После - Анна Шнайдер

— Но… как?..

— Я не имею ни малейшего понятия. Но вчера утром мы с Эн обнаружили, что у Софии появилась родовая сила, и я принял решение скрыть ее амулетом.

— Это правильно, — пробормотал Вано обескураженно. — Иначе будет слишком много вопросов.

— Не волнуйся, разберешься с этим потом, когда она получше восстановится. Если подтвердится, что это твоя родовая магия, научишь ее строить кровный щит.

— Конечно, научу. Я просто не понимаю, как так получилось?

— Повторюсь, что не имею не малейшего понятия, — ответил Арен терпеливо. — Пусть с этим разбираются специалисты, это не наше дело. У тебя больше нет вопросов?

Императору показалось, что Вагариус вновь хотел что-то спросить, но, вздохнув, все же выпалил:

— Нет, ваше величество, — и поклонился. — Спасибо.

* * *

Утром Софию осмотрели Эн и заведующий реанимацией, после чего девушку перевели в терапию. Менять палату не стали — Эн сказала, что за пару часов подготовит выписку, и София сможет отправиться домой, не перетаскивая свои вещи, пусть и немногочисленные, на другой этаж.

Потом пришел Вагариус, и выглядел он, с одной стороны, радостно, а с другой — озабоченно. И когда она спросила, в чем дело, Вано ответил, тяжело вздохнув:

— Император разрешил нам с тобой поехать на море на два дня. Но попросил взять с собой наследников. И ее величество.

София поначалу оторопела, а после рассмеялась.

— Так вот почему ты переживаешь!

— А я не должен переживать? — проворчал Вано, глядя на нее с беспокойством. — Это же… демоны знает что!

— Почему? Мы были на море вместе с ее величеством, Агатой и Алексом.

— Да. Но я тогда не знал.

— И тем не менее, — сказала София мягко и, подойдя к Вагариусу, обняла его. Он с готовностью прижал ее к себе и, поцеловав в макушку, вновь вздохнул. — Не волнуйся. Император просто хочет, чтобы Агата и Александр тоже отдохнули, но он не может отправить их из дворца без матери.

— Он даже не подумал о том, что ты будешь чувствовать, Софи!

— Почему ты так решил? — она улыбнулась, подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Император все прекрасно понимает. Но он не может иначе, Вано. И я это тоже понимаю.

— Софи, — он смотрел на нее с болью, — ты слишком добра к нему. Его величество мог бы отправить детей и Викторию на море отдельно от нас. К их высочествам Ванессе и Анастасии, например! Два дня без тебя наследники как-нибудь выдержали бы, тем более с родной матерью.

— Это неразумно, Вано. Он хочет, чтобы Агата и Александр были в безопасности. Рядом с тобой им будет безопаснее всего.

Вагариус покачал головой.

— То есть, ты считаешь, что император все сделал правильно, — проговорил он с горечью. — А я надеялся, это хоть немного тебя оттолкнет.

— Я бы не стала утверждать, что правильно. Я не знаю, как будет правильно. Император поступает разумно, вот и все. — София успокаивающе погладила Вагариуса по груди и произнесла, решив сменить тему: — Эн недавно связывалась с его величеством, он разрешил меня выписать и…

— Разрешил! — фыркнул Вано. — Благодетель.

— Ну перестань. Он сказал, что я могу побыть дома до вечера, а вечером он меня ненадолго заберет к Агате и Алексу.

— Ясно.

Вагариус по-прежнему выглядел мрачным, как грозовая туча, и София примирительно сказала:

— Я надеюсь, что ты тоже пойдешь со мной.

— Куда? Во дворец?

— Нет. Домой.

Мрачность рассеивалась, сменяясь удивлением и радостью.

— Я не обсуждал это с Синтией.

— Мама не будет против, я знаю. Пойдешь?

— Конечно, — ответил Вано, улыбнувшись, и лицо его посветлело.

* * *

Перед совещанием с Судебным комитетом Арен встретился с начальником дворцовой охраны — нужно было предупредить его об исключении из правил по иллюзорным амулетам для Софии.

С понедельника ношение таких амулетов в пределах дворцовой территории было запрещено, и скорее всего, если бы не случившееся в субботу, слуги бы возмущались. Но произошедшее наполнило их пониманием, и с момента вступления в силу приказа императора никто не пожаловался ни дворцовому управляющему, ни начальнику охраны.

Ральфа Рильо Арен за эти дни практически не видел, только читал его отчеты по браслету связи. Рильо, уязвленный тем, что брешь в охранной системе дворца была обнаружена уже после его назначения на пост, стремился заткнуть все дыры даже там, где их не имелось. Арен не возражал. Кроме поддельных иллюзорных амулетов братец мог оставить что-нибудь еще не менее неприятное, хоть бомбу с часовым механизмом. Так что все начинания Ральфа Арен только одобрял.

— Я хочу предупредить вас, ваше величество, — сказал Рильо после того, как император сообщил ему про иллюзорный амулет Софии. — Во дворце никто, в том числе и я, не знает точно, что случилось в субботу. Но многие помнят, что с ее высочеством должна была поехать аньян. Служащие дворца считают Софию Тали погибшей, я и сам так думал, пока вы мне сейчас про иллюзорный амулет не сказали. Я очень удивился. И остальные удивятся. — Арен согласно наклонил голову, и Ральф продолжил: — Какой легенды мы должны придерживаться? Я понимаю, из дворца ничего вынести невозможно, но и в его пределах лишние разговоры ни к чему.

Да, все верно. И об этом он вчера после бессонной ночи тоже не подумал, только попросил Гектора закрыть Софию амулетом.

— Моя аньян покинула магмобиль сразу после того, как он выехал с дворцовой территории, и отправилась к себе домой из-за срочной просьбы матери. Я дал свое разрешение.

— А если ее будут спрашивать, что случилось дома?

— София ответит: «Это личное».

— Все равно будут слухи, ваше величество. — Ральф скептически поджал губы. — Особенно если учесть то, что написали в «Золотом орле» про абсолютный щит, защитивший наследницу.

— Абсолютный щит — невозвратное заклинание. А София вернулась.

— Чудо. Которое сотворили вы, как потомок Защитника.

Арен поднял брови, и Рильо пояснил:

— Я думаю, такой вариант обязательно будет гулять среди прислуги. Еще и неземную любовь приплетут.

«И будут правы», — подумал император, усмехнувшись, но вслух сказал лишь:

— Не страшно. Пусть болтают, в пределах дворца можно. Поболтают и забудут через месяц.

После разговора с Ральфом Арен до обеда проводил совещание с Судебным комитетом, и на обед вырвался с огромным трудом. В другой день он бы не ходил, быстро перекусив в кабинете, но очень хотелось увидеть Агату с Алексом.

Дети ждали Софию и вновь спрашивали о ней, и император обещал, что вечером он ее обязательно приведет, а пока надо подождать. На всякий случай проверил чувства Виктории, сняв щит, и убедился, что она не злится и не ревнует. Надо бы поговорить с ней насчет поездок на море, но для этого Арену нужно было время, а сейчас его уже ждал Гектор Дайд, и после него — сотрудники Финансового комитета.