Братство Конца - Евгений Малинин

– Ну, поедем, – согласился Шалай. – Только имей в виду – старикашка этот очень вредный. И очень большого уважения к себе требует!

– Да кто ж к себе уважения не требует?! – тут же вмешалась в разговор подскакавшая к нам Эльнорда. Слышала она только последнюю фразу Шалая, вот и откликнулась на нее:

– Другой вопрос – может ли он это уважение вынести?!

– Ну, Отшельник Там любое уважение вынесет, – заверил нас Шалай.

– А что это за отшельник? – полюбопытствовала эльфийка.

Шалай усмехнулся и неторопливо ответил:

– Если мне не изменяет память, лет пятьдесят назад появился в нашем королевстве старичок…

– Если старичок появился лет пятьдесят назад, то как же его сейчас-то назвать можно?! – перебила рассказчика нетерпеливая девчонка.

– Так ведь он с тех пор и не изменился, – пожал плечами воевода. – Так старичком и остался. Так вот, старичок этот тихо мирно поселился в Вересковой Пустоши, в королевских то есть угодьях. Вырыл себе ямину, накрыл ее дерном, в ней и спал. А днями все ходил по окрестностям. Молча ходил, ни к кому не приставал, увидит людей, подойдет, посмотрит, послушает и дальше себе топает. Ну, сначала людишки-то тоже к нему приглядывались – чужой все-таки, кто его знает, что у него на уме. А месяца через четыре случай вышел. Недалеко от Вересковой Пустоши село есть – большое село. И случилась в этом селе свадьба. Ну народ, конечно, попил и пивка, и медку, и винцом причастились. В общем, как раз в самый разгар гулянья и появился на улице этот старичок. А ему навстречу самый главный местный задира топает, да в полной готовности подраться. Увидел он чужого и к нему. Встал у старика на дороге и ну куражиться. Ты, говорит, чегой-то, дед, с людьми не разговариваешь! Или считаешь ниже своего достоинства с нами слово перемолвить! А ты знаешь, как мы таких гордых учим!.. Ну и все в таком роде.

Конечно, вокруг них сразу толпа собралась, ясно, что парень на драку нарывается, да только уж больно силы-то неравные получались. Вообще-то народец у нас простой и чужих не очень жалует, только старик поселился совсем отдельно и никому не мешал. Так что в толпе собравшейся и у него сторонники оказались, начали орать, чтобы отстал этот драчун от старика. Только тому по пьяни-то уже все равно было, с кем драться.

А старичок постоял, послушал, что пьяный орет да что ему из толпы отвечают, а потом покачал головой и вдруг говорит:

– Эк в тебе хмель-то буянит… Нельзя тебе, молодец, хмельного пить…

А потом быстро протянул вперед правую руку и указательным пальцем легонько так ткнул парня в лоб.

Паренек-то прямо в дорожную пыль и сел. А дед обошел его аккуратно и дальше по своему маршруту пошагал. Люди, которые вокруг собрались, с минуту молча стояли, а потом к этому пьяному забулдыге бросились. А тот сидит на земле и лоб трет, а сам совершенно трезвый. Как будто и не гулял на свадьбе.

Ну, народ потрепался об увиденном да разошелся, а на второй день самое интересное началось.

Парень этот первым, с утра пораньше, на гулянку прибежал. И что бы вы думали! Оказалось, что выпить-то он и не может. Нет, водичку там, квасок – за милую душу, пожалуйста. А вот хмельного – никак! Стоит ему чарочку винца или кружечку пива в руку взять, как руку-то начинает крупной дрожью бить. Как он ни пытается, а не может хмельного до своего рта донести!

В общем, целый день народ пытался его напоить. Пробовали даже налить ему вина в ведро, чтобы он, значит, голову туда сунул, да только он попробовал над этим ведром наклониться, как у него голова затряслась. Только лоб себе о край ведра разбил.

Вот тут народ и понял, что непростой старичок в Пустоши поселился.

Шалай помолчал, а потом задумчиво добавил:

– Серьезным дед колдуном оказался. Кое-кому здорово помог, кое-кого от страшных болезней вылечил. Пару-тройку раз убить его хотели, да только хотельщикам этим солоно пришлось. – Он посмотрел на меня. – Если к нему в ямину попадешь, обрати внимание на кота его. Тридцать лет назад этот кот был атаманом крупной шайки. Безумной отваги и дерзости человек. От королевских гвардейцев дважды отбивался. Да вот задумал Отшельника заставить сделать кое-что… Теперь вот в котах живет, мышей и крыс, говорят, знатно ловит!

– А парень-то этот, ну, драчун который, так до сих пор антиалкогольной трясучкой страдает? – неожиданно поинтересовалась Эльнорда.

– Парень этот два года назад умер, – усмехнулся Шалай. – От старости. Так до конца жизни больше ни капли и не выпил.

Именно в этот момент Шалай свернул с широкой наезженной дороги на хорошо утоптанную, но достаточно узкую тропу, вильнувшую в глубину леса. Мы с Эльнордой послушно повернули за ним, а за нами последовали и остальные наши спутники. Буквально через пару минут сзади послышался вопль до боли знакомого тембра:

– Куда вас понесло!.. Шалай, надень свою кастрюлю, у тебя голова перегрелась, и ты дорогу перепутал!.. Да что вы в этом лесу потеряли!.. Стойте!.. Я не могу ехать по этому бездорожью!..

Наш обозник явно не хотел следовать в арьергарде нашего отряда по узкой лесной тропе. Однако я почему-то был уверен, что его возок вполне укладывался в ширину нашей тропки. Поэтому я остановил своего жеребца, сделав знак воеводе продолжать движение по намеченному маршруту.

Фродо на своем пони и четверо гвардейцев Шалая проехали мимо меня очень быстро, а вот возок оперуполномоченного все не появлялся на тропке, хотя визгливый голосок карлика явственно приближался. Только вот звучал он как-то странно:

– Да-а-а-а… по-о-до-о-о-жди-и-и-те вы-ы-ы ме-е-е-ня-я-я… Не-е-е бро-о-о-са-а-а-йте-е-е ме-е-е-ня-я-я одно-о-о-го-о-о. Я-а-а все-е-е до-о-о-ло-о-о-жу-у-у пра-а-а-вит-вит-вит-те-е-е-лю-ю-ю.

Тут за ближним кустом, скрывавшим от меня изгиб тропы, послышался странный звук, похожий на щелк сработавшего капкана, и визг пропал. А еще через минуту передо мной появились ездовые козлы, бодро перебиравшие тонкими ножками, и следом за ними наконец великолепный Твистов возок.

И тут мне стало все понятно! Возок вполне проходил по тропе, но сама тропа в отличие от дороги была довольно густо перевита древесными корнями. Мы ехали верхом и потому не обратили внимания на сей интересный факт, а вот для лишенной рессор брички Твиста тропка действительно была не слишком удобной. Во всяком случае, Твист сидел на своей скамеечке, бросив вожжи и ухватившись за сиденье обеими руками. И тем не менее все его хрупкое тельце тряслось и подпрыгивало самым причудливым образом.

Козлы дошли до моей лошади и остановились, благоразумно не пытаясь ее объехать. Я смотрел на карлика и удивлялся его молчанию, а он смотрел на меня исподлобья и… почему-то не произносил ни слова! Наконец я не выдержал:

– Ты что это молчишь?

Карлик обиженно шмыгнул носом.

– Неужто язык проглотил?

В ответ – новый шмыг.

– Ну что случилось-то? – не на шутку встревожился я странным поведением маленького визгуна.