Берег Хаоса - Вероника Иванова

– И... что Вы предлагаете? Смириться?

В тихом вопросе уже совсем не было ненависти, только печаль.

– Почему бы и нет? Я предлагаю принять всё, как есть. Не можете воспарить к небесам? И не надо! На земле тоже найдётся немало дел, в которых Вы будете лучшей. И возможно, даже лучше тех, кто способен летать.

Варита улыбнулась сквозь высыхающие слёзы:

– Вы думаете?

– Я верю.

Она кончиком пальца смахнула солёную влагу из уголка глаза, опустила взгляд, на вдох погружаясь в собственные мысли.

– Спасибо.

– Да не за что, в общем-то. Но я прошу... нет, умоляю! Когда будете вмешиваться в Поток снова, любите себя, а не ненавидьте. Поймите, наконец, что владеете искусством, недоступным больше, чем половине всех людей на свете. Разве это не вселяет в вас гордость? Гордитесь собой. Обещаете?

Магичка кивнула:

– Обещаю.

– А дабы совсем убедиться, что всё завершилось благополучно... Я хотел бы попросить Вас провести извлечение.

– Прямо сейчас?

– Сейчас... Кайрен, сколько тебе понадобится времени, чтобы добраться до дома той девицы? Получаса хватит?

– Вполне! Я могу и пробежаться, если нужно.

– Ты ведь просил мать и дочь остаться дома и ждать?

Дознаватель подтвердил мою надежду:

– Ну да.

– Тогда всё складывается просто замечательно! Беги к ним вместе с «зеркальцем» и смотри, что будет происходить, когда придёт волна. А я, как только извлечение завершится, присоединюсь к тебе.

– Что ты надеешься установить?

– Потом объясню. Но если получится... Значит, мы не зря морозили носы в Кенесали!

Кайрен поспешил прибыть на указанное место, а магичка занялась уже знакомыми мне приготовлениями. Но когда она собралась обнять чашу ладонями, я напомнил:

– Не думайте о несправедливости, hevary: думайте о том, как благодарны миру за дары, которыми он вас наделил. Скажите «спасибо» ему, а не мне!

Светлые глаза женщины сверкнули пониманием. Узкие ладони замерли рядом со стеклом, цепочки жемчужных пузырьков устремились к поверхности воды, порскнули в стороны... И Варита изумлённо ахнула.

На дне чаши лежало почти вдвое большее количество «капель», чем в прошлый раз.

– Это невозможно!

Магичка высыпала на поднос все выуженные из воды бусины, пересчитала ещё раз.

– Сто семь штук... Но этого просто не может быть! В прошлый раз, накануне новолуния, в самых лучших условиях... Нет, я просто не верю!

– Вообще-то, по расчётам, которые близки к действительности, выходит, что Вы вполне способны извлекать здесь по девяносто с небольшим «капель». Ну а то, что превзошли саму себя... Может, из-за того, что сейчас Вы не обкрадывали Поток, а попросили поделиться и поблагодарили за это?

Варита растерянно качала головой:

– Но это слишком просто, чтобы быть правдой... Это всего лишь мои чувства и мысли, как они способны повлиять на то, что не подчиняется ничему?

– Не подчиняется? О да. Но кто сказал, что всегда и всем нужно приказывать? Почему бы не попытаться договориться? По-доброму. По-дружески... Однако, здесь слишком много taites: боюсь, у меня при себе нет столько денег, чтобы оплатить Ваши усилия.

Магичка непонимающе взглянула на меня и мигом позже рассмеялась, по-настоящему весело и задорно, сразу став выглядеть на десяток лет моложе:

– После всего, чему Вы меня научили, ещё и требовать денег? Я, может, глупа и бесталанна, но неблагодарной никогда не была! Возьмите их себе, прошу. И если возникнет необходимость, приходите, в любое время!

– Но положения луны и всё прочее...

– Я всегда буду рада вам, а это, как только что выяснилось, почти так же важно... нет, пожалуй, даже важнее, чем капризы небес!

Я сгрёб «капли» в мешочек (не отказываться же от дармовщины?) и, отвешивая прощальный поклон, попросил:

– Не забывайте то, что почувствовали сегодня. Но не старайтесь просто повторять, а... живите этим чувством. Будьте искренней и благодарной, как умеете, и Поток ответит Вам тем же.

М-да, вот и погулял... Что теперь буду делать с россыпью бусин, которые сохранят свою силу в лучшем случае до Зимника? Ладно, пусть они пропадут, к аглисовой матери, зато... Не пропадёт душа женщины, которая была в волоске от разрушения. Но Хаос, Вечный и Нетленный, как же я устал! Хочется лечь под одеяло, накрыться с головой, ничего не видеть, не слышать, не...

– Доброго дня, дяденька!

О, знакомые косички и голубые глаза. Давешняя девочка, только сегодня совершенно счастливая, а не печальная, как в прошлую нашу встречу.

– А я всё переделала, как Вы сказали!

Она сняла варежку и гордо показала новый браслет на запястье.

– Правда, красиво?

– Ещё бы не было красиво... Вы настоящая мастерица, hevary!

– А хотите, я Вам тоже такой сплету? Попрошу у Вариты ещё бусинок и сплету.

Как можно отказать ребёнку?

– Буду несказанно рад получить из Ваших рук столь прекрасный дар. Вижу, Вы улыбаетесь... Всё хорошо?

Счастливое личико засияло ещё ярче.

– Хорошо, хорошо! И папа больше не сердится: наверное, потому что новый браслет ему тоже понравился. А раньше как взглянет иногда, так и руку может...

Девочка умолкла, вспомнив грустное прошлое, но ненадолго:

– А сейчас всё хорошо! Очень! А Вы... – голубые глаза расчётливо сузились. – Научите меня, как бусинки собирать, чтобы красиво и хорошо было?

– Если желаете, научу. Только сначала мне нужно закончить дела, а Вам отпраздновать Зимник.

– Но потом научите?

– Научу.

– Честно-честно?

– Если сказал, значит, научу. А теперь прошу простить: мне нужно идти.

– Я буду ждать! Смотрите, не забудьте!

Забудешь тут, как же... Но девочка славная. И похоже, способная: что, если ей удастся совладать с нитями? Может, плетельщицей и не станет, но свою жизнь и жизнь близких раскрасит новыми красками...

Кайрен шёл мне навстречу, поэтому мы встретились не в доме воровки, а на полпути от него к набережной. Парень выглядел обескураженным, но довольным, как наевшийся сметаны кот, и сразу же набросился на меня с расспросами:

– Ты знал, да? Знал, скажи?

– О чём?

– Что всё будет по-другому?

– Скажем так, предполагал. Но хотел бы услышать, что на самом деле происходило.