Магия шипов - Маргарет Роджерсон

Он повернулся и вопрошающе приподнял бровь.

– Я верю, что внутри тебя есть добро, – выпалила она, – хотя ты и стараешься не показывать этого.

Его бровь взлетела еще выше.

– Так ты надеешься, что я помогу тебе разоблачить Эшкрофта?

– Да.

– Почему же?

– Потому что это – правильный поступок.

Он издал скептичный смешок, приправленный болью, словно кто-то неожиданно ударил его.

– Скажи, у тебя есть какие-то доказательства? Мотив? Эшкрофт – самый влиятельный человек во всем королевстве, и его репутация чиста, как постельное белье Королевы. Все обожают его.

– Я знаю, что он изучает «Дьявольский кодекс». Что бы он там ни искал, это бы объяснило его планы.

– Маги изучали его веками и не нашли в нем ничего стоящего. – Он покачал головой. – Ты можешь пойти со своими голословными обвинениями в Духовенство, да хоть к самой Королеве, но никто не поверит тебе. Эшкрофт объявил тебя сумасшедшей. У него есть официальный диагноз врача и сотни свидетелей из высшего общества.

Пальцы Элизабет скручивали подол платья. Натаниэль неумолимо продолжал:

– Ты поставишь свое слово, слово обесславленной библиотечной воспитанницы, против мнения самых уважаемых людей Аустермера.

– Но если ты пойдешь со мной и скажешь им всем…

– Мне нечего им сказать. Могу поклясться в твоей честности, но факт остается фактом – я не был свидетелем ни одному из событий, о которых ты мне рассказала. Все лишь решат, что я расточаю на тебя свое внимание, а после всей этой суматохи в прессе они лишь сделают вывод, что… – Он вновь почесал голову, на сей раз более яростно.

– Что?

Чародей сгримасничал.

– Один совет, Скривнер. Что бы ни делал Эшкрофт, оставь его в покое. Ты больше не нужна ему, а, значит, в безопасности. Я найду способ уладить все в Саммерсхолле, и ты сможешь вернуться домой к своему беззаботному деревенскому образу жизни.

– Нет, – Элизабет вскочила с кровати, – я не вернусь домой, пока не остановлю его!

Лицо Натаниэля ожесточилось.

– Порой люди умирают, – отрезал он, – и ты ничего не сможешь с этим поделать.

– Я спасу их.

– Ты погибнешь вместе с ними!

Ярость охватила Элизабет. Она росла в сердце, расползалась по коже и шипела у корней волос. Девушка подошла к Натаниэлю так близко, что кончики их носов почти соприкоснулись.

– По крайней мере, это лучше, чем совсем ничего не делать! – прокричала она.

На какой-то момент чародей замолчал. Они стояли и смотрели друг на друга, словно меряясь ростом. Его дыхание опаляло ее лицо. Когда он, наконец, заговорил, ему с трудом удавалось сдерживать крик.

– Ты пережила нападение, насилие, боль и осталась голодать на улице. У тебя нет никаких шансов. Если ты пойдешь по этому пути, то погибнешь. Почему ты просто не сдашься?

Она вытаращила на него глаза. Так вот что обычно делают люди – просто сдаются? Сдаются, когда в мире есть так много, за что бороться и что любить?

– Не могу, – горячо ответила Элизабет. – Я никогда не сдамся.

Натаниэль открыл рот, чтобы возразить, но промолчал. Ее взгляд упал на его губы, и этого было достаточно, чтобы все вокруг них изменилось. Ее бросило в жар от осознания того, как близко они стояли друг к другу. Глаза Натаниэля расширились, а зрачки потемнели.

Он сделал резкий шаг назад, затем повернулся и ухватился за ручку двери. Быстро придя в себя, Элизабет задержала Натаниэля прежде, чем он успел захлопнуть прямо перед носом.

– Что имел в виду Сайлас, когда сказал, что я тебе небезразлична? – вызывающе спросила она.

Волосы, упавшие на лицо Натаниэля, скрыли выражение его глаз, оставив видной лишь скулу.

– Уж ты-то должна была придумать что-нибудь получше, чем поверить демону.

Он был прав. Что бы подумала Наставница, если бы увидела Элизабет, нашедшую пристанище в доме мага и его демона? Потрясенная этим озарением, она разжала пальцы. Дверь дернулась, вырвавшись из ее хватки, но Натаниэль не захлопнул ее, как она ожидала, – та закрылась с тихим щелчком. Когда звук его шагов стих, девушка села на пол и потерла глаза костяшками пальцев. Она пыталась избавиться от призрачного образа Наставницы в сознании.

Раньше ей было так просто отличить правильные поступки от неправильных. Хранители следовали простому закону: защищать королевство от магии демонов и никогда не связываться с колдовством. Но что ей оставалось делать, когда закон обратился против нее? Не прими она помощь Сайласа, то погибла бы, и тогда любая надежда на разоблачение Эшкрофта была бы потеряна вместе с ней. Несомненно, ее долг состоял в том, чтобы восстановить справедливость любой ценой.

Сомнения мучили ее, как тошнота. Возможно, все эти мысли означали, что ей не быть хранителем. Даже если и так, Элизабет отказывалась отступать. Ей необходимо найти копию «Дьявольского кодекса», и нет лучшего места для этого, чем дом чародея.