Клятва воина - Джульет Э. Маккенна

Самодовольство толстяка раздражало. Как всякий человек, я знаю богов назубок, но этот был здесь совершенно не к месту.

– В Империи никогда не существовало культа голода!

Жрец был невозмутим.

– Много мудрости погибло, когда настали темные века Хаоса, но мало-помалу люди возвращаются к истине. Ты видел когда-нибудь такой голод, когда младенцы умирают у груди матери, потому что у той нет молока? Голод – это великая сила во многих землях, и мы стараемся умилостивить ту силу, чтобы она не обрушила свою страшную кару на наш народ.

Я не нашел, что ответить, а только фыркнул от отвращения и пошел дальше. С таким приспособленчеством жрецов рационализм, возможно, найдет-таки сторонников в Релшазе.

– За последнее время в Энсеймине было несколько недородов, – заметила Хэлис. – А это всегда ведет к новым культам. Они не долго существуют.

Мы перешли на другую сторону огромного зала, и в глаза бросилась та же смесь знакомого и необычного в названиях женских божеств. Здесь плачущая Аримелин была почему-то Матерью Скорби, а не Ткачихой Снов, что мгновенно отбило у меня охоту возжечь ей благовоние с просьбой расстроить интриги Планира. Мы пошли дальше, и я увидел Ларазион в венке из пшеницы, вырезанную в красно-коричневом ядре древесины. Она звалась Маладин, Королева Жатвы. Роль Дрианон сводилась тут к помощи беременным женщинам, тогда как незамужние, видимо, девицы стояли в очереди перед холодной и далекой Халкарион в ее более традиционном обличье Лунной Девы. Она взирала на балки пустым мраморным взглядом, а рядом с ней бабки терпеливо ждали своей очереди, чтобы возвести молитвы Ахд Мэвелин, Зимней Ведьме; древний дубовый горбыль нес ее примитивно вырезанный образ с резкими чертами.

– Вон он! – облегченно вздохнул Шив, проталкиваясь к сутулому толстяку с бледным лицом.

Когда мы подошли ближе, я с изумлением понял, что этот Керрит всего на горсть лет старше меня или Шива, а не на полпоколения, как казалось издалека. Он толковал о чем-то с кротким старичком в пыльной выцветшей мантии. Даже странно, как этого древнего служителя еще не отволокли насильно к портному остальные разряженные жрецы.

– Шиввалан! – заулыбался Керрит, увидев нашего мага. – Подожди минутку, я сейчас.

Он сердечно простился со стариком и сунул пачку записей в нарядную кожаную сумку, висевшую на плече.

– Ну, что привело тебя в дельтовый город? – Бесцеремонно растолкав паломников, Керрит пробрался к нам.

– Мы можем поговорить в каком-нибудь укромном месте?

Я удивленно взглянул на Шива. Любой, желающий подслушать нас, должен был бы торчать у нас под носом или надеяться, что мы будем орать во все горло.

– Сюда.

Керрит завел нас в сравнительно тихий угол за изображением Сэдрина у двери между мирами. Оно давало отличное укрытие каждому, кто захотел бы к нам подкрасться, но прежде чем я успел встать около изображения, чтобы следить за подходом, этот пост заняла Хэлис. Я добавил это к растущему списку вещей, которые придется обсудить с Шивом, пока он не свел нас всех с ума своей паранойей.

– Ты привез мне письмо от Планира? – Керрит не сводил глаз с изображения Мэвелин, его мысли явно были заняты чем-то другим.

– Нет. Мы выслеживаем Ледяных Людей, укравших некоторые артефакты, – без обиняков выложил Шив, безраздельно завладев вниманием Керрита.

– Они здесь, в городе?

Шив кивнул.

– Но они прикрываются эфирным колдовством, чтобы ускользнуть от нашего гадания.

– Да ну? – выдохнул Керрит, сверкнув глазами. – Очень интересно…

– Ты можешь помочь Шиву обойти это прикрытие? – вмешалась Ливак, отметив, что лицо ученого мага стало задумчиво-отрешенным.

– Что? Увы, нет, моя дорогая. Дело в том, что поскольку сам я – урожденный маг, эфирные заклинания в моих устах не действуют.

Ливак никогда не отличалась долготерпением, и, понимая, что она может взорваться, я тотчас вмешался, сам едва сохраняя спокойствие.

– У тебя есть заклятия против их колдовства, которые мог бы использовать один из нас?

Толстяк слегка наморщил лоб.

– Мне бы нужно самому посмотреть, что они делают, но думаю, есть кое-что, что стоило бы попробовать.

– Ты можешь пойти с нами? – вежливо осведомился Шив.

– Вообще это не очень удобно. – Керрит явно смутился. – Видите ли, тот старый жрец знает шесть заклинаний, он называет их чудесами и утверждает, что может исцелять болезни, старые раны, даже некоторые врожденные уродства. Я должен узнать больше подробностей, разобрать…

– А как насчет сломанных костей? – неожиданно спросила Хэлис.

У меня сжалось сердце, когда на ее некрасивом лице промелькнуло облачко отчаянной надежды.

Керрит озадаченно хлопал глазами, пока не заметил ее искривленную ногу и костыль.

– Этого он не сказал. Дело в том, Шив, что заклинания удаются ему в каждой попытке. Мне действительно надо больше узнать о нем и о его работе, осмотреть его больных, выяснить, можно ли с уверенностью говорить об их исцелении.

– Выходит, этот старик – что-то особенное? – Как всегда, любопытство Ливак побеждало. Но по крайней мере оно несколько сдержит ее норов.

– О да! – заверил ее Керрит оживляясь. – Возьмите десять здешних жрецов, попросите их совершить один и тот же ритуал и получите от пяти до десяти различных результатов. Я пытаюсь выяснить почему.

– Я понимаю, это важно… – сказал Шив.

– Старый жрец никуда не денется, – перебил я его. – А эльетиммы того и гляди исчезнут. Уверен, ты сможешь уделить нам остаток дня, чтобы помочь в таком решающем для Планира деле.

Мысль о том, что ему придется отвечать перед Верховным магом, явно перетянула чашу весов.

– Верно-верно.

– Тогда пошли.

Выйдя из угла, чтобы помочь Хэлис пробиться к дверям, я уловил краем глаза какую-то суматоху. Недалеко от нас в давке молящихся толстая женщина догнала высокого человека в темно-сером плаще, видимо, твердо решив не пропускать его вперед. Когда Вилтред обернулся, этот человек, определенно узнав его, вылупился на старика, и лицо его стало враждебным. Он отпихнул толстуху и, не реагируя на ее крики, направился прямо к старому магу.

– Вилтред, ты знаешь того типа? – Я кивнул головой, надеясь, что вышло не слишком заметно.

– Нет. – Старик помрачнел, в его выцветших глазах вспыхнул испуг. – Никогда его не видел.

А человек в плаще между тем посмотрел налево, потом направо. С возрастающей тревогой проследив за его взглядом, я увидел, что он не один. Еще трое в сером мелькали в толпе, и когда один протискивался мимо группы детей, его плащ распахнулся, открыв хорошо знакомый мне черный мундир.

– Эльетиммы, – обронил я. – Немедленно уходим.