К чёрту мечты! - Сусанна Ткаченко

Сезон состязаний подходил к концу, а моя любимая стервозина не желала говорить мне тех слов, которые я от неё ждал весь год! А всего-то надо было сказать: «Бестемьян, я так сильно тебя люблю, что мне плевать на всё! На репутацию, на ферму, я согласна стать навсегда твоей любовницей, только бы не расставаться!», а я бы ей ответил: «Янгелис, я тоже тебя люблю и никогда не смогу быть ни с кем другим! Мне плевать на карьеру и сплетни! Будь моей женой!». Ведь идеально же всё бы было, но нет! Она постоянно заводила разговоры о разлуке, а я не знал, что дальше делать и как выкрутиться из этой ситуации. Идти на попятную и признаваться первым? Язык не поворачивался.

Видимо, моё подсознание нашло выход за меня и совсем неосознанно, практически нечаянно, я прекратил пару месяцев назад обновлять противозачаточное заклинание…

А вот сейчас, перед турниром по пегасофаерболу, все пазлы в голове сложились в единую картинку, и на меня нахлынул страх. А вдруг она беременна? Как она вылетит на поле и предстанет перед лицами безжалостных соперников? Ведь эта игра не шутки, она проходила в напряжённой и опасной обстановке! Бывали случаи, когда наездники падали с пегасов, пытаясь достать кручёный фаер, летящий с другой стороны сетки. Да, внизу был натянут батут, который не даст разбиться, но представить себе рухнувшую вниз с пегаса Яни я не мог физически.

Меня стали преследовать страшные сны, где она падает, а батут не срабатывает и она ударяется о землю. Короче — кошмар! Просыпался в холодном поту и шёл к её комнате, пытаясь через дверь уловить дыхание. Вовнутрь она меня не пускала, упорно продолжая изображать, что мы не вместе.

На финальной тренировке опять попытался задвинуть её на безопасное место площадки, поменяв местами с Лизой, но команда, во главе с Яни, меня не поддержала.

До этого я вообще хотел поставить её на подачу, но на меня посмотрели как на идиота.

— Бест, я понимаю, что у вас любовь, но давай уже победим без истерик, — сказал тогда Альт.

— Дружище, расслабься, Янгелис прекрасно справляется, — поддержал его Степ.

В пегасофаерболе всегда было железное правило: на подаче стоят трое сильнейших физически, под сеткой — двое самых манёвренных, а в центре — двое самых расчётливых. Вот и получилось, что подающими стали я, Крис и Степ, в центре играли Альт и Лиза, а под сеткой Яни и Трей.

Очень сильный расклад, но у меня каждый раз заходилось сердце, когда фаер летел на неё.

Надо заметить, что Янгелис справлялась с игрой на своей позиции мастерски: очень редкие подачи она не могла взять, и магический сачок в её руках только и успевал мелькать, отбивая фаер на поле соперников. Вот только, когда совершался этот манёвр, игрокам приходилось полностью отрывать руки от уздечки и доверять управление пегасом ногам. Именно в такие моменты моё сердце замирало.

Чем ближе был турнир, тем сильнее я нервничал. Знаю, что это состояние передавалось от меня всей команде, но что я мог поделать? Ругал себя за глупое решение не предохраняться, но прямо сказать Янгелис и команде про беременность не решался. Ведь это не точно, а она меня убьёт, если узнает. Может, всё обойдётся?

В такой обстановке прошли пять дней турнира, и, победив пять команд, мы вышли в финал.

Перед решающим сражением, в котором мы должны были схлестнуться с Храбрыми, я достиг предела, и решил ещё раз поговорить с Янгелис. Храбрые работали жёстко, и в игре за победу точно станут фолить.

— Янгелис, пожалуйста, очень тебя прошу, встань на подачу! — умолял я её после душа.

— Бест, ну хватит! Одна игра осталась!

— Я волнуюсь.

— Я тоже! Держи себя в руках. Скоро всё закончится.

— Что «всё»? Что ты имеешь в виду?

— Всё, Бест, всё. Состязание и наше бесконечное противостояние.

— Ты хочешь всё закончить?

— Не всё, а противостояние.

Вот так мы всё время и общались. Намёками. Поди, пойми, что она этим хотела сказать! Она не хочет ссориться или вообще меня видеть?

— Если ты встанешь на подачу, я на тебе женюсь! — пошёл я ва-банк.

— Не надо делать мне одолжений, Бест! Лучше скажи честно, чего ты так зациклился на моей позиции? — она даже не восприняла всерьёз моё предложение!

— Нехорошее предчувствие.

— Ты, как моя Лолис, считаешь, что обладаешь даром оракула?

— Нет, но так мне будет спокойнее…

— А мне будет спокойнее, если ты перестанешь вести себя как моя мамочка! А ещё, у меня тоже предчувствие, что всё будет хорошо, и мы победим, если оставим всё как есть.

В общем, уговаривать её было бесполезно.

В день финала мы вылетели на стадион под рёв трибун: за время состязаний каждый из нас получил свой фанатский клуб, и у Яни он был чуть меньше моего. Это жутко бесило: ей постоянно писали признания в любви какие-то непонятные особи. Все, кому не лень: мужчины и женщины всех возрастов и рас, а я не мог заявить, что это женщина только моя! Хотя шипперов у нас с ней тоже хватало. Этим я анонимно всегда подкидывал нужную информацию, а Яни удивлялась: с чего только они взяли, что мы пара?