Клык. Хвост. Луна. Том I - Лин Возовски

На крепкой сосновой ветке уютно разместилось аккуратное птичье гнездо. Сплетенная из тонких ветвей кустарника, чаша была по всему кругу обвязанная прозрачной нитью паутины. Внутри гнезда, в воздушных перьях, сладко спали два бледных яйца, недавно отложенные небольшой мухоловкой. Птица на время оставила свое гнездо без присмотра, чтобы добыть себе пару хрустящих жучков или слизких личинок.

В этот момент, широко расправив крылья, над деревьями парила голодная ворона. Внимательным глазом птица осматривала хвойные деревья в поисках еды, отбрасывая хищную тень на изумрудную поверхность леса. Заметив неосмотрительно оставленное мухоловкой гнездо, ворона спикировала в чащу леса и приземлилась в самый центр гнезда. От размахов ее крыльев пушистые перышки, что согревали яйца, разлетелись из гнезда, затем стали медленно опускаться к обнаженным корням дерева. Ворона понимала, что мать может вернуться в гнездо в любое мгновение, поэтому незамедлительно принялась за свою добычу.

Острый черный клюв без проблем расколол прочную скорлупу. Из разбитого яйца расплавленным золотом выступил желток. Ворона несколько раз потыкала клювом в содержимое, после чего принялась за второе яйцо. Спустя минуту все гнездо было усыпано небрежными осколками скорлупы, а в самом центре лежало две чашки разбитых яиц, на дне которых еще оставался желток.

Насытившись, ворона тонкими спичками своих лап запрыгнула на край гнезда и, хлопая крыльями, сорвалась в ленивый, сытый полет.

Охота на насекомых у мухоловки сегодня крайне затянулась. Запоздалая мать вернулась домой лишь под закат весеннего солнца. Она приземлилась своими лапками в липкую жижу растекшегося желтка. Осматривая разбитые яйца, мухоловка заподозрила что-то неладное, но инстинкт высиживания птицы оказался сильнее.

Мать заботливо опустилась на разбитые яйца, вымачиваясь в слизи белка и желтка собственного потомства. Остатки скорлупы звучно трещали под ее пушистым телом. Свернувшись в мягкий серый комочек, мухоловка нежно сопела с мыслью о том, чтобы яйца прижились под ее материнским теплом. Представляла, как уже через несколько дней из них вылупятся здоровые птенцы, которые будут радостно чирикать при виде своей матери, крепнуть и ждать момента, когда сами смогут расправить крылья и покинуть стенки родного гнезда.

Астра не смогла вернуться в свой дом после ужасных событий той ночи, решив некоторое время пожить в ветхой избушке Эхоры. Старушка каждый год с приходом весны проваливалась в глубокий сон, который длился по несколько дней. Рыжеволосая девушка всегда находилась в этот момент рядом со спящей Эхорой, сгоняя с ее морщинистого лица мелких пауков и отгоняя противных мошек.

Пока Эхора пребывала в затянувшемся сне, Астра немного похозяйничала у нее в доме. За три дня она успела протереть от пыли огромное количество банок и склянок различных размеров. Скрутила веником всю паутину в доме, до которой смогла дотянуться. Очистила погреб от прогнивших прошлогодних овощей и заплесневелых солений. Постирала в ледяной воде озера одежду старушки и свободное пастельное белье. Прибралась в затхлом книжном шкафу, периодически чихая от поднимающейся с желтых страниц пыли.

Все это время Хелла не отходила от Астры ни на шаг. Вечерами, сидя в тепле небольшого камина, девушка тщательно вымывала из густой шерсти лисицы въевшуюся кровь своего брата. За три таких вечера у Астры получилось практически полностью очистить мех Хеллы, возвращая ему прежнее белоснежное сияние. Животное заметно потеплело к Астре и даже лаково сворачивалась возле ее ног, когда та спала. Астра, в свою очередь, тоже преисполнилась к лисице теплотой.

По утрам огненная девушка и огромная лисица выбирались на охоту, проводя вместе по несколько часов в тени широких стволов деревьев, выжидая дичь. Обычно они одновременно замечали в дали цель, затем расходились по разным сторонам, окружая ее. Астре было сложно конкурировать с молниеносной реакцией и огромной скоростью лисицы, но бывало и так, что Хелла настигала свою добычу, когда та уже была насквозь прошита стрелой опытной охотницы. В такие моменты лисица вопросительно поднимала на Астру свою острою морду, а та в ответ лишь радостно хихикала.

Молчаливое общество Хеллы и многочасовая охота в весеннем лесу отвлекали Астру от мысли о своем доме. Она убегала от воспоминаний о той ужасной ночи, предпочитая вслушиваться в журчание талых ручьев днем или в треск разгорающихся поленьев вечером.

На четвертый вечер своего пребывания в гостях у спящей Эхоры Астра занималась пышным хвостом лисицы – единственным кровавым местом, оставшимся на шкуре животного. Девушка жесткой щеткой состирывала с меха кровь, оставляя на полу алые разводы. В тот момент, когда Астра подбиралась к пушистому кончику, Хелла вытянула свой хвост из-под девушки. Конец белоснежного хвоста еще оставался заляпан кровью. Астра потянулась рукой, чтобы схватить мохнатый отросток, но лисица резко увела свой хвост в сторону.

– Дай мне свой хвост. Быстро! – обрушилась шепотом Астра, чтобы не разбудить Эхору.

В ответ Хелла лишь игриво повертела хвостом, подразнивая Астру огоньком крови на кончике пушистого отростка.

Девушка принялась протирать пол от тускло-рубиновых разводов с видом, словно решила оставить эту безнадежную затею. Она выжимала тряпку в ведро, незаметно подглядывая за Хеллой, и в момент, когда лисица отвлеклась на щелчок стрельнувшей в огне древесины, Астра в прыжке набросилась на хвост. В коротком полете огненные кудри девушки раскинулись горящим веером. Цепкие руки вытянулись вперед, приготовившись к захвату. Но как только она дотронулась своими пальцами первых белоснежных волос хвоста, Хелла мгновенно подтянула его под себя.

Девушка с оглушающим хлопком приземлилась на деревянное покрытие и прокатилась пару метров, задев при этом несколько банок, стоящих рядом с кроватью Эхоры. Одна стеклянная банка начала лениво раскачиваться, перекатываясь с ребра на ребро. Астра с ужасом дернулась к посуде, но ей в этот момент не хватило реакции и скорости лисицы. Банка упала на соседний сосуд. Тот, в свою очередь, опрокинул следующий. Хаотичный звон бьющейся посуды разрезал умиротворенную тишину комнаты.

– Зверь! – хрипло простонала Эхора, резко поднявшись с кровати. В ее тихом, заспанном голосе чувствовался истошный крик отчаянного человека.

Астра сорвалась с пола и мягкими движениями усадила старушку на край кровати.

– Тише, тише, Эхора. Это я – Астра. Все хорошо, ты дома, – теплым голосом успокаивала она, приглаживая женщину по спине.

Эхора долгое время отстраненно смотрела на волнистые языки пламени в камине, затем обернулась к Астре с застывшим страхом в туманных глазах.

– Север откликнулся на мой зов, спустя столько лет. – Старушку начала пробивать стальная дрожь. – Он показал мне, Астра. Показал облик зверя.

Девушка крепко сжала своими ладонями сушеные руки Эхоры.

– Что ты видела, Эхора? – с тревогой спросила Астра.

– Мне нужно подойти к столу. Помоги мне, дитя мое.

Она подхватила старушку за плечи и проследовала рядом с ней до небольшого, но высокого столика в самом углу. Хелла свернулась рядом с входом, откуда доносился легкий прохладный сквозняк.