Должность мечты - Марья Моревна

Ээммм… что-то у меня в последнее время мысли все чаще выражаются исключительно междометиям.

— Не знала, что ты занимаешься с конкурсантами. Я, собственно, и к Врадару не обращалась, он сам предложил, а мне уже доводилось однажды бывать в его саду

— это прекрасное место для тренировок, — искренне ответила я.

Взгляд арха говорил красноречивее слов. Судя по всему, он моего восторга не разделял.

— Доводилось бывать в его саду? — переспросил он, вжимая меня в стену.

— К делу это не относится, — ответила я чуть резче, чем хотела, упершись взглядом в просвет кожи между верхними пуговицами рубашки.

Арх приподнял мой подбородок, заставляя глядеть во внезапно потемневшие глаза.

— Больше в этот сад ни ногой! — прошипел он, выдыхая горячий воздух мне в губы.

— Сегодня пойду туда на тренировку.

— Не зли представителя власти, — усмехнулся демон. — Тренироваться будешь у меня и только под моим контролем. Не хватало рисковать таким ценным свидетелем. С Аскель так ничего и не выяснили, так что в интересах расследования поживешь пока здесь, со мной.

У меня от шока даже дар речи пропал. В каких интересах?!

— Ты меня запрешь? Я не согласна. Меня соседки потеряют, — прошептала я, осознавая, что он говорит вполне серьезно. — И как ты объяснишь, что у тебя живет конкурсантка?

— Мне никому ничего не нужно объяснять.

— А мне? — лицо вспыхнуло. — Как это буду объяснять я?

За призрачное будущее замужество я не переживала, потому что не очень-то туда и стремилась, а вот отец точно не поймет такого «сожительства» с высшим демоном. Да и репутация — вещь упрямая. А преподавателю она важна как никому.

— Я это улажу, — слишком просто ответил арх и внезапно большим пальцем той руки, что все еще держала мой подбородок, нежно погладил губы. Ток нервным импульсом разбежался по венам. — Веришь?

— Да, — вырвалось прежде, чем я хоть что-то сообразила. Добавила деловито, стараясь не замечать его палец в уголке губ. — Только я всегда ненавидела закрытые двери.

— Хорошо. Я не буду их запирать, но прежде чем попытаться уйти, вспомни, чем ты рискуешь, нарушая мои приказы.

Как минимум местом на отборе… Но стоит ли оно того? Что я уже только не сделала ради этого.

— А теперь о главном, — арх не спеша наклонился в моему уху и прошептал. — Скажи, кто ты? Надоело теряться в догадках.

Казалось, что самое сложное — смотреть ему в глаза, но, когда он наклонился, зависнув рядом с моим ухом, слегка касаясь его губами, щекоча волосами щеку, я почти уткнулась лицом в его плечо, и голова закружилась.

С силой зажмурилась, пытаясь вернуть самообладание.

— Я уже говорила.

— Ты сказала только имя. И я не уверен, что оно настоящее.

Он снова отклонился назад, чтобы посмотреть глаза в глаза.

И за что мне эти пытки? Попалась в ловушку по собственному желанию.

Я глядела на него и не могла насмотреться. Рука невольно потянулась к лицу, коснулась подбородка с чуть проступившей щетиной. Арх вздрогнул и в серых глазах проступило удивление, смешанное с желанием.

Расскажу правду, и он больше никогда на меня так не посмотрит. Я слишком хорошо помнила, как глядели на меня мужчины раньше. В лучшем случае равнодушно, с налетом жалости. И мне сначала было обидно и больно, но вскоре стало безразлично. А теперь…

— Я не могу, — прошептала я.

Его рука, держащая меня за подбородок, скользнула выше и запуталась в волосах. Демон сжал пальцы с намотанными на них волосами в кулак, и я, не сдержавшись, охнула от пронзительной, но приятной боли.

Наверное, я бы пережила равнодушие многих, но только не его.

Он больше ничего не говорил, не отрывая глаз от моего полыхающего лица.

Потом наклонился и поцеловал. Совсем не так как тогда в парке. Никакой нежности и ласки. Будто бы в прошлый раз он берег меня от этой лавины страсти, прошивающей тело раскаленными нитями. Теперь же она обрушилась на меня со всей силой.

Мы не могли оторваться друг от друга, с поцелуем вытягивая друг из друга душу, покусывая губы, как изголодавшие звери.

Тело, сминаемое демонской рукой, вдруг стало легким, наполнилось до краев бурлящей энергией. Торопливые движения наших ладоней удивительно остро отпечатывались в сознании. Я принялась теребить пуговицы на его рубашке, но пальцы тряслись и не слушались, так что я, в конце концов, просто рванула упрямую ткань, не позволяющую мне прикоснуться к горячей груди, напряженной громаде мышц под удивительно гладкой бархатистой кожей. Я прошлась ладонями по плечам, обхватила и сжала сильные руки, дарящие мне блаженство.

Меня затягивало в водоворот ласк, лишая возможности сопротивляться. Когда жаркие губы демона скользнули по подбородку к шее и начали неторопливо спускаться вниз, я вдохнула поглубже и доверилась поглотившей меня стихии.

***

Угольно-черные шторы были распахнуты, и в комнату проникал желтый свет одинокого фонаря. Я лежала, подмяв под себя тонкую невесомую простынь, и не могла не улыбаться. Губы сами расползались в стороны, будто кто-то невидимый тянул их за ниточки. Хотелось зажмуриться и зарыться в подушку, пряча в ней сумасшедшую довольную ухмылку.

Кто-то бы сказал, что я поступила по-дурацки, импульсивно и не думая о последствиях, но, когда вокруг все сложно, отчаянно хочется простоты.

И я совсем не жалела о своем порыве. Но вместе с тем готова была принять его последствия. В первую очередь отчуждение Барта, когда я уйду. Да, рано или поздно придется это сделать. Но сейчас, когда я чувствую спиной тепло мужского тела — кожа к коже, а его пальцы ласково скользят по моему плечу, совсем не хочется об этом думать.

В голове царила невероятная легкость и ясность. Ничего лишнего, но в то же время каждая мелочь проступала в мыслях отчетливо.

Демонские пальцы скользили по моим изгибам, вызывая мурашки, и тут же ловили их этой же рукой, властно поглаживая взбудораженное тело.

— Расскажи мне, — попросил он, и я сжалась, поняв, о чем он.

Захотелось отодвинуться, скрутиться в клубочек, поджав к себе руки и ноги.

— Нет.

Я приподнялась, зацепив простынь, и села, развернувшись к арху. Уперлась взглядом в волну нежности серых глаз.

— Угрожать бесполезно?

Я молчала, отведя взгляд в сторону, к зеркальной стене, которая отражала нас, полуголых, нахмуренных, с разворошенными волосами.

Мужчина в отражении поднялся с кровати во весь рост, не стесняясь наготы. Я жадно следила за его размеренными движениями, с неудовольствием наблюдая, как великолепное тело скрывается под одеждой.

Барт должен исключить меня с отбора из-за обмана комиссии, но он молчал, и я бессовестно этим пользовалась. Возможно, мое глуповатое безумное счастье закончится с минуты на минуту прямо здесь, и он больше никогда не прижмет меня к себе. После отбора я предъявлю ему настоящую Вивьен де Па Мун, которая расскажет ему какую-нибудь душещипательную историю, и потом он вернется на королевскую службу, и я уже никогда его не увижу, но возможно останусь преподавателем в Милхоре. Только вот всю жизнь пить зелье Даркли не будешь, как ни крути…