Тёмные птицы - Софи Авдюхина

– Другой? Не тот, что был до сегодняшнего дня? – Слова снова вырвались сами. Ну же! Куда делась выдержка?

– Да, я слышал, что ты ужасно обошлась с ним. Я отдал тебе лучшего наставника, а его подопечный остался без…

– Но у вашего наставника не лучшие методы! – Полина задрала рукав платья и показала большой синяк.

– Некоторые уроки лучше усваиваются через боль…

– Именно поэтому я и облила его кипятком, – чуть ли не выкрикнула Водяная колдунья. – Чтобы гадкий старик усвоил урок.

Вода бежала по старым чугунным трубам, словно кровь по венам. Нагревать ее и остужать силой воли – это все, что умела Водяная колдунья. Как жаль, что в Заречье она не успела научиться большему, как жаль, что не понимала, что ей нужно торопиться. Напор воды становился сильнее, от напряжения что-то постукивало в стенах, но ей не справиться с толстыми трубами… не справиться с тем, с чем легко бы сладили Земляные маги… Воде нужен выход. Один-единственный открытый кран, и тогда… Омерзительный крик старца-наставника еще стоял эхом в ушах. Странно, Огненным не может навредить огонь, но закипевшая вода еще как может!

– Глупая девица! Но на первый раз мы прощаем тебя…

Полина снова перестала слышать громкий и резкий голос Берендея, а взгляд больше не фокусировался на его огромной фигуре. Слова про наставника воскресили в голове единственный образ – длинные светлые волосы и янтарные глаза. Они тоже могли становиться нечеловеческими, но что-то в них отличалось от звериного блеска в глазах Берендея. Что-то теплое, окутывающее с головы до ног. А ведь и Лиса могла оказаться на Темной стороне, последовав за мужем. Но она выбрала Свет, пожертвовала самым дорогим в своей жизни.

– С нами ты станешь великой колдуньей! Ты и сама увидела, какая в тебе скрыта сила.

«Да разве это сила? – спросила мысленно Полина. – Вы просто не представляете, что бы было, попадись вам не я, а Анисья Муромец. Нагревать воду в Заречье умеют любые маги. Но вместе с водой во все стороны летели бы еще и камни из этих древних стен».

– Я сделаю из тебя могущественного мага, – продолжал Берендей. – Вся дружина Ирвинга окажется просто сборищем неопытным неофитов по сравнению с тобой.

– А Велес?

– Велес? – Берендей посмотрел на колдунью, голос которой прозвучал на удивление громко.

– Изуродовавшая вашу руку.

Полина не умела читать мысли, но по изменившемуся лицу Берендея поняла, что попала прямо в какую-то незажившую рану. Это было опрометчиво. Но почему-то отсутствующий палец на левой руке предводителя клана Темных вызвал в памяти медвежий коготь, мелькавший среди других медальонов главной наставницы Заречья. И, о боги, это неожиданно сработало. Тень наползла на лицо Берендея. Он резко оттолкнул стул, стоящий за ним, так, что тот отлетел к противоположной стене. И в два прыжка он очутился перед Водяной колдуньей, так близко, что она ощутила его дыхание на лице.

– Вот видишь, девица, – начал он совсем тихо, – и Светлые способны на жестокость. Ты думаешь, это была защита? – он усмехнулся, все ближе наклоняясь к Полининому лицу. – Напасть на молодого неопытного перевертыша… Ранить рассечением и оставить истекать кровью.

Фальшивая улыбка исчезла с его лица.

– Вот как Светлые поступают с колдунами, которые отказываются им подчиняться. Твои же пальчики пока все целы. – Он взял ее руку и поднес к губам.

Полину передернуло от отвращения, когда его большая лапа коснулась ее. Ей тут же захотелось вырваться, но что-то подсказывало, что чаша терпения Берендея уже переполнена.

– Но это хорошо, что ты вспомнила про Велес. Очень хорошо… – Берендей не смотрел Полине в глаза – вместо этого он неспешно поглаживал ее кисть, внимательно рассматривая голубые ниточки вен, просвечивающие сквозь тонкую кожу. – Главные наставники обладают огромной властью. Особенно Велес. Даже Ирвинг не сравнится с ней. Расскажи-ка мне, как пробраться в Заречье? – Внезапно он сжал Полинину ладонь так, что колдунья еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

– Что…

– Я спрашиваю, как пробраться в Заречье?! Как проникнуть туда из города?

– Я не знаю! А если бы и знала…

– Нет, – снова прервал ее колдун и рассмеялся, – нет, никаких «если бы». Ты, мое глупое дитя, не знаешь, как туда попасть. И ты не знаешь, как выбраться оттуда. Потому что ты была такой же их пленницей, как и моей. Они просто преподнесли тебе это под другим соусом.

Полина наконец выдернула свою руку из рук Берендея, который нагло улыбался, демонстрируя идеально-белые острые клыки. Ей захотелось тут же что-то ответить, возразить, опровергнуть те глупости, которые он говорил. Но нужные слова не приходили в голову. Спасительная установка на спокойствие и выдержку больше не помогала. «Я должна найти, как возразить! – приказывала она себе. – Ведь объяснение тому, почему я не могла самостоятельно выбраться из Заречья, найти очень легко! Конечно же, никто не держит юных Светлых магов как пленников! Это какой-то бред». Но только отчего эти объяснения никак не приходили в голову? И разве ее кто-то спрашивал, хочет ли она отправиться в Заречье? Проходить Посвящение? Жить среди колдунов? Получается… что все произошло без ее согласия?

Казалось, напряжение в комнате достигло такого накала, что взрыв был неминуем. Но в это самое мгновение вдруг разлилась странная тишина. Словно кто-то неосторожно задел большой кубок, до краев наполненный безмолвием, и тот опрокинулся. Тишина была звенящей – не слышно даже собственных мыслей. Водяная колдунья ощутила важность этой тишины, догадалась, что такое обычно чему-то предшествует…

С лица Берендея исчез хищный оскал. Какое-то движение у окна заставило Водяную колдунью оторвать от него взгляд: за окном теперь уже на самом деле разливался неестественный слепящий свет, а затем небольшая серая птица влетела… прямо сквозь стекло.

Сделав круг по зале, птица зависла над краешком стола. В голове у Полины загудело, зазвенело, перед взором заплясали разноцветные огоньки. И уже в следующую секунду на месте птицы возник новый образ. В лучах ослепительных вспышек показалась фигура женщины: длинные жемчужные волосы, мерцающие в холодном свете; светлые струящиеся одежды; статная фигура вроде бы молодой колдуньи – все в ней было идеально, пока взгляд не добирался до самого главного: лица. Паутинка тонких морщин расходилась от глаз и сомкнутых бескровных губ, ее кожа была почти прозрачной, так что можно было разглядеть переплетение темных вен. Стоило ее длинным белым пальцам убрать прядь волос с лица, как Полина обратила внимание на ее глаза – два бездонных озера, покрытые белым плотным туманом. Эти глаза уже давно не видели света – появившаяся колдунья была слепа. Когда ее веки смыкались, можно было разглядеть еле заметные узоры на них, напоминавшие древние руны, которые Полина видела в старых книгах в библиотеке Росеника.

В присутствии незнакомки от былой спеси Берендея не осталось и следа. Полине даже показалось, что он тоже удивлен: отстранившись от Водяной колдуньи, тот нерешительно поглядывал на сияющее существо. Но кто это? Как ни старалась, Полина не могла почувствовать ни ее стихию, ни силу – но с ее появлением комната словно наполнилась невидимым эфиром, парализующим тело.