Месть Аники дес Аблес - Дарья Быкова

– Да, мой Господин, – соглашаюсь я. Он и в самом деле не держит. Но уйти я не могу.

Наверное, Ашш меня всё-таки заколдовал. Или сейчас колдует. Иначе непонятно, как простые прикосновения могут доставлять столько удовольствия и будить такие желания. И что делать с самими желаниями – тоже непонятно. Я вообще чувствую себя воском в его руках – начинаю плавиться и растекаться. И кто знает, чем всё это могло бы закончиться, но Ашш останавливается сам. Отстраняется, продолжая обнимать меня за талию, смотрит на мои губы – я ощущаю, как они припухли, смотрит куда-то в декольте, прерывисто вздыхает… и уходит. Очень быстро уходит из беседки под дождь, бросив, что пришлёт за мной кого-нибудь с зонтом.

Обратно на бал я, конечно же, не пошла. И дожидаться человека с зонтом тоже не стала. Мне казалось, что все сразу поймут, что происходило в беседке. Да, это невероятно глупо, учитывая мой статус любовницы, но пока он был лишь формальным, воспринималось всё как-то легче.

Вообще, кажется, я натворила что-то не то. И это счастье и великодушная уступка со стороны Ашша, что он ушёл. И мне не хочется думать, что он торопился продолжить рандеву с госпожой Ангро, а может, у него и с Сайгарской императрицей что назначено… А вдруг он вообще просто пытался меня проучить? Чтобы не путалась под ногами и не срывала свидания…

Лечь на кровать теперь казалось совершенно невозможным, да и заснуть я бы не смогла, так что я сидела в кресле, с трудом продираясь сквозь мудрёный и устаревший, изобилующий не до конца понятными мне терминами язык в книге о потерянной силе рода. Честно говоря, читала я куда меньше, чем прокручивала в голове наш поцелуй, вернее поцелуи, и гадала, почему и куда слился Ашш, и как ему удалось сделать это ровно в тот момент, как только я испугалась, поняв, что теряю и предаю себя… И почему он всё-таки не настоял на своём и не взял меня прямо там. У него бы получилось. Но чтение, хоть и медленно, но всё-таки тоже продвигалась. Жаль только, что ничего полезного пока не нашла.

Он пришёл уже глубокой ночью, когда у меня кончились все идеи о более менее приемлемых с точки зрения любовницы причинах отсутствия Императора в своих покоях. Подвинул кресло почти вплотную к моему, так, что мы бы, наверное, соприкасались ногами, сиди я как полагается, а не боком, перекинув ноги через подлокотник.

– Ика, – я поднимаю глаза, не очень представляя, чего ждать. Интонация странная. Но, по крайней мере, злости там нет, в этом я уверена. Он ловит мой взгляд и как-то невесело усмехается. Произносит почти ласково:

– Монашка…

– Господин? – спрашиваю я.

– Хочешь всё-таки вернуть дар? – чуть кивает на книгу в моих руках.

– Рассматриваю такой вариант, – осторожно отзываюсь, почему-то чувствуя себя балансирующей на тонком канате. Над ямой со львами или же крокодилами.

Хорошо бы он сейчас предложил отдаться ему за силу. Или за имение. Или ещё за что-нибудь. Это бы здорово поставило мои мозги на место, а то я как-то плыву и теряюсь под таким серьёзным и внимательным взглядом. Словно Он воспринимает меня всерьёз. Словно я – что-то большее, нежели просто приманка и красивое молодое тело. Странная и опасная иллюзия. Давай уже, Ашш, скажи что-нибудь или сделай, покажи, какой ты настоящий, а то я начинаю забывать и привязываться.

Но он молчит. И почему-то заговариваю я.

– Она вообще снимается?

Да, я про маску, и мне стоит неожиданно большого труда удержаться и не протянуть руку к его лицу, чтобы её потрогать.

Ашш молчит, разве что чуть наклоняет голову набок. Не хочет, видимо, отвечать, но и одёргивать не торопится. Потом всё-таки говорит:

– Пока нет.

– О! – невольно роняю я. И не в силах сдержать любопытство, вспоминая представление, устроенное сайгарами. – Месть?

– Моя жена, – вдруг говорит он, и я вздрагиваю, настолько непривычно звучит эта комбинация из его уст, и сама интонация пугает – такая ровная и безжизненная, что я даже чуть ёжусь. А дальше ещё страшнее. – Покончила с собой на моих глазах в день нашей свадьбы по велению кваррны. Да, месть.

Нет, я не буду задавать дурацкий вопрос – любил ли он её, ну конечно любил, с чего бы ещё он сотворил с собой такое: в неснимаемой маске уже десять лет, и чёрт знает, сколько ещё… и жалеть его не буду, жалость – это чувство как будто ты сверху, словно ты умнее, удачливее и сильнее, а это точно не про меня и Ашша. Как же назвать то, что творится в моей душе, я не представляю.

Я потрясённо молчу, и он добавляет:

– Вообще-то я планировал справиться куда быстрее. За год максимум. Не представлял тогда… масштабов.

Мне хочется сказать ему, что я потрясена и очарована откровенностью. Взволнована и обескуражена самой историей. Мне хочется взять его за руку. И просто держать. Или сделать для него что-то хорошее…

– Она тебе мешает? – мягко спрашивает Ашш. Вот умеет он так спросить, что сразу как-то уже и не мешает ничего. Ну, почти ничего. По крайней мере, маска точно не мешает.

– А что хотела Роберта Ангро? – интересуюсь я, машинально теребя обложку книги. Название было выбито тиснением, и я задумчиво обводила буквы пальцами.

– Ты о чём? – как-то странно прищуривается Император, и я простодушно поясняю:

– Ну, она же просила что-то? Там, в беседке? На коленях… Вы ещё сказали ей, что не сегодня… – договариваю я уже тише и медленнее, начиная подозревать, что что-то поняла, похоже, не так. Но что?

Ашш почему-то смеётся. И не отвечает.

Я зеваю, тру глаза и тоже молчу. Хотя мне есть, что сказать. Вернее даже, высказать. Что мне не нравится сама эта Роберта и вся ситуация с ней, и что бы у них там ни происходило в беседке, достаточно того, что он танцевал с ней на балу и полностью игнорировал меня, что я не согласна на роль такой любовницы… Но я молчу. Потому что он ведь ничего мне не предлагает, не приказывает и не просит. А как-то нелепо выдвигать условия, когда вторая сторона ничего от тебя и не хочет. Ну, или хочет молча.

Встать и просто пойти спать, когда с тобой вроде как беседует – ну и что, что с паузами? – Император, тоже как-то не с руки, да и интересно мне с ним, так что я пытаюсь поудобнее устроиться в кресле. Вдруг расскажет что-нибудь ещё?

Он действительно что-то говорит, но что-то непонятное, я не могу разобрать, что именно и на каком языке, но по действию очень похоже на какое-нибудь сонное заклинание – глаза мои закрываются моментально, я, кажется, успеваю ещё почувствовать, как он берёт меня на руки, хотя, наверное, это мне мерещится. Император Ашш-Ольгар не утруждает себя ношением девушек на руках. Для этого у него есть магия.

И, конечно же, не обошлось без странного сна. К счастью, вовсе не о том, что происходило всё-таки в беседке.

Мне снилось, что мы с Ашшем стоим друг напротив друга, а вокруг – разноцветный, сияющий и переливающийся туман. И сам Ашш тоже сияет и переливается, одежды нет ни на нём, ни на мне, но это в данный момент совершенно неважно. Важно другое – всё вокруг сияет, а я – нет. Я – тёмное, пустое пятно в этом празднике цвета, и мне даже больно смотреть на яркое и блестящее вокруг, хочется зажмуриться и сбежать. Словно бы я пришла на бал, где все нарядные, одетой в свою самую худшую одежду, и сделала это совершенно не специально, просто волею случая оказалась не готова к такому повороту событий, и теперь хочется забиться куда-нибудь и там пересидеть.