Ангел смерти - Себастиан Кейн

Аркейл отпустил его, рассматривая с отвращением. Убийством этого человека он ничего не выиграет, а заплатить ему даже двойную цену не будет сложным. Золото есть золото, в конце концов. У него в планах была игра по-крупному.

Он кивнул одному из солдат Энтрери, и мужчина ступил вперед.

– Заплати ему.

Мужчина вытащил мешочек и бросил его волшебнику, который неуклюже поймал его.

Аркейл подождал, пока молодой человек торопливо исследует содержимое мешочка, считая золото, лежащее в нём.

– Минуточку, – сказал маг, подняв взгляд спустя минуту. – Я сказал двойную. Здесь недостаточно.

– Половина сейчас, – сказал Аркейл, – половина – когда вернемся.

Маг сомневался.

Аркейл покачал головой.

– Не испытывай мое терпение. Это лучшее, что можно сделать. У нас нет с собой достаточно золота, чтобы заплатить тебе в двойном размере, и к тому же, это гарантирует твою…добросовестность. Я не хочу, чтобы портал закрылся позади нас, и мы остались в безвыходной ситуации.

Молодой маг покачал головой.

– Конечно нет, конечно нет. Тогда хорошо.

Спустя момент, отступив назад и повернувшись к стене, он начал колдовать.

Аркейл и его люди ждали.

Сначала ничего не происходило. Потом очень слабо на стене начали появляться очертания двери.

Почти так же быстро как и появилась, призрачная дверь снова исчезла, оставив глухую стену. На лице молодого мага выступили бусинки пота, а брови в напряжении сошлись на переносице.

Несколькими секундами позже дверь снова появилась, на этот раз не исчезнув. Она становилась всё более и более отчетливой, пока не стала реальной и глухая стена исчезла.

Из отверстия в стене дул холодный ветерок, а впереди лежала темнота. Маг, всё ещё держащий портал открытым и потеющий от напряжения, обернулся и кивнул Аркейлу.

Восемь мужчин немедленно ворвались в проём, и Аркейл последовал прямо за ними.

Он ступил сквозь портал и быстро взглянул вокруг, прежде чем обернуться к магу.

– Ты тоже! – приказал он. – Я не хочу терять тебя из виду.

Волшебник криво усмехнулся и сделал всего лишь один жест, позволив заклинанию исчезнуть.

Портал резко закрылся, и снова возникла глухая стена.

Маг прикоснулся к мешочку с деньгами, висящему на боку, немного сожалея о том, что тот не  имеет себе пары. Всё же он должен быть счастлив, что оказался способен получить хоть это. Он ни за что не хотел идти с теми глупцами, что отправились в логово Гадюки. 

* * * * * 

Аркейл, внезапно столкнувшийся с тёмной и невыразительной мраморной стеной, а не с порталом, ведущим на рыночную площадь Калимпорта, тихо выругался.

Он обернулся к своим людям, которые стояли на страже и ждали его указаний.

– Похоже, что нас предали. У нас нет пути к отступлению. Так что план меняется. Мы здесь в ловушке, пока не убьём Гадюку или Этоса.

Он оставил недосказанной вторую часть: «или пока они нас не убьют».

Его люди спокойно кивали в знак понимания, возможно необдуманно, но далеко не в панике. Он хорошо их тренировал, и они были подготовлены к любым неожиданностям.

Аркейл снова оценил их положение.

Холодные тёмные мраморные стены на высоте в десять шагов изгибались, смыкаясь наверху в одной точке, делая проход, где они стояли, похожим на тоннель. Свет, хотя и недостаточный, был мягким и белым и исходил от магических шаров, установленных на вершине потолка с интервалом в двадцать шагов. На протяжении всей длины, на которую можно было видеть, по сторонам не было никаких проходов. Единственным направлением, в котором можно было идти, чтобы выяснить, куда ведет ход, было вперед.

Ведя свою группу, Аркейл медленно и осторожно продвигался, изучая пол и стены, высматривая скрытые рычаги, натянутую проволоку или устройства наблюдения любого вида.

Его самые осторожная разведка ничего не показала, и это нервировало его больше, чем, если бы в воздухе внезапно раздался голос Гадюки, обещающий смерть. Никаких ловушек? Никаких следящих устройств? Конечно, человек не может быть таким самоуверенным.

Но очевидно он был таким.

Они несколько минут продвигались вниз в полной тишине, прежде чем где-то далеко впереди Аркейл заметил изменение в освещении.

Как только группа приблизилась, он понял, что ход выводит в просторную комнату. После паузы, прислушавшись, чтобы убедиться, что ничто не поджидает их там, они вошли.

Это была просторная круглая комната с высоким куполообразным потолком, обрамлённым восемью светящимися шарами. Очевидно, это было какое-то связующее место, так как их тоннель был не единственным, который вел сюда. Кроме ряда каменных ступеней в полу комнаты, ведущих вниз, и входа в дальней стене, который вёл на лестницу, уходящую из вида куда-то вверх, здесь было несколько других проходов.

Аркейл обернулся к своим людям и жестами выдал серию команд.

«Миридор, возьми наблюдение за входом в тоннель,» – приказал он, выводя остальных. Он не хотел заблудиться в этом месте.

Решив, что лучше будет разойтись и покрыть большую площадь, он разделил группу на команды. Мелвику и Насису был дан приказ наблюдать за вершиной лестницы. Шиффену и Мрану приказано занять тоннель на девяносто градусов вправо, в то время как Транлоус и Перу отдана команда исследовать противоположный тоннель слева. Все группы должны были вернуться и встретиться здесь через двадцать минут, доложив, что они нашли.

Наконец, Аркейл махнул Дрейку, чтобы тот следовал за ним вниз по лестнице, ведущей в глубины владений Гадюки. 

* * * * * 

Этос сидел за своим рабочим столом, погрузившись в объемный том «Ватердавианской политики». Он склонялся над книгой уже час, пытаясь сконцентрироваться, но всё ещё даже не закончил первую страницу.

На его душе лежал тяжёлый груз, и хотя юноша старался отвлечся от печали, погружаясь в учебу, казалось, был не способен собрать волю, чтобы сконцентрироваться на небрежном почерке, нанесенном на древнюю страницу. Вместо этого буквы снова и снова плыли перед его глазами, а сам он мысленно дрейфовал к той ужасной беседе с Артемис. Боль в её глазах была больше, чем он мог вынести.

Холодное онемение охватило его с момента их столкновения. Обычно в обучении он был так же скор, как и в тренировках, но теперь непонятный страх преследовал его. Не прошел ли он уже точку, из которой нет возврата? Был ли он обречен навсегда стать чудовищем? Был ли он безнадежен для того, чтобы исправиться?

В момент, когда дверь в комнату открылась и Гадюка заглянул к нему, Этос вскочил.

– У нас посетители, – тихо сказал Гадюка. – Пойдём, поможешь мне избавиться от них.