом случае.

Обсидиан молчал и это молчание было страшнее любого приговора.

— Ты мне поможешь? — неожиданно спросил мужчина и я вновь на него взглянула.

— Я?

— Да. Я призову магию и попробую снять проклятье. Но один могу не справиться. Если мы решим вызвать древние силы, то мне нужна страховка.

Я быстро кивнула:

— Да, кончено, я помогу.

— Тогда медлить нельзя. Пока болотники готовятся к новой атаке, мы должны успеть.

— И к чему будем обращаться?

— Мы вызовем грозу, — усмехнулся Райан и глаза опасно заблестели.