Пробудившие мрак - Евгений Гаглоев

Какой-то парень, покрытый черной шерстью, схватил Ликоя за горло и с силой оттолкнул от себя. Тимофей ударился о дерево и сполз на землю. Боец легко расшвыривал противников в стороны, но их было слишком много, и скоро силач тоже валялся на земле. А вот Форкис, как оказалось, отлично дрался. Он бился с одним из близнецов, оба отрабатывали друг на друге приемы единоборств.

На покрытого кровью Берета набросилось сразу трое оборотней. Тот схватил валявшийся автомат и срезал всех очередью. Несколько оборотней, расстрелянных в упор, корчились на земле, но обычные пули не могли их убить. Раны затягивались прямо на глазах, они вскакивали и снова бросались в бой. Откуда-то сбоку раздался вопль Рашпиля.

Тут на Никиту снова кинулась Агата с толстой палкой в руках и ударила его сзади. Никита в последний момент успел отдернуть голову, и удар пришелся по плечу. Рука тут же потеряла чувствительность. Парень упал на колени и откатился в сторону, как его учил сэнсэй Канто.

Агата преследовала его, размахивая палкой. Никита не успевал подняться и только уворачивался от ударов. Волосы ведьмы извивались над головой, сияя голубым и зеленым светом. Гордей со скованными руками мало чем мог помочь другу, но все же, подскочив к Агате, ударил ее сбоку плечом. Оба упали на землю совсем рядом с провалом. Агата извернулась, словно змея, и треснула Гордея ногами. Тот подкатился к краю расщелины и с воплем рухнул в подземелье.

Никита вскочил на ноги и прыгнул на Агату. Но ее извивающиеся волосы подхватили его на лету, опутав от шеи до талии. Легко дернув головой, Агата зашвырнула юного оборотня в самый эпицентр сражения.

Легостаева обдало волной лютого гнева. Он издал мощный, яростный рык. И что-то вдруг словно взорвалось внутри его, мгновенно распространившись по всему телу обжигающей волной. Никита понял, что началось превращение. Самое настоящее, какое с ним случалось лишь в полнолуние. Могучая сила древнего колдовства взревела в нем, пробудившийся зверь рвался наружу.

Все вокруг наполнилось громким рычанием. Оборотни припали к земле, каждый из них чувствовал, что происходит с Наследником. Слышались изумленные возгласы, хруст костей и треск рвущейся одежды. Вся стая одновременно начала перекидываться.

Никита не понимал, что творится. Знал лишь, что он уже не может остановиться. В последний момент он успел избавиться от одежды. Волна силы, поднявшаяся в нем, достигла апогея и хлынула наружу. Он начал покрываться шерстью, человеческое тело быстро трансформировалось, вытягиваясь и обрастая мышцами. Кости с треском растягивались и изгибались, скелет менял форму.

То же самое происходило с остальными членами стаи. Окровавленный Гектор, Агата, Ликой, Боец и Форкис, Берет и Щегол в ужасе застыли, наблюдая за происходящими вокруг метаморфозами.

– Нам конец! – выдохнул Боец.

В этот момент из фургона выпрыгнула Персефона. В ее руках был человеческий череп.

– Все в машину, идиоты! – крикнула она. – Сейчас они обернутся и нападут!

Кое-кто из оборотней уже перекинулся полностью. На поляне появлялось все больше черных пантер. Звери потягивались, разминая мышцы и готовясь ринуться в атаку.

Персефона вскинула череп и закатила глаза.

Черный Обелиск возник в считаные секунды, повинуясь ее молчаливому призыву. Столб черного дыма заклубился посреди поляны, в пустых глазницах черепа засияло красное пламя. Персефона метнула Обелиск в самую гущу оборотней. Двигаясь по спирали, череп, окутанный дымом, устремился вперед.

Две пантеры бросились на Ликоя и Бойца, сбили с ног, придавили к земле, не давая пошевелиться. Еще одна дикая кошка прыгнула на Агату. Ведьма с визгом побежала к фургону. На Гектора напали сразу две пантеры. Он с трудом уворачивался от острых клыков и когтей. Его одежда уже была разорвана в нескольких местах.

Персефона шевельнула руками. Столб черного дыма обрушился на одного из оборотней. Тот тут же исчез в клубах тьмы, не издав ни звука. Пантеры бросились врассыпную. Пользуясь этим, Гектор запрыгнул в машину и завел двигатель. Форкис и Агата уже сидели в салоне. Берет и Щегол мгновенно присоединились к ним. Берет оглянулся в сторону Рашпиля, но от того мало что осталось. Наемник, побледнев, скрылся в фургоне.

Персефона выкрикнула какую-то замысловатую фразу и приложила руку к пентаграмме, висящей на ее груди. Черный Обелиск тут же исчез, безжизненный череп упал на землю. Ведьма схватила его и метнулась в фургон. Машина резко сорвалась с места и, подскакивая на ухабах, устремилась прочь.

Над поляной воцарилась мертвая тишина.

Пантеры разбрелись вокруг провала. Некоторые зализывали раны, которые уже затягивались, другие просто сидели в ожидании приказа.

Боец и Ликой неподвижно лежали на земле. Два зверя, растянувшись рядом, осторожно сжимали зубами шеи парней. Одно движение – и смерть. Илья и Тимофей боялись шевельнуться и старались даже дышать пореже. Никита подошел к ним и сел рядом.

– Они не опасны, – промурлыкал он. – Такие же жертвы, как и мы с Гордеем.

Брамин – гигантская пантера с легкой проседью в черной лоснящейся шерсти – грациозно приблизился и смерил парней хмурым взглядом.

– Они бились на стороне ведьм, – глухо произнес он. Человеческий язык звучал очень странно из уст дикой кошки.

– Они лишь защищали свои жизни, – возразил Никита.

Брамин тихо рыкнул. Пантеры отодвинули морды, но все еще прижимали мальчишек к земле. Никита напрягся, упершись лапами в песок. Превращение пошло в обратную сторону, черная шерсть медленно втягивалась обратно, обнажая гладкую кожу. Вскоре парень принял человеческий облик. Кое-кто из оборотней последовал его примеру, другие предпочли пока оставаться в зверином обличье.

– Может, уже кто-нибудь вытащит меня отсюда? – донеслось из подземелья.

Никита подполз к краю расщелины. Внизу стоял Гордей. Легостаев огляделся по сторонам. Веревки все так же валялись на поляне, их не успели собрать. Он сбросил Гордею конец каната.

– Вот спасибо! – кивнул Гордей. – А чем я должен за него схватиться? Зубами?

Никита совершенно забыл о наручниках.

– У меня в кармане есть ключ, – подал голос Тимофей.

Лежащая на нем пантера тут же легонько шлепнула его лапой по лбу. Парень испуганно застыл.

Никита вернулся к нему и, сунув руку в карман его куртки, нащупал целую связку различных ключей и отмычек. Среди них был и ключ от наручников.

– Всегда наготове? – усмехнулся Легостаев.

Тимофей лишь жалобно пискнул.

– Отпустите их, – разрешил Брамин.

Пантеры тут же отошли в стороны, позволив Илье и Тимофею подняться на ноги. Никита спрыгнул в провал и помог Гордею освободиться. Затем Боец и Ликой вытянули их наружу. Пантеры обступили их со всех сторон.

– Ты хоть понял, что произошло? – подал голос Брамин.