Наука чудес - Ольга Коротаева

– Но как? – изумилась я и ткнула палочкой: – Там ноль!

Норд отшатнулся и, взяв меня за запястье, отвёл острие палочки в сторону, вынудив шагнуть к нему ближе. Склонился и обжёг ухо горячим дыханием:

– Потому что определитель показывает лишь две цифры, Беда! Или ноль… Но нулевого уровня даже у обычных людей не бывает, аппарат покажет единичку или… что-то повыше. Так догадаешься, что означает твой результат?

Я подняла голову и потрясённо уставилась на мага.

– Что же это? – По спине пробежались волны мурашек. – У меня стопроцентный уровень?!

– Боюсь, дело обстоит ещё печальнее, – с едва заметной улыбкой прошептал Норд. – Аппарат задымился, видела? Предохранители не справились с ударом, потому что в природе не существует чего-то больше сотни процентов. Но ты истинный уникум…

– Стоп, – прижала я руку к его рту. Осознав, что сделала, отдёрнула её и, ощутив, как жар опалил щёки, пробормотала: – Намекаешь, что я показала больше сотни? Это невозможно!

– Невозможно, – согласился Норд. Он взял мою ладонь и положил себе на грудь: – Но я только что это увидел… Ты даже можешь ощутить, как я взволнован этим.

Сердце мага колотилось так часто и сильно, что у меня перехватило дыхание, а щёки, казалось, сейчас воспламенятся. Попыталась вырваться, но Мардарий держал крепко. Уголки его губ опустились, взгляд стал пронизывающим.

– Уникальное существо, – сурово проговорил он. – Даже не знаю, радоваться ли тому, что моя теория оказалась верна, или же постараться забыть об этом…

Сердце моё казалось стучало в висках, во рту пересохло, к горлу подкатился ком. Прохрипела растерянно:

– Существо? – Сморгнула слезу: – Я? Уникальное существо, о котором ты хочешь забыть?

– Что? – непонимающе замер Мардарий и вдруг неудержимо расхохотался: – Ох, Беда! Ты конечно уникальна, но поверь… забыть о тебе невозможно при всём желании!

Я невольно заулыбалась, глядя на весёлое выражение лица мага. Как же мне легко на душе, когда Мардарий улыбается или смеётся! Словно солнышко выглядывает из-за туч, а над головой расцветает радуга… и в животе проклятущие бабочки.

Норд тихонько щёлкнул недовольного Кляксу по носику:

– Я о коте! Он действительно аккумулирует силу. Магическая батарейка! Это удивительно…

Маг с улыбкой погладил Кляксу, а я с изумлением смотрела на потемневший кошачий хвост. Значит, вот что хотел проверить Норд! Вчера он подарил мне незабываемый вечер, чтобы я выдала как можно больше светлых сфер, а сегодня поэкспериментировал с уровнем магии. И я действительно сумела не только достигнуть стопроцентного уровня, но даже превзошла его – с мяукающим чудом и почившей техникой!

В человеке не может быть больше ста процентов магии, но у меня есть собственный аккумулятор силы.

Я деловито уточнила:

– А на турнир меня с Кляксой пустят?

– В правилах нет запрета на этот счёт, – понимающе улыбнулся Норд.

Я положила на грудь мага вторую ладонь и, опираясь о парня, радостно подпрыгнула:

– Я смогла! Я сделала это!

– Ещё нет, – покачал головой Норд и, отпустив мою руку, прищурился: – Но у тебя высокие шансы!

Поддавшись порыву, я счастливо засмеялась и обняла его за шею, а маг приподнял меня над полом и закружил, совсем как Сакс недавно. Клякса испуганно вцепился когтями в мою шею. Я вскрикнула от боли и, инстинктивно прижавшись к Норду, случайно прикоснулась губами к его щеке. Маг резко остановился и, отпустив меня, посмотрел пристально.

Сердце ухнуло и, казалось, провалилось в живот, дыхание остановилось. Губы горели от желания прикоснуться к коже мага, мысли путались. Вот бы он сейчас наклонился и…

– Ты спрашивала, о чём я мечтаю, – вдруг проговорил Норд.

– Ч-что? – заикаясь, выдавила я, с трудом отрывая взгляд от его тёмно-розовых губ. – Мечтаешь?..

– У меня дома, – кивнул Норд. – Ты спросила, что я хочу от жизни. Сейчас я готов открыть это тебе.

Взгляд мага потемнел, а уголки губ опустились. Холод странного предчувствия коснулся моего пищевода.

Мардарий отрывисто процедил:

– Я жажду стереть границы между магами и немагами. Мечтаю, чтобы все клановые различия исчезли навек!

Лицо его стало злым. Я понимала, что не являюсь причиной ярости Норда, но всё равно стало не по себе. И в то же время в груди растекалось приятное тепло. Неужели Норд так отчаянно мечтает стереть разделяющие нас границы? Это вдохновляло сильнее желания быть рядом, окрыляло мощнее мечты о поцелуе… Это объединяло нас крепче магических клятв.

Чтобы не видеть его бледных щёк и танцующих под скулами желваков, я прижалась щекой к груди мага и, зажмурившись от наполняющих меня чувств, проговорила:

– Я помогу тебе исполнить мечту. Сделаю всё, что скажешь. Даже если прикажешь гавкать или тренироваться ночами напролёт. Я всё смогу!

Замолчала и зажмурилась ещё сильнее в ожидании ответа мага. Стало страшно, очень страшно, что он ответит. Ведь слова Мардария подарили надежду, что моя всепоглощающая любовь может быть взаимной. Сердце пропустило несколько ударов прежде, чем услышала тихое:

– Я не сомневался в тебе.

* * *

В лимузине остро пахло раздражающим перцем и терпкой геранью. Мне никогда не нравился резкий парфюм Гальего, но кто спрашивает рабыню? В отличие от Норда, у брюнета за почти истёкшие два месяца отношение ко мне не изменилось ни на схемочку.

– Приехали, – не глядя на меня, буркнул Гальего.

Маг был недоволен, словно кот, которого заставили поделиться миской с собакой: смешно морщил нос и фыркал… Разве что только хвостом не дёргал по причине отсутствия такового! Но если б был, то картина была бы полной. Я давно не боялась ни громкого баса Джиита, ни его злых взглядов. Как бы ни шипел этот недружелюбный экземпляр, Норда он слушался беспрекословно, и приказ подвезти меня и Сакса до пиццерии выполнил без малейших возражений.

Сакс же, приобняв меня за плечи, насмешливо посмотрел на друга:

– Спасибо, Гальего! Что бы мы делали без твоей доброты?

– Катились бы колбаской по Ростосьевской улочке, – пробурчал маг и встрепенулся: – Велосипед из багажника заберите! Не хватало объяснять отцу, зачем я притащил в дом это уродство…

И, скрестив руки на груди, отвернулся к окну. Ворчливо добавил:

– Может, в химчистку лимузин сдать? От рабов только проблемы и грязь.

Я улыбнулась как можно дружелюбнее:

– Спасибо, Джиит.

Как бы ни фырчал Гальего, он, как и Сакс, всегда помогал мне, опекал, защищал от происков врагов, коих с каждым днём только прибавлялось. Чем яснее становилось, кто займёт неожиданно освободившееся место четвёртого участника от нашей школы, тем больше неприятностей на меня валилось.