Господин моего сердца - Оливия Лейк

Казалось бы, Эрик брал на себя ответственность за соблазнение Алиры, и поводов злиться у Дарэла не осталось, но сложно было смириться с тем, что это все началось в его владениях, под крышей его дома! Звук шагов раздавшийся внизу, заставил обернуться и избавил от необходимости отвечать.

Алира! Вот она, живая и здоровая, лицо пылает нежным румянцем, а глаза наполнены светом первой чистой любви. Дарэл отбросил одолевавшие сомнения и искренне улыбнулся. Если к этому стремятся их сердца, то кто он такой чтобы вмешиваться?

Она молча подбежала и обняла брата.

– Я так рад тебя видеть! Прекрасно выглядишь! – Эдрик крепко прижимал к себе раскрасневшуюся сестру.

Вырвавшись из его объятий, Алира обняла лорда Дарэла.

– Красавица! – Он расцеловал ее в щеки. То, что она жива – чудо. И как бы Эрик ни был виноват, свою вину он искупил.

Алира подняла глаза на короля Роутвуда – сердце отозвалось гулким ударом. Он стоял возле трона во всем блеске своего величия. Сложив руки за спиной, гордо вскинув голову, серьезно смотрел на нее, но уголки его губ подрагивали в полуулыбке.

Лорд Дарэл и Эдрик переглянулись и незаметно направились к выходу. Алира, не замечая ничего вокруг, бросилась на грудь Эрику. Он взмахом руки освободил стражу и, положив руки на точеные плечи, мягко отстранил от себя.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как это ни странно, отлично. Спасибо, что спас меня. – Алира растерянно улыбнулась: как за такое благодарить? – Как мне тебя благодарить?

– Живи – мне этого достаточно.

– Хорошо, – звонко рассмеялась она, но затем пытливо заглянула ему в глаза. – Что со мной, Эрик?

– Я искусный и опытный целитель, если ты не знала, – немного надменно произнес он.

– Но это не объясняет, – она сдернула рубашку, оголив нетронутую кожу, – вот этого!

Не разрывая зрительного контакта, Эрик подошел ближе и провел пальцем по обнаженной бархатной коже.

– Бессмертные могут полностью исцелять раны, смертельные для человека. Только душевные раны остаются с нами навсегда, – с философской мудростью изрек он.

Алира нахмурилась, силясь понять.

– Бессмертные? Я не понимаю?

– Тебя заразили смертью, твоя кровь почернела. Ты таяла. Начался переход.

Эрик отвернулся и продолжил:

– Индары – старший народ. Бессмертные, наделенные большой силой. – Его величественный голос звенел в наступившей тишине. – Ты знаешь, что в моих руках сила жизни. Я разделил свое бессмертие, свою благодать с тобой. Это можно сделать единожды и только с тем, кто занимает особое место в сердце.

Эрик повернулся и пристально посмотрел в жгучие глаза.

– Алира, ты больше не человек. – Он внимательно следил за эмоциями, мелькавшими на прелестном лице. Новость ведь ошеломляющая. – Людская подверженность болезням, старости и смерти больше не касаются тебя.

Она онемела от услышанного. Прислонившись к колонне, закрыла лицо руками, пытаясь осмыслить услышанное. Она больше не смертная. Она будет жить вечно. Их с Эриком больше не разлучит старость.

Он подошел к ней и, убрав руки от лица, взял за подбородок:

– Однажды я приезжал в Долину, и одна озорная малышка с непокорными смоляными кудрями попросила меня жениться на ней, когда она вырастет. Знаешь, что я ответил?

– Нет, – шепнула она.

– Я сказал, что подожду.

– Но разве мы можем?

Эрик взял ее тонкую ладонь и поцеловал пальцы, там, где сияло кольцо – его подарок.

– Можем, теперь можем.