Пик затмения - Дарья Сойфер

– Какие на фиг пчелы? – перебил Нанду.

– Откуда я знаю? Здесь так написано. Да подожди, вот еще чуть-чуть… – Мара провела пальцем по выцветшим строчкам. – А, вот. Короче, он разозлился и решил лишить людей мудрости своих детей. Когда от зависти и жестокости людей на землю упала первая капля священной крови, разгневался великий Фо и решил наказать неблагодарный народ. Призвал он богиню молнии Дянь-Му и бога грома Лэй-Гуна. Засверкали волшебные зеркала Дянь-Му, Лэй-Гун ударил молотом в свой каменный барабан, и это его ударов не устояла ни одна скала, ни один утес. Треснули нефритовые столпы вокруг золотого сада, и великий Фо вдохнул в них жизнь. Четыре исполина, напоенные божественным гневом, распростерли руки и сошли вниз с вершины горы Кунь-Лунь. Перешагивая через соляные болота и пенистые реки, через холмы и степи, двинулись великаны к песчаным пустыням, туда, где свет Фо ярок, и нет места для тени. Разбила Дянь-Му священное зеркало, и из осколков его вспыхнуло пламя. Соединили руки четыре великана, и великий Фо вышел из своего сада, скрывая лицо маской, чтобы не опалить землю. И забрал великий Фо свой подарок, лишил своих детей мудрости и света, обрекая человечество на невежество и мрак. Навеки решил скрыть великий Фо сыновей и дочерей от людской зависти. Взмахнул левой рукой – и половину наследников наградил умением превращаться…

– Это все понятно, – отмахнулся Нанду. – Все, как в главной легенде. Иноликие, звероликие, бла-бла-бла.

– Еще раз влезешь, и я… – Мара возмущенно засопела, прожигая приятеля взглядом. Тот миролюбиво поднял руки, и она продолжила. – Но пожалел своих детей великий Фо. И сказал, что в тот день, когда Цзинь-чи-Няо обнимет своими крыльями то, что было расколото, вновь поднимутся из праха нефритовые исполины, вновь разгорится пламя. И тогда великий Фо вновь спустится с престола из лотосов, примет у сыновей и дочерей жертву в знак их единения, и свет его божественной мудрости снизойдет на землю. И тогда север соединится с югом, а восток с западом, белое сольется с черным в круге вечной гармонии.

Мара замолчала, торжествующе улыбаясь. Однако никто почему-то не разделял ее радости. Брин равнодушно дернула плечом, Джо хмурился, а Нанду вращал карандаш между пальцами.

– Да ладно! – Мара снова ткнула в книгу. – Здесь же все написано! Четыре столпа – это Союз Четырех. Маска – это затмение. То есть прошлый ритуал прошел тоже вовремя затмения. Они должны собраться на том же месте. Непонятно, правда, где именно, но судя по всеобщей движухе, где-то в Африке. Вот, написано: «к песчаным пустыням, туда, где свет Фо ярок, и нет места для тени». Ну, в Африке ведь жарко, да? Сахара, Аравийская пустыня… Где там взяться тени?

– Возможно, речь про линию экватора, – нехотя подала голос Брин и с видом величайшего одолжения подвинула к себе книгу. Мара спрятала довольную улыбку: лед тронулся. – В дни весеннего и осеннего равноденствия, когда солнце находится в зените, предметы в зоне экватора не отбрасывают тени. Непонятно, правда, причем тут равноденствие, если затмение будет в первых числах февраля…

– Тут не про «когда», а про «где», – Мара заерзала от нетерпения. – Но не это главное! Тут ничего не сказано про то, кто с кем конкретно должен заключить брак. Зато четко написано: «Север соединится с югом, восток с западом, черное с белым».

– И? – хрипло от долгого молчания спросил Джо.

– Ну про север с югом – фиг с ним. А вот восток и запад – это про вас! Джо из Канады, ты из Исландии…

– Технически Исландия – это тоже западное полушарие, – Брин бросила робкий взгляд на индейца и покраснела. – Так что я не понимаю, к чему ты…

– У него черные волосы, у тебя белые! Инь-ян, все дела! – за неимением судейского молоточка, Мара хлопнула по столу ладонью. – Все же очевидно!

– Слушай, сейчас даже я тебя не понимаю, – тряхнул головой Нанду, и серебряная сережка блеснула в свете библиотечных ламп. – Давай конкретнее.

– Куда уж конкретнее? Если вождям до смерти нужно на ком-нибудь женить Джо, пускай просто едет со своей кандидатурой!

Неловкая пауза была долгой и мучительной, и Брин первой пришла в себя, откашлялась и старательно отвела взгляд в сторону, прикрывая рукой пунцовые пятна на шее.

– Еще чего… – голос сорвался, и она откашлялась. – По-твоему, я должна себя кому-то навязывать? Если Джо настолько слабохарактерный, чтобы делать, что ему говорят… И к тому же, это все равно не имеет никакого значения… И законной… В смысле юридической…

– Ты права, – лицо Маквайана просветлело, и он обнажил зубы. С непривычки это выражение лица можно было принять за оскал, но Мара понимала: ее друг улыбается. – Я повезу туда Брин. И пусть совет большого костра выслушает меня. Я пройду ритуал с ней – или не пройду вовсе.

Нанду поперхнулся и вцепился в край стола, будто стул под ним мог рассыпаться в любую секунду.

– Вы что, серьезно? Пожениться? Вам лет-то еще…

– Это только обряд. Я готов связать свою жизнь с тобой, Брин, – Джо стиснул хрупкую бледную ладошку исландки. – Мы подождем, сколько потребуется. Поженимся в нужный день и час. Ты готова?

– Но ведь надо будет еще пройти курс вакцинации… – ледяные глаза лихорадочно заблестели. – Желтая лихорадка, вирус Зика, малярия, гепатит, менингит… Зависит от точного места, хуже, если ваш костер пройдет в Руанде… И кровь в ритуале может повысить риск инфицирования, поэтому нужны антисептики…

– Это значит «да»? – перебил Джо.

Брин стихла и зачем-то посмотрела на Мару. Та пожала плечами, будто говоря «твой индеец – твое решение».

– Да, – пробормотала, наконец, исландка, и Нанду на радостях шарахнул Джо и Брин по спине.

– Ничего себе денек! – он присвистнул. – А я уж думал, что до солнцестояния тут будет скука смертная. Раз такое дело, я тоже должен ехать. Я что, рыжий? Может, и мы с тобой, мисс Корсакофф-Нанук-Эдлунд, замутим что-нибудь в том же духе?

Мара фыркнула и ткнула его в бок. Знала, что это обычные подколы, и даже не собиралась реагировать на них серьезно.

– Слушайте, не унимался бразилец. – А как мы будем их называть! Джин или Бро?

– Почему? – насупился Джо.

– Ну, так принято называть парочки, – Нанду закатил глаза. – Джо и Брин – Джин… Или там Ревайан…

– Максдоттир, – не сдержалась Мара. – Ладно, ладно, Брин, извини. Больше не буду. Клички отложим, нам нужно как-то всем попасть на ритуал. И есть у меня одна идея. Времени не так много, но можем успеть все провернуть.

– Выкладывай, – Нанду откинулся на спинку стула.

– Миссис Дзагликашвили, – заговорщически подмигнула Мара. – Вот наш билет на большой костер.