О возвращении забыть - Сергей Коротков

- И мои бойцы тоже!

- Принимается! - чёрный обвел взором всех троих, чеченца на траве и кивнул. - Хорошо! Это...

- Я, кажется, знаю, кто этот "полковник Иванов"! - перебил его Никита, закинув ногу на камень рядом с пленным.

- Истребитель, я дал уже слово! Так что свои доводы смой в унитаз, умник! Раньше мозговать надо было! - Рогожин бросил недовольный взгляд на зама и снова пленному:

- Ну и?

- Полковник Егоров из ФСБ. Рост метр восемьдесят, 42 года, седые виски... только виски. Холёный, лощёный, с иголочки франт, родинка над левой бровью со спичечную головку. На среднем пальце левой руки еле заметная старая татуировка в виде буквы "К". Сейчас он находится в оперативном штабе вашей части в Аргуни, прибыл в составе каких-то хлыщей из Москвы. С ними инвалид в коляске. Ну вот, примерно так!

- Да уж, секретная операция, ёптеть! - пробубнил Ден.

- Без комментариев! - Никита убрал ногу, сделал шаг в сторону. - Я так и знал про этого мнимого офицера МЧС! Сразу не понравился!

- Так. Всё. Отставить мнения! Сбор две минуты.

- Чеха тоже берём, я так понял?

- Да, замбой, и его берём! - Рогожин подозвал Дена и, взглянув на обоих своих снайперов, неожиданно произнёс. - Парни, даже сейчас, когда мы в часе хода от точки назначения, где Подпол с Мешком монтируют свою бесценную установку для ловли молний, етить их налево, я без зазрения совести могу однозначно сказать: вы герои! По медали вы заслужили, а если сведения этих двух пленных подтвердятся, то и на ордена спокойно потянет наш рейд! Молодцы! Орлы! Я рад, что работаю с вами в одной упряжке! Спасибо, ребята!

- Служим Отечеству! - одновременно серьезно ответили офицеры, чувствуя духовный подъём и удовлетворение. Приятно было до жути - и не передать чувств!

- Ну, всё! А теперь, пока я на связь со штабом, Холоду обеспечить авангард до точки в прежнем режиме, но очень скоренько. Возьми Балона, он уже знает маршрут до высоты.

- Есть, командир!

- Истребителю построить группу, взять максимум трофеев поцелее, обеспечить охрану и безопасность пленных... и чтоб яйца опять не отрезали кому-нить!

- Есть! - заулыбались оба, глянув на боевика.

- Выполнять!

Подхватив пленных, проверив их сковку, снайперы побежали к отряду. Рогожин подозвал Пыть-Яха, что-то обмозговал с минуту, глянул на часы и взялся за наушники рации. Радист запросил Центр и кивнул.

- Я Шурави. Я Шурави. Группа на связи, - Рогожин подмигнул радисту, ожидая ответа штаба и довольно улыбаясь краешками губ, - слышу вас, Тюльпан. Сообщаю...

* * *

- Товарищ генерал. Товарищ генерал! - капитан Мохов через ширму позвал начальника. - Срочно связь с Шурави!

- А? Да-да! - генерал вскочил, растирая лицо. "И как только вырубился? Стыдно!"

- Прошу, - Мохов показал на привычный стульчик.

Генерал подсел, схватил наушники. Рядом расположился капитан спецсвязи Мохов с параллельными наушниками.

Диалог с Рогожиным длился минут пять. Глаза генерала и капитана от таких новостей вылезали из орбит всё больше и дальше. Но после доклада Шурави генерал кивнул Мохову на вход. Капитан, придерживая кобуру, подскочил туда, проверил, встал на охране.

- Я понял, Шурави. Хорошо. Это неплохие новости! Готовь дырочки для наград всем! Если так и окажется. Насчёт обузы понял. Их с собой. Живые свидетели и доказательства. Под личную твою ответственность, Запал! Всё, ребята, удачи и до связи на месте! Конец связи.

Генерал позвал Мохова и довольным мартовским котом растянулся на стульчике, отчего стул чуть не развалился.

- Слышал, капитан?

- Так точно, товарищ генерал! Ишь каков! Какие будут распоряжения?

- Так, на час тридцать оперативное совещание у меня, здесь. Всех. Это по объектам 2 и 4. А насчёт крота... Ядрёна вошь! Позови мне полковника Селезнёва и вызови майора Величко с двумя автоматчиками. Выполнять.

- Есть.

Генерал постоял минуту после ухода капитана Мохова, затем достал табельный ПЯ, проверил обойму, спрятал. И сел писать докладную.

* * *

Полковника Егорова подняли с койки, застав еще не спящим. Он и не мог спать - ведь скоро апогей операции. Да и группа наёмников должна выйти на связь по его личной секретной линии. Он лежал и гонял в голове комбинации возможных действий, все "за" и "против".

Майор из службы собственной безопасности части с двумя бойцами в хаки, в мокрых после дождя капюшонах и с АКМ наперевес тенями очутились в палатке.

Все спали. Один Егоров лежал в раздумьях.

- Полковник Егоров, прошу вас встать, одеться и пройти с нами для выяснения некоторых обстоятельств! - сухо и твердо сообщил майор Величко.

- А в чём, собственно, дело? - Егоров напрягся и сжался.

- Я ещё раз прошу вас... - другим, нехорошим, голосом надавил майор.

- Хорошо, хорошо, майор! Не надо нервничать!

Полковник стал одеваться, кобуру с личным оружием майор тут же забрал со стула.

- И попрошу, полковник, без сцен и шуток! - Величко показал рукой к выходу.

Солдаты взяли калаши наперевес, и Егоров понял всё...

* * *

Сумрак надо мной.

Со звёздами, и небом, и луной.

Тревожную и злую ночь я чую!

Почему эти строчки средневекового поэта и мага Франческо Петрарки всплыли в памяти и вертелись на языке, Никита не мог понять.

Они стройной чёткой цепью-змейкой полубежали, полутекли вдоль ручья на юг, вверх, в горы. Ручей превратился в ручеек, да и то еле слышный в темноте. Топорков слушал своё пыхтение и одышку в ночи. Он всё так же замыкал группу вторым номером, но уже на отдалении в 50 метров. Смысла отставать больше не было - в почти абсолютной темноте, с оставленными Тротилом по ходу движения ловушками и отстрелом всех мнимых и явных преследователей остаток маршрута рисовался безопасным.

Тучи, затянувшие весь небосвод и изрыгавшие молнии, придали горной местности вид чёрного, этакого неровного ватного покрывала. Ни леса, ни кустов. Только травянистые куполообразные горы да отдельные скалы и валуны. И никого кругом.

"Сумрак надо мной..."

Никита в такт шагу полушептал, полунапевал слова, засевшие в мозгу занозой.

"...Со звёздами, и небом, и луной. Тревожную... Тревожную и злую ночь я чую! Тревожную и злую..."

Никита бросал взгляды наверх. Никаких звёзд, луны! Одна темень. Рогожин приказал надеть ПНВ, чтоб не переломать ноги. Им, спецназу, с такими очками хорошо было идти: всё в голубо-зеленоватом свечении. А вот штатским, постоянно вязнувшим в траве и спотыкающимся, приходилось нелегко. Но никто не стонал, не канючил. Пленные, хотя и оба раненые и скованные по рукам, шли бодро, неся на себе трофеи потяжелее - БК к пулемётам и стволы РГД-7 без выстрелов. Топорков сам кроме АКМ с подствольником и "вала" тащил "Шмель-М" и пару "мух", не считая моря гранат и патронов.