Алиса в Замужикалье - Евгения Халь

Вот если бы я сейчас была прежней и не пыталась перевоспитаться, то так бы им выдала, что весь Ковер Миров дружно рухнул бы в глубокий обморок. Но так как я сейчас барышня, то просто тихо прошипела в замочную скважину:

– Ни за что! Ни хэмингуя – с ударением на последний слог – на мне тренироваться! Прекратите пытки! Сейчас не тридцать седьмой год!

– Да разве же кто над тобой изгаляется, душа моя? – прожурчала через дверь Доля. – Мы же понарошку. Как потешники-скоморохи, что себе красный нос из картохи приделывают. Смоем потом Грим и лишние ножки отпадут.

Мне сейчас очень хотелось ей сказать какие выпирающие части тела отпадут у всех присутствующих, но я мужественно и сдержалась и лишь прорычала через дверь:

– А шнурки вам не погладить?

Дракоша тяжело вздохнул, погладил меня по голове и тихо прошептал:

– Ну и ладно. В конце концов нельзя требовать от людей невозможного. Бедная ты моя слабая девочка. Азар, конечно, с этим своим заданием переборщил. Думал, что ты справишься, рассчитывал на тебя, но ты не переживай! Можно ему потом объяснить, что это слишком тяжело.

Азар. Я вспомнила его глаза и губы. Его руки, что так нежно обнимали меня, когда мы танцевали. И мне стало стыдно. Он, наверное, наизнанку вывернулся, чтобы эту траву "драконий морок" для меня достать. Вон как все удивились, что ему это удалось. А я просто не справилась. Как всегда. Нельзя требовать от людей невозможного? Внутри закипела злость. Это для меня-то невозможно? На "слабо" меня берете? Да я до самого Демидова добралась. А много ли есть девчонок, которым это удалось? Все мечтают о принце. А я не просто мечтала. Я еще до него долетела. Пусть на бреющем полете, как расхлябанный самолетик- "кукурузник", которой весь на лету разваливается, но летит же!

А дракоша меня в сбитые летчики уже записал. Что-то я в этой академии совсем раскисла. Вот что с людьми бывает, когда больше не нужно каждый месяц за московскую съёмную квартиру платить. Совсем булки расслабила в тепле и сытости. А ну-ка, Алиса, возвращайся в тонус! А то тебя жиры в новую жизнь не пустят. В дверь просто не зайдешь. Вдох-выдох, голову наверх, и пошла!

– Эй, люди, ладно, ваша взяла. Сейчас выйду. А вы главное отойдите в сторону, чтобы вас не зацепило ударной волной моей благодарности, – я решительно толкнула дверь и вышла из ванной.

– Ай, ты моя умница ненаглядная! – Доля счастливо засмеялась.

– Ладно, – я достала из ящичка туалетного столика Грим Судьбы и отдала Доле. – Только расскажите в двух словах, почему этот Пак так люто ненавидит людей. В конце-концов, я имею право знать.

– Потоммммму что один из людей жестоко посммммммеялся над промммммашкой Пака, – Милокот хихикнул и ехидно взглянул на Долю.

– Да ладно тебе! – отмахнулась она. – Это выдумки! Пака просто оболгали.

– Вильяммммм никогда не лгал, ммдаа! – возразил Милокот, смешно морща круглый лобик.

– Еще как заливал! Брехал, как сивый мерин этот ваш зубоскал и скоморох! – разозлилась Доля, и из ее рукава посыпались сухие пряники, дробно застучав по полу. – Не гневи меня, Милокот! – топнула ногой Доля. – Про меня тоже много чего рассказывают. И я обязана всем вракам верить?

– Я сейчас дико извиняюсь, потому что понимаю, что не ко времени, но все же не могли бы вы мне объяснить, о чем речь? – спросила я.

– О глупостях! – отрезала Доля. – А ты голову ерундой не забивай. И вообще любопытной Варваре под мостом нос оторвали! Не встревай, девка, куда не велено!

Ничего себе ее несет! А мне, как обычно, никто ничего не объясняет. Как же меня достали пафосные магические снобы, раскиндык… гхм… как там в списке замен? Ага, их поведение не соответствует моим ожиданиям!

– Не обращай внимания! – прошептал Нистар мне на ухо так тихо, что я едва разобрала, что он сказал. – Это ей Милокот напомнил про очень неприятный казус с Шекспиром.

У меня глаза на лоб вылезли. Ну Вильям Наше Всё тут при чем?

– Доля вообще терпеть не может писателей, – продолжил шептать дракоша. – Поэтому среди них крайне редко встречаются богатые и счастливые. Потому что она их старательно обходит стороной. Только если уж сам Фатумор захочет, тогда Доля им дает удачу. А по своей воле – никогда. А все потому, что они часто пишут о богах судьбы и о самой Доле тоже, и всегда не так, как ей нравится. А насчет Пака и вовсе конфуз вышел. Как-то давно, по-вашему в средние века, послал Фатумор Долю помочь влюбленным. А ей понадобилось зелье для этой пары. Она сама зелья варить не любит, ну и обратилась к Паку. Тот все устроил, зелье не только сварил, но и лично вручил сладкой парочке, и влюбленные счастливо соединились. И прожили в согласии много лет. Только историю эту услышал Шекспир, а он был известным шутником, да и привирал изрядно. Ну, он и написал пьесу "Сон в летнюю ночь", где Пак якобы перепутал зелье и вручил его не тем влюбленным. Весь Ковер Миров смеялся, читая эту пьесу. Даже лишенные чувства юмора гигантские горные тролли. Пак обиделся, поругался с Долей. А она так рассвирепела, что даже решила Шекспиру отомстить, и стерла все свидетельства о его реальной персоне. Потому что самого его убрать не могла – он нужен был Фатумору. Так она придумала скрыть его настоящую личность. Чтобы непонятно было, кому же почести за талант возносить. Но с тех пор писателей она просто на дух не выносит. И крайне редко им свои пряники да плюшки раздаёт.