Принцы на охоте - Вера Чиркова

Однако парусник, миновав точку пересечения своего курса с участком берега, где толпились жертвы крушения, спокойно уходил прочь.

– Да что они там, слепые все, что ли?! – взвыл старший, с отчаянием сжимая кулаки.

«Нет, не слепые. Мы давно вас видим», – раздался в его голове чужой холодный голос.

– Что? – неверяще переспросил, поднимая руку к виску, мужик.

«Мы давно вас заметили. Могли бы так не стараться разжигать свой костер», – голосом, звеневшим ледяным ядом, объявил поселившийся в голове чужак.

– Но если видите, почему… не свернули в нашу сторону?

«Зачем?» – Голос собеседника зазвенел злым презрением.

– По морским правилам, тем, кто потерпел бедствие, положено оказывать помощь, – укоризненно заявил старший, не обращая внимания на изумленные взгляды обступивших его товарищей.

«По морским правилам, капитан должен покидать тонущий корабль последним, проследив, чтобы спаслись все пассажиры! – Еще холоднее и презрительнее отчеканил голос. – А ты этого не сделал и теперь не имеешь никакого права требовать сочувствия от других. Пора испытать на своей шкуре, каково это – быть брошенным в тяжелый момент. Прощай».

По звякнувшей в голове оборванной нити капитан понял: разговор окончен. Тяжело шлепнулся на песок, невидяще уставясь на тающие вдали паруса. Не важно, как маги узнали, что в тот сумасшедший миг он забыл про двух пассажиров, помогавших в трюме залатать пробоину. Абсолютно ясно другое: даже если они сумеют отсюда спастись, ему уже больше никогда не быть капитаном. Маги этого не допустят. Он мог бросить сотню своих соотечественников, и ему никто не сказал бы и слова. Но тордизанцы, особенно маги, были под неусыпной защитой ковена, и тем, кто об этом забывал, приходилось после очень горько пожалеть.

– Мы так их и оставим? – хмуро спросил Дик, с жалостью оглядываясь на столб дыма, взвивающийся в небо отчаянным криком о помощи.

– Им ничего смертельного не грозит. Вода недалеко, рыбу ловить они умеют. Через пару дней прибудут корабли с Арбена и заберут их отсюда, – сухо объяснил Зак и, уже развернувшись в сторону столовой, горько бросил через плечо: – А вот они Гистона и Хабера бросили одних в трюме тонущего судна, хотя маги в тот момент помогали им, заращивая дыру в днище. А перед этим выложились, спасая от пиратов.

– Зак, – уже наливая сыну взвар, осторожно спросил Сейден, – а как твое чувство… ну, то… оно ничего не говорит?

– Нет. Тревога прошла. И я не знаю отчего. Или они спаслись и сейчас в безопасности, или… – Он скрипнул зубами и отвернулся.

За свою жизнь молодому магу уже приходилось терять друзей. Это было очень больно. И многократно больнее несправедливость этих потерь. Почему за неправомерные амбиции и дикие фантазии психически неуравновешенных личностей должны платить жизнями отличные люди, Зак не мог понять с самого детства. С тех самых пор, как услышал рассказ о погибшем в Агане деде.

Воспитанная отцом привычка обдумывать и просчитывать последствия своих и чужих поступков привела его к пониманию несовершенства некоторых законов ковена. Да, они предусматривали всё, чтобы защитить магов и граждан королевства. Но этого было мало. Простые жители, не постигающие мотивов действий магов, зачастую придавали им в своих пересказах и домыслах совершенно другую окраску. Более соответствующую их представлениям о сильных и всемогущих соотечественниках, но абсолютно не соответствующую действительности.

Магов уважали и боялись. А нужно было повернуть свою деятельность так, чтобы уважали и любили. Чтобы точно знали: единственные, кто по-настоящему защитит и поможет, – это не армия и не добрые господа во главе с королем, а только маги. Те столетия, что ковен провел в интригах и подполье, приучили их скрывать следы своей деятельности, отдавая славу королю и генералам. И народ честно гордился и королем, и армией.

Ну а чего они хотели? Что посеешь, то и соберешь.

– Так что, мы не будем их искать? – неверяще уставился на магов Дик.

Да нет, не может такого быть. Зак столько усилий приложил, чтобы найти совершенно чужого ему Тимку, а теперь бросит своих друзей? Нет, это точно из области фантастики.

– Что такое «фантастика»? – невозмутимо осведомился Зак.

– Это весь ваш мир. В него у нас никто не верит, а те, кто рассказывает, что другие миры существуют, называются фантастами, – иронично фыркнул Дик.

Он и сам так всегда считал. Пока не свалился с крыши высотки прямо на зеленое поле чужого мира.

– Тогда ты правильно соображаешь, – угрюмо похвалил маг. – Мы будем их искать до тех пор, пока не останется ни одного не обшаренного нами островка в этом океане или пока я не увижу их мертвыми…

Но ни на одном из многочисленных островков и скал, входящих в Берзийский архипелаг, магов не нашлось. Ну, по крайней мере, на тех, мимо которых они успели проплыть за эти сутки. Все маги ходили хмурые, и даже матросы прекратили шутить и громко переговариваться. А в так понравившееся домино играли в самой дальней каюте, постелив на стол одеяло. Пока Зак все-таки не отобрал резную коробочку, объяснив, что их азартные мысли мешают ему слушать.

Заросший густой зеленью островок едва успел показаться из-за более высокого скалистого соседа, как маг напрягся и поднял в нетерпеливом жесте руку. Сейден и Танио, до того момента тихо переговаривавшиеся неподалеку, застыли на полуслове.

Островок быстро приближался, а Зак, прикрывший глаза и хмуро вслушивавшийся в только ему слышные мысли, становился все мрачнее.

– Тан, сделай нас легкими, нужно сходить за одной вещью, – резко приказал он и, оглянувшись на Сейдена, мягче добавил: – Па, ты тут присмотришь за порядком?

– Хорошо, – коротко кивнул водник, стараясь никак не выдать своего волнения. – Дорожку вам сделать?

– Не надо, па, так пробежим. Тан?

– Готово, – отозвался Танио.

Матросы в ужасе ахнули, увидев, как старик, нанявший их на это судно, махнул рукой и прыгнул за борт. Капитан метнулся за ним, стягивая по пути сапоги, но красавчик маг, опередив его, легко спрыгнул следом.

Команда бросилась к бортам, готовясь прийти на помощь Танио и помочь спасти мага, сошедшего с ума от горя. Все же видели, как он переживает за пропавших коллег. И ошарашенно замерли, не веря своим глазам. Старик легко прыгал с волны на волну, удаляясь в сторону берега, а красавчик, балансируя руками, прыгал рядом.

– Ох, великие боги! – ахнула Миза, прибежавшая из кухни, где они пили с Анюсей взвар. – Это что ж такое?!

– Ничего особенного, – фыркнула, протиснувшись к борту, Анюся, раздосадованная перерывом в увлекательном процессе поедания изысканных ружанских сладостей. – Наверное, Зак кого-то на берегу обнаружил. Сейчас вернутся и расскажут.

– А тебя как будто даже не удивило, что твой учитель прыгает по воде, как кузнечик? – ехидно буркнул Дик, отчаянно завидуя водоходам, и дал себе слово, что теперь воздушным заклинаниям посвятит все свободное время.