Роман с феей - Сергей Фомичев

– Нас преследуют плохие люди, – сказала Кристине Айви. – И если они застанут нас здесь, то проблемы возникнут у всех, кто окажется рядом. Зачем разрушать людям свадьбу?

Девочка вздохнула и послушно забралась в «Транспортёр».

* * *

– Пусть наш вклад невелик, – заметил Николай, когда маленький казахский городок остался позади, а в боковом зеркале возник привычный дорожный пейзаж, – но всё же как приятно иногда помочь человеку.

– Помочь? – усмехнулась Айви. – Вы, сударь, давеча высказывались в том смысле, что женитьба сродни катастрофе.

– По крайней мере мы помогли человеку шагнуть в эти бурные воды.

Они обменялись взглядами, но развивать тему не стали. А Кристина, посмотрев на Айви, вздохнула.

– Она красивая, – мечтательно произнесла девочка. – А вам бы тоже подошло свадебное платье.

– Мне? – Овда чуть покраснела.

– Вы же собираетесь когда-нибудь выходить замуж? – Кристина пожала плечами. – Все выходят замуж рано или поздно.

– Нет, – качнула головой Айви. – Феи замуж не выходят, ты разве не знала?

– Но почему? – удивилась Кристина.

– Как тебе объяснить, – задумалась овда. – У них от этого пропадает волшебство.

– Это правда, про волшебство? – повернулась девочка к Николаю.

Он посмотрел на Айви и подумал, что его ответ ей не понравится.

– Я, конечно, не эксперт, – произнёс он осторожно, – но думаю, вряд ли. Скорее всего это миф, то есть сказка, если по-простому.

Айви фыркнула, показывая отношение к компетенции спутника.

– Магическая сила якобы основана на жертве, – тем не менее продолжил Николай. – И поскольку человеческих жертв в наше время уже не приносят, то лицо, обладающее силой, должно принести в жертву… скажем так, свои чувства.

– Примерно это я имела в виду, – сердито заметила овда.

– Верно! – Николай переключился на неё. – Но мне кажется, вы утверждали, будто магический источник передаётся по наследству, от бабушки к внучке, а это значит, что когда-нибудь вам придётся заиметь внучку.

– Но ведь нельзя иметь внучку, не имея дочки, – нахмурилась Кристина.

– Верно, – кивнул Николай. – Но у феечек всё не так, как бывает у нас.

Айви скосила на них взгляд, но, заподозрив провокацию, лишь пожала плечами.

Они остановились на очередной бензоколонке, чтобы заправить машину, купить еды и почистить пёрышки. Айви занялась первым, а Николай с девочкой остальным.

– Жаль, что мы не догадались заполучить кусок свадебного торта, – заметил он, обозревая скудный ассортимент фабричных упаковок в местном магазинчике. – Я бы, кстати, и от той баранины не отказался. От казана так здорово тянуло поджаркой, что перебивало даже запах цветов.

– Жаль, – согласилась Кристина. – Жаль баранину, жаль кусок свадебного торта. Вообще жаль, что мы не остались.

Затем, встав на носочки, она прошептала ему на ухо:

– Вы обязательно должны пригласить её на свидание.

– На свидание? – Николай оглянулся. Айви всё ещё заправляла фургон. – Да мы и так всё время вместе. На свидание приглашают, когда живут в разных местах.

– Нет, – возразила девочка. – Всё должно быть красиво. Вы должны пригласить её в кино, например.

– Она не любит кино.

– Откуда вы знаете?

– Я спрашивал. Когда-то она смотрела старый чёрно-белый фильм, и тот ей не понравился. Больше она в кинотеатры не ходит.

– Знаете, что, – немного подумав, сказала девочка. – В кино приглашают вовсе не для того, чтобы смотреть фильмы.

– Возможно, в этом всё дело.

* * *

Второй казахстанский клиент мечтал купить лошадь. Но мечтал совсем не так, как некоторые мечтают о «Феррари» или «Бентли» – сидя перед телевизором на старом диване и закусывая водку квашеной капустой. Их клиент вкалывал. Разводил овец, коз, птицу, выращивал на продажу корма, сено. Лошади тоже в его хозяйстве водились – он держал небольшой табун. Вот только годились эти животные лишь для сельских работ или, к примеру, в двуколку запрячь, покататься, не больше, а он мечтал завести скаковых породистых лошадей.

Айви, заглянув в пурпурный блокнот, обо всём доложила подробно.

– Парень упорный, – сказала она под конец. – Посещает ярмарки и торги, встречается с продавцами по объявлению, ездил даже в Киргизстан и Туркменистан. И всё это за несколько последних недель.

– И всё безрезультатно?

– Выходит, что так. На хорошего жеребца у него не хватает средств. А обычного он брать не желает.

– Сколько вообще стоят лошади? – озадачился Николай. – Я ни черта в них не разбираюсь. С трудом отличу жеребца от кобылы.

– Тот, о каком парень мечтает, стоит около десяти тысяч долларов.

– Подбросим ему деньжат?

– Посмотрим по обстоятельствам. В ближайшие дни, насколько я знаю, состоится пара встреч, на которые съедутся владельцы лошадей, букмекеры, игроки, жокеи со всего Казахстана. Съезды нелегальные, проходят прямо в степи. Там идёт игра по-крупному, торговля лошадьми, скачки с большим риском. Местные власти, понятно, в курсе, но закрывают глаза. Их собственные детки с удовольствием участвуют в подобных мероприятиях. Развлекаются вроде стритрейсеров в больших городах.

– И наш парень там будет?

– У него не так много вариантов осталось. Зимой торговля затихнет. А ему не терпится приступить к делу.

На юге было не так холодно, но случались ветры и ночные заморозки, способные превратить степь в бетон. Что не останавливало любителей лошадей. Больше сотни автомобилей, многие с трейлерами для перевозки животных, автобусы, грузовики, разнообразные прицепы образовали посреди степи настоящий городок. Тот, кто устраивал мероприятие, сделал всё наилучшим образом. Позаботился даже о мусорных контейнерах, биотуалетах и точках общественного питания, а ближе к ристалищу дежурил автомобиль «Скорой помощи», экипаж которого наверняка готов был оформить пациента или даже возможный труп вне всякой связи с мероприятием. Говорили здесь на казахском, реже на русском, но встречалась и английская речь, и киргизская, и даже арабская.

По степи вокруг городка ездили джипы. Одни просто катались, другие гонялись наперегонки, в общем, развлекались, разогреваясь перед предстоящими забегами, другие занимались делом – отмечали вешками трассы будущих скачек и прочих состязаний.

– Если бы мы смогли задержаться в этом месте подольше, то увидели бы настоящий кокпар без ограничений, налагаемых при официальных соревнованиях и фестивалях.

– Что ещё за кокпар?

– Козлодрание, – пояснила Айви и покосилась на Кристину. – В мягком варианте улак делают из мешка, но в оригинале, как легко догадаться, должна быть настоящая козлиная туша. И борьба за неё будет серьёзная, так что запросто кого-нибудь отправят в травматологию, а то и куда повыше.