Алая тигрица - Амели Вэнь Чжао

– Кто знал, что семь лет за границей сделают тебя таким слабым, – прошипела она, – брат мой?

С криком она оттолкнула его. Рамсон споткнулся, потеряв равновесие.

Он знал. По крайней мере, часть его почувствовала это, как только она сбросила капюшон. Это длинное лицо, ястребиный нос и хитрые глаза, которые режут, как самые темные воды океана.

Это была, без сомнения, она. Ее лицо, ставшее теперь тоньше и жестче, навеяло воспоминания – шепчущие ольховые деревья, темно-бордовые стены, запертые двери, холодное плечо знакомой фигуры. Он видел ее лицо только на портретах, эти каштановые кудри и быстрая ухмылка теперь стали злобными.

У этого лица было имя: Сорша.

Сорша Фарральд.

Рамсон перестроился, но все же что-то в нем пошатнулось, как у непришвартованного корабля. Рукоять оружия казалась скользкой в ладони, а земля под ногами – бугристой. Что она здесь делала? В жилах стыла кровь, когда в голове проносились возможные варианты. Неужели его – их – отец каким-то образом пронюхал о его приезде? От этой мысли его затошнило. Нет, это невозможно… Если только кто-нибудь на пристани не узнал его, но шансы на это были невелики.

Сорша хихикнула.

– Судя по твоему лицу, ты, наверное, удивляешься, как я тебя нашла, – радостно сказала она. – Мои королевские гвардейцы патрулируют порт, но охрана особенно усилена в Порту Короны. Когда я увидела тебя, не поверила своим глазам и сначала подумала, что совершила ошибку, но потом эта твоя шлюха назвала твое имя.

В нем закипел гнев.

– Ты…

Прежде чем он успел пошевелиться, в поле его зрения появилась Ана. Ее руки были сжаты в кулаки.

– Чего ты хочешь? – спросила она, глядя на Соршу. Линн и Кис встали по бокам от нее, обнажив оружие. – Остановись прямо сейчас. – Она сделала паузу. – Или я заставлю тебя.

Сорша облизнула губы и наклонила голову.

– Убирайся к чертовой матери с моего пути. – Она указала мечом на Ану. – Это семейное дело. Если ты или кто-нибудь из твоих маленьких дружков вмешаетесь, мои разведчики выпустят стрелы быстрее, чем ты успеешь моргнуть.

– Кто ты, черт возьми, такая? – Ана зарычала, и Рамсон представил, как она анализирует кровь девушки, борясь с желанием швырнуть ее через всю улицу.

Если бы это случилось, они все были бы мертвы в течение нескольких секунд. Рамсон бросил взгляд на крыши над головой, на скрытых охранников и лучников, ожидающих атаки.

Он заговорил раньше, чем Сорша успела.

– Ана, познакомься с Соршей Фарральд.

– Почему же так официально? – Сорша взвизгнула. – Почему бы тебе не представить меня как… свою сестру?

Паника пронзила его, словно молния. Рамсон бросил взгляд на Ану. Ее лицо сморщилось в замешательстве.

– О! – Сорша посмотрела на них и ахнула от восторга. – О! Только не говори мне, что она не знает! Мои дорогие гости, – сказала она, ее голос сочился насмешкой, когда она указала на остальных членов группы, – познакомьтесь с моим дорогим братцем… Рамсоном Фарральдом.

А затем она снова атаковала, нанося один, два удара, которые он парировал с рычанием. Рамсон пригнулся, когда ее меч рассек воздух там, где должна была находиться его шея. Он отступал назад, сосредоточившись на том, чтобы увести ее от Аны и других, когда она надвигалась на него, его руки поднимались, встречая каждый удар ее клинков.

Она была хороша. Нет, не хороша – она была необыкновенна. Она сражалась со всем мастерством хорошо обученной фехтовальщицы, каждое ее движение было жестоким, а каждый удар нанесен безукоризненно. Рамсон подумал, что по мастерству она превзошла бы даже Иону в военно-морской академии, но она наносила удар с дикой местью, которой не хватало Ионе.

Она наносила удары, чтобы убить.

Он изогнулся, обрушив оба их меча вниз так, что кончики погрузились в трещины между булыжниками. Грязь полетела им в лица.

– Адмирал послал тебя в качестве члена комитета по приему гостей? – он стиснул зубы.

– О, дорогой папочка еще не знает. – Голос Сорши был слащавым, пропитанным ядом. – Я приветствую вас лично, как лейтенантка королевской гвардии! – А потом ее клинки обнажились, и она полоснула…

Рамсон развернулся. Сорша все еще была захвачена инерцией своего удара, ее меч описал дугу в воздухе.

Он наклонился вперед и направил свой мизерикорд к ее талии.

Он не видел, как металлические кончики ее туфель качнулись в его сторону, пока не стало слишком поздно.

Что-то острое и твердое разрезало его плоть и скользнуло в бок. Боль, яркая и жгучая, пронзила его насквозь. Тепло проступило сквозь его тунику и потекло по боку.

Позади него закричала Ана.

«Кровь», – подумал Рамсон и осмелился взглянуть вниз.

Ботинок Сорши соприкоснулся с его ребрами, но металлический наконечник выскользнул и превратился в маленький острый кинжал, вонзившийся в него.

Сорша пошевелила ногой.

Боль пронзила его насквозь. Рамсон хмыкнул и опустился на одно колено.

Раздался щелчок, а затем лезвие отделилось от ее ботинка. С грубостью Сорша выдернула клинок из его плоти. Зрение Рамсона затуманилось. Кровь – его кровь – испещрила воздух, как дождь, и окрасила булыжники в малиновый цвет.

– Я не думаю… что дорогой папочка… хотел бы, чтобы ты убила меня еще до того, как он встретился со мной, – выдавил он, вытирая слюну с подбородка.

Сорша смеялась, размахивая рукоятью маленького клинка словно трофеем, покрывавшая его кровь капала на землю, кап-кап-кап.

– Ты действительно думаешь, что отец хочет, чтобы мир узнал, что его незаконнорожденный сын жив, после всех этих лет? – крикнула она. – Он поблагодарил бы меня, стоя на коленях, если бы я принесла ему твою голову на золотом блюдце!

Рамсон прижал руку к боку. Его дыхание стало быстрым, неглубоким, и по мере того, как от него исходило тепло, перед ним появлялись образы – та стрела, поворачивающаяся, изгибающаяся в воздухе, и багрянец, пропитавший рубашку Ионы. Плечо его отца и холодный взгляд, который неизгладимо впечатался в его сознании.

Он никогда не планировал снова увидеть этого человека.

Раздался звук металла, скребущего камень, прерываемый ритмичным стуком. А потом Сорша встала перед ним, ее лицо было в тени темных грозовых облаков над головой.

– Ты маленький коротышка-полукровка, – прошептала она. – Ты бежал все эти годы. Пришло время мне положить этому конец. – Медленно, с любовью, она поднесла лезвие, скользкое от крови Рамсона, к своему лицу и провела языком по всей длине. Ее щеки покрылись багровыми пятнами. – Как я и подозревала. Боги, отвратительный вкус, как у отбросов из злачных районов Порта Сапфира. – Ее меч сверкнул. – Прощай, дорогой братец.