Должность мечты - Марья Моревна

Даже когда он раз за разом спасал мою непоседливую задницу, я не была ему так благодарна, как сейчас. Но нужные слова застряли в горле, и я так и стояла возле двери, безмолвно наблюдая за демоном.

Он двигался по комнате не спеша: повесил пиджак на спинку стула, избавился от удавки-галстука и расстегнул три верхних пуговицы на рубашке. Налил в стакан воды, отхлебнул и посмотрел на меня.

«Черт возьми, скажи спасибо и беги!» — кричал внутренний голос.

— Извини, я присяду, — арх, держась рукой за спинку, приземлился на стул и указал на соседний. — И ты садись.

Я помотала головой, все еще не в силах выдавить хоть слово. Глаза невольно скользнули по треугольнику кожи, показавшемуся в расстегнутом вороте рубашки.

Мы молча смотрели друг на друга, не отводя взгляд. Лицо демона было бледным. Не шутка, отдать энергии за пятерых и все еще держаться на ногах. Когда-то в детстве мы с Даркли баловались с бурлящей в юных организмах энергией, и он случайно забрал чуть больше, чем рассчитывал, так я еще часа два, словно пьяная сидела в беседке, пытаясь прийти в себя. И после шла домой по темным улицам Вентоньона на трясущихся ногах, повиснув на Даркли. Можно было конечно признаться во всем его родителям и воспользоваться машиной, но мы так перепугались наказания, что решили справиться сами. Даркли тогда по-детски наивно зарекся экспериментировать с неизвестным, хотя теперь на работе делал это каждый день.

Обычная норма для сдачи энергии была безопасной, но вот две-три порции, взятые единовременно, в зависимости от выносливости конкретного экземпляра, могли вывести из строя на неопределенное время. Не могу представить, что происходит после пяти.

Серые глаза смотрели без привычной насмешливости, серьезно и глубоко, в самую душу. И сердце от этого взгляда завязывалось в узел и бешено колотилось, будто в груди ему внезапно стало тесно, как в клетке.

— Я хотела сказать… я слышала… в смысле, видела, — замямлила я.

— Не нужно, Лин, — он казался расстроенным, или просто обессиленным.

— Почему? — растерялась я. — Вы же поделились энергией… вернее, ты…

На последних словах вконец стушевалась.

— Я не рассчитывал, что ты узнаешь, и не ждал благодарности, — он поднялся со стула и поставил пустой стакан на стол. — Так что можем сделать вид, что ты не в курсе. Тебе не придется ничего говорить…

— Я в курсе, — отчего-то возмущенно перебила я демона, подшагнула к нему и порывисто обняла, уткнувшись носом в плечо.

Он покачнулся и тяжело вздохнул, будто сейчас упадет, и я хотела отпрянуть, но рука арха мягко удержала меня за талию. От его тела шел едва уловимый приятный аромат, но я никак не могла понять на что он похож, хотя обоняние у эльфов получше многих. Так и стояла, уткнувшись и забыв обо всем. Конечно же, не стоило этого делать, хотя сейчас все выглядело вполне невинно. Можно даже сказать, дружеские объятия. Точно, просто два друга решили обняться, ничего странного и ничего страшного. Подумаешь… обычное дело.

Грудная клетка демона вздымалась неравномерно, рывками, и я, кажется слышала, как стучит его сердце.

— Жаль, что я сейчас еле двигаюсь, — со смешком сказал он. — Иначе мы бы просто так не стояли.

Как обычно, шутит. Я неохотно отстранилась от его плеча и, наконец, решилась.

— Спасибо.

— Лин, я просто хочу, чтоб ты больше доверяла миру. И мне в том числе.

— С миром сложно, — честно сказала я. — А тебе попробую.

Он кивнул, кажется, довольный результатом.

Мои руки все еще лежали на его плечах, ощущая приятную сталь напряженных мышц под рубашкой. Лицо арха нависало над моим, замерев всего лишь в нескольких сантиметрах. Я нервно сглотнула, испугавшись своего желания коснуться губами губ.

— Мне сказали, что ты эльфиек на дух не переносишь.

— Не переношу, — подтвердил он.

Губы двигались совсем рядом, я чувствовала его дыхание на щеке.

— Большую неприязнь вызывают только эльфийки с тайнами.

Его губы скользнули по щеке к моим губам.

Эльфийки с тайнами, тайна… Я отпрянула от него так резко, что чуть не упала сама и не повалила его. Черт возьми, Вив, как же ты могла забыть! Нельзя, нельзя этого делать! Это обман, и в этой комнате стоишь вовсе не ты, а прекрасная рыжеволосая девушка.

Демон, успев схватиться за стул, чтобы не упасть, смотрел на меня растерянно.

— Спасибо еще раз, — спешно отходя назад я неловко толкнула стул, смущенно поправила его, и вылетела в коридор.

— Кхм, — раздалось за спиной, и я обмерла.

Удивительно, но я еще ни разу, бывая здесь, никого не встречала. Повернулась с каменным лицом. На меня смотрела Лоретта Вилье.

— Добрый вечер, мисс, — поздоровалась она, не одобрительно на меня косясь.

— Добрый, — отозвалась я, как ни в чем ни бывало. — Заходила узнать о закрытии территории Академии. У вас была слишком большая очередь.

И не торопясь направилась к лифту. Лоретта молчаливо проводила меня взглядом.

***

— Заходила вчера к Лоретте? — поинтересовалась я у Маррисы утром, пытаясь проверить свою придуманную на ходу легенду. Не хватало еще и здесь проколоться. — Народу много было?

— Дополна.

Фуф! Пусть очередь — недостаточный повод, чтобы припереться в комнату к председателю отборочной комиссии вечером за разъяснениями, но хотя бы она не выдумка, а там… мало ли какой меня орк по голове ударил? Может, я с детства такая дурная? Главное, в откровенном вранье меня не уличили.

— И что говорили?

— Говорили то, что и так всем понятно — весь переполох из-за стриггов. Мол, кто-то это все организовал. Ну, и мне лично кажется, зачарованный сальтмон тоже появился не просто так. Хотя, про это не сказали ни слова. Предупредили, что по всей Академии расставят патруль, а на ставшихся этапах отбора его количество увеличится вдвое. Еще пришлют к нам какого-то опытного мага, в помощь Страгону.

Упомянув арха, она сделала паузу, поглядев на меня. Но ничего не услышав, продолжила.

— Связи с внешним миром никакой, — не скрывая ликования, улыбнулась она. — Магические экраны уже заблокировали. Над Милхором выстроили защитный купол. Ни одна мышка не проскользнет.

Она то понятно, чему радуется, а вот мне теперь с Даркли даже не поговорить. Просто испарилась подруга, и все. Я занервничала, подумав о том, что если зелье вдруг перестанет действовать, то все пропало. И мне до конца отбора все равно наружу не попасть. Настроение, и без того поганое, испортилось вконец. А вот соседка, наоборот, прямо-таки светилась. Даром, что объявили о грозящей всем опасности. Это ее, как будто бы вовсе не заботило.