Танцующая для дракона - Марина Эльденберт

Еще бы, ей приходилось смотреть на меня снизу вверх, потому что я так и не села.

— Джерман — человек искусства. — При всем при этом местрель Ярлис умудрялась говорить свысока. Мне же захотелось плюнуть ей на макушку. То ли потому, что она сказала «Джерман», то ли потому, как она это сказала: понизив свою визгливую верещалку до суперпупермегаиртханского голоса, от которого драконы должны выстраиваться ровными шеренгами. — Поэтому у него… бывают перепады настроения.

Ну, с этим не поспоришь. И все-таки что-то мне подсказывало, что конструктивного диалога у нас не получится.

— Ты знала, что после этого фильма он собирается уйти из бизнеса? — Мелора приподняла свои идеальные брови и улыбнулась, можно подумать, мы были лучшими подружками и собрались за чашечкой кофе. Я же пыталась переварить новость и не выдать своей реакции отвисшей до груди челюстью. Гроу уходит?! — Так я и думала. Поэтому кроет его в два раза больше, чем обычно. В том, что касается режиссуры, он гениален, но еще он живет сиюминутными порывами. Можешь мне поверить, я достаточно его изучила.

Иртханесса поправила свое без преувеличения роскошное платье, которое на ее коленях собиралось волнами, а не складками, как у всех нормальных людей.

— Ему нужна звезда, которая сделает этот фильм. И видишь ли, Танна, это не ты. Поэтому послушай моего совета: уходи по-хорошему, пока он тебя не размазал окончательно. Потому что, когда Джерман попросит меня вернуться, тебе будет очень-очень неприятно.

Что со мной не так, если на имя Джерман у меня шерсть на загривке дыбом?

— Да ну? — Я сунула руки в карманы. — Это как сейчас тебе?

Глаза Мелоры сверкнули, а идеальный маникюр впился в сумочку с такой силой, что на ее месте я бы заорала от боли. Ноздри иртханессы дрогнули, на миг делая ее похожей на противную наблиху. Жаль, клыки из пасти не торчат в разные стороны, то-то было бы зрелище.

— Я тебя предупредила, а дальше как знаешь. Только учти, что фамилия Ладэ в этом случае вряд ли тебе поможет.

Кто бы сомневался, что мне ткнут моим происхождением.

— Ты не актриса и никогда ею не станешь.

— Честно? Ты тоже.

Мелора вскочила, в глазах полыхнул огонь. Самый что ни на есть настоящий: красненький такой, а вытянувшиеся зрачки стянулись в тонкие нити.

— Ты что себе позволяешь?!

— Не больше, чем ты. — На каблуках она была прилично выше меня, поэтому я выразительно смотрела ей в подбородок. Неохота голову задирать.

— На эту роль нужна иртханесса, — прошипела она мне в лицо, — ты не представляешь себе, что такое чувства иртханов. Не представляешь и никогда не сможешь представить, не говоря уже о том, чтобы почувствовать. Ты знаешь, что такое огонь?

Злая улыбка растеклась по ее лицу, как несвежая помада.

— Нет и никогда не узнаешь. Потому что ты человек. В тебе нет ни единой искорки, которая делает нас теми, кто мы есть. Ты никогда не почувствуешь Ильеррскую так, как я. Никогда не переживешь ее взлеты и падения. Ты — пустышка, Ладэ. Никчемность, выползающая наверх исключительно за счет того, с кем спит твоя сестра…

Я поняла, что произошло, когда ладонь уже впечаталась в местрелевскую скулу. Мелора ахнула и отступила назад, прижимая пальцы к щеке. Глядя на меня широко раскрытыми глазами.

— Ты… — прошипела она. — Ты меня ударила, тварь!

— И еще раз ударю, — сообщила я. — Если снова раскроешь свою пасть в адрес моей сестры.

— У меня съемки по контракту! — Мелора отняла пальцы от лица. — Я тебя засужу!

— Ага. — Я кивнула. — Только для начала тебя засужу я. За оскорбления.

— Думаешь, кто-то тебе поверит?!

Глаза ее полыхали так, что в коридоре раскалился воздух.

— Проверим? — спокойно встретила ее взгляд.

Внутри поднималось тихое бешенство, хотя ладонь горела и пульсировала. Оскорблять Леону не имеет права никто, даже эта высоковырожденная прицка. Пару мгновений Мелора молча смотрела мне в глаза, а потом помчалась по коридору и скрылась за поворотом, взметнув своей модной юбкой огненный торнадо.

Ну, класс.

Третий день на съемочной площадке, а я подралась с бывшей исполнительницей главной роли. Если продолжать в том же духе, завтра на месте девятнадцатого павильона будет зиять большая воронка, а в глубине, в обломках аппаратуры горкой возвышаться тела. И над ними — Гроу с флажком.

Ладно, во всем этом определенно есть плюс: я точно знаю, в какую гримерную мне сейчас нужно. Туда, куда убежала ассистентка мегеры. То есть Мелоры.

Глубоко вздохнула и шагнула за дверь.

Гримерные раньше мне доводилось видеть только на картинках, ну и еще в Мэйстонской опере, когда я оказалась за кулисами. То, что моему взору открылось сейчас, больше напоминало лабораторию по созданию образов, в которой зеркала, освещение, всякие прибамбасы для макияжа и грима расположились в художественном беспорядке. Стоило войти, и все, как по команде, повернулись ко мне. Ассистентка Мелоры выбежала за дверь, а я помахала оставшимся:

— Привет.

— Привет. — Одна из девушек, коротко стриженная, с выбритым затылком и бирюзовой бабочкой на виске, отделилась от команды молчаливого созерцания. — Значит, это не прикол.

Судя по тому, что в обморок никто падать не собирался, все были уже в курсе.

Гм…

Ну, оригинально. Получается, Гроу поставил всех в известность раньше, чем меня?

— Не будем терять время. — Она протянула мне руку. — Гелла Кархарн, руководитель гримерной команды Ильеррской, с остальными познакомишься по ходу. Садись.

— Танни Ладэ, — пожала ее руку и уточнила: — Куда?

Зеркала обтекали гримерную по дуге, стулья стояли повсюду.

— Сюда. Пока. — Она указала на центральный. — Посмотрим, что можно сделать.

— Ничего! — воскликнул мужчина, чьи волосы волнами стекали до лопаток. Сколько раз в неделю он делает им спа, я даже уточнять не хотела, потому что они блестели, как после салона красоты. В точности так же блестела его серебристая рубашка из мокрого шелка. — Гелла! Ты посмотри на эти огрызки…

Он подскочил ко мне (я даже сесть не успела) и сцапал торчащую над головой прядку.

— Бирек, не ной, — отмахнулась она.

— Что значит — не ной?! Это же кошмар! А это?!

Тонкие пальцы ухватили сиреневую прядь.

— Если ничего не получится, возьмем парик. — Гелла надавила мне на плечи, роняя в кресло и глядя на мое отражение: — Хм… Давай пока попробуем оттеночным, на это уйдет меньше времени.

В эту минуту я осознала, что сейчас мне придется расстаться с цветными прядями.

— А может, лучше парик? — спросила я.

Бирек посмотрел на меня как на сумасшедшую.