Пираты. Книга 2. Остров Паука - Игорь Пронин

— Оставьте бинокль, — попросила я, когда он подошел прощаться. — В лесу он вам не нужен.

— Вернете, когда снова поднимусь на борт! — Полковник усмехнулся, и я в очередной раз удивилась его натуре. Сумасшедший болтун, и в то же время смелый, даже отчаянный человек. — Недоверчивая вы, Кристин. Не верите в людей. Но я к этим парням пойду с куда более спокойной душой, чем во дворец какого-нибудь просвещенного монарха.

Он направился к борту, откуда уже спустили веревочную лестницу. Один из ушедших с ним негров вдруг загородил дорогу, и мешая слова всех языков, которые знал, попросил взять с собой. Тут же не выдержал кто-то из португальцев, затем другой, и наконец стали хватать оружие и мои пираты — тоже собрались идти, не спросив своего капитана, мерзавцы! Я не успела вмешаться, потому что, перекрыв крик своим басом, заговорил Устюжин.

— Тихо, братва! Мауриций знает, что делает: ведь главное, чтобы нас не боялись! Поэтому большой отряд не пойдет. Они же сразу нападут!

— Тогда мы могли бы идти сзади и прикрывать вас!

Я ушам своим не поверила: это сказал Рыжий Моррисон, мой боцман! Да, я тоже переживала о Бенёвском и тоже восторгалась его поступком. Но он — это он, а есть моя команда, черт возьми! Дело зашло слишком далеко. Я промолчала только потому, что Клод стиснул мое плечо.

— Ни в коем случае! — Бенёвский поднял руку, призывая всех слушать. — Дикари недалеко еще ушли от природы, а природа — честна. Поэтому и мы должны поступить честно. Все пришельцы из-за морей старались их обмануть. Надо показать: мы не такие! А любой отряд они заметят, ведь этот лес — их дом. Нет. Спасибо, что дали мне зеркала, бусы, ножи, это очень пригодится. Все любят подарки. Но пойдет со мной только Иван, да и то потому, что я не смог его отговорить. Мы с ним слишком близки, чтобы разлучаться сейчас. До скорой встречи!

Устюжин закинул за спину автомат и, крякнув, первым перевалился через борт. Через минуту он уже стоял на почерневшем от пороховой гари и пролитой крови песке. Спустился и Бенёвский. Медленно, с поднятыми вверх пустыми руками, оба направились к лесу. У первых деревьев они остановились, будто с кем-то разговаривая.

— Их встретили, — тихо сказал Моррисон. — Роберт, кобра у тебя? Если что-то случится, надо положить ядро прямо туда. Полковника и Ивана мы уже не спасем.

Но все прошло мирно. Постояв несколько минут, наши переговорщики очень медленно сняли оружие, оставили его в траве и скрылись в лесу. Все курильщики как по команде набили трубки и закурили. Я машинально вытащила из кармана свою — ту, что подарил Мерфи. Курить я не собиралась, просто носила ее на счастье.

— Бен! — позвала я плотника. — Надо бы и нашими делами заняться. Ты говорил, что так и не нашел смолистых деревьев.

— Идти в лес? — плотник отвел глаза. — Кристин, тогда нам всем придется идти. Маленький отряд обречен.

— Капитан! — Моррисон, как бы извиняясь за свое поведение, привстал на полусогнутых, чтобы не показаться над фальш-бортом. — Капитан, выйдет драка, и получится, что пока полковник там ведет разговоры от мире, мы затеяли войну.

Я только сплюнула: он прав! Только вот Бенёвский, возможно, уже мертв, а мы теряем время. Я приказала продолжить приборку. Несмотря на наше положение, корабль должен выглядеть как корабль, а не как задний двор борделя. Хоть немного заняв таким образом людей, я ушла к себе, поманив рукой товарищей.

Джон, едва оказавшись в моей каюте, тут же вызвался идти в лес хоть в одиночку.

— Нельзя все ставить на одну карту! Следующей ночью снова будет бой, и неизвестно, кто победит в этот раз!

— Это и без тебя всем ясно, Джонни! — Дюпон слегка умерил его пыл. — Но силой в лес никого не загнать, а если пойдем только мы, толку будет мало. Лучше давайте прикинем, что делать, если Бенёвский не вернется до вечера.

— Предложения, Клод! — я отодвинула от него бутылку, к которой француз уже потянулся. — И, кстати, ты сел прямо на пятно крови. У меня тут ночью был гость, если помнишь.

— Плевать! — отмахнулся буканьер. — Предложение у меня простое: в темноте сесть в шлюпки, отплыть подальше в море и попытать счастья севернее. Или вообще уйти за пролив, на континент. Дельфин нам поможет, особого риска нет. Я надеюсь, по крайней мере, что фигурка не только большим кораблям помогает.

— Можно обдумать, — согласилась я, мысленно послав Клода ко всем чертям. — Жаль, что ты не понимаешь, что такое для меня «Ла Навидад», но можно обдумать.

Он только развел руками. Роб молчал, поигрывая своей коброй. За него я была спокойна, он поддержит любое мое решение. Но толку от такого друга никакого, потому что решения у меня нет.

— Я тоже не хочу бросать корабль, — сказал Джон. — Без корабля мы далеко не уйдем даже с дельфином.

— На шлюпках можно установить мачты и паруса, — напомнил Дюпон. — И тогда можно рискнуть. Пушек взять, наверное, не получится — нам понадобится много припасов. Но с коброй, имеет смысл атаковать чей-нибудь корабль. Не в море, конечно, и не при свете дня, но шанс есть.

Тщетно я ждала других предложений. Да их, наверное, и не могло быть. Если с дикарями не заключить мир, то они не позволят нам произвести починку, а уйти от берега с такой дырой в днище означало утопить корабль. Можно было попытаться: подвести парус, чтобы в трюм проникало меньше воды, работать круглые сутки, вычерпывая эту воду… Но как моряк и дочь моряка я понимала: сутки не потребуются, «Ла Навидад» уйдет на дно раньше.

— Значит, уходим за пролив, — решилась я. — Воинов на берегу слишком много, чтобы все они были из здешних мест. Наверняка собрались со всего берега, из разных племен. Просто двигаясь вдоль Мадагаскара, мы рискуем опять попасть в такую же ситуацию.

Я отправила всех чем-нибудь заняться и немного всплакнула. В этой каюте я грызла ножки стола, когда резались зубы! Но все мои печали оказались преждевременными.

— Идут!!!

Вопль облетел весь корабль и возле бушприта мгновенно образовалась куча мала, каждому хотелось получше видеть. Бенёвский и Устюжин вышли из леса совершенно спокойно и больше не держали руки поднятыми.

— Ни звука всем! — я вскочила на бочонок. — Пристрелю, если хоть один закричит «Ура», пока полковник не на борту!

Да, моряки — народ суеверный. Очень важно не вспугнуть удачу в такой момент. А удачи Бенёвскому я желала ничуть не меньше других, потому что, помимо прочего, он мог дать шанс моему кораблю. Когда наши счастливцы подошли ближе, стало заметно, что оружия на них нет.

— Ну, вот мы и дома! — сказал Бенёвский, перелезая через борт, и уж тут все заорали, как бешеные.

Я тоже пожала полковнику руку — не уверена, что решилась бы вот так, без оружия, прийти к врагам с миром. Хотя сама мысль о том, что теперь у дикарей оружие есть, да еще автоматическое, немного портила мне впечатление от праздника.

— Они с радостью приняли все подарки! — рассказывал счастливый Бенёвский. — Теперь мы подружились. Я рассказал им о Либерталии. Конечно, лишь насколько позволяли наши языковые проблемы… Но они поняли многое! Им интересно, они готовы принять Республику на своей земле, а потом, я думаю, с радостью станут ее гражданами. Конечно, пока они еще слишком недоверчивы, поэтому я пообещал им еще подарков. Прежде всего их интересует оружие, любое. Что поделать, это народ воинов. Но зато они честнее торговцев, так всегда бывает!