Соня и ведьма - Даха Тараторина

— Что?! — мы с Дэном испугались одинаково сильно, но он, видимо, общества Кира, а я — пожизненной тюрьмы.

— О, и правда. Что это я? Соврал, — шеф коснулся груди и склонил голову, извиняясь: — Я хотел сказать, что есть большая вероятность, что мы останемся здесь навсегда из-за одного идиота, — ещё один поклон, уже лично Дэну.

Я сосредоточилась на кончиках пальцев: при приложении достаточных усилий они начинали шевелиться. Значит ещё немного, и колдовство ослабнет, а я смогу… Ну, хотя бы огреть рыжего чем-нибудь тяжёлым, чтобы неповадно было.

Лис прошёлся вдоль запечатанных ящиков, легкомысленно проводя ладонью по их бокам.

— С чего ты взял, что среди всей этой контрабанды нет оружия, с которым я мог бы на тебя напасть?

Кир даже не напрягся:

— С того, что я выследил тебя уже несколько лет как, а не сдавал лишь потому, что ты относительно безвреден. Книги, артефакты и продукты из других миров — не самые опасные товары, так что я решил тебя не трогать по старой дружбе.

— Как давно ты знал обо мне?

— Года три. Если бы сложил два и два, ты бы догадался. Но хорошо, что ты идиот.

Дэн вцепился в одну из верёвок, натянул, внимательно рассматривая.

— Тогда что мне помешает убить тебя иным способом? Например, приказать повеситься на этой самой верёвке?

— Совесть? — предположила я.

— Трупная вонь? — сделал более логичный вывод Кир.

Рыжий щёлкнул пальцами и сложил их пистолетами, указывая на догадливого коллегу.

— К тому же, — блондинчик кивнул на меня, — тебе придётся устранить свидетеля.

— Соня меня не сдаст, — отмахнулся Дэн. — Не сдашь же?!

— Ещё как сдам! — подтвердила я. Ой, или безопаснее было сказать нет?

— Тогда я просто прикажу тебе отвернуться и помалкивать.

— И ты точно уверен в том, что сделаешь это быстрее, чем я вырву твою душу? Ну давай посоревнуемся. Постарайся не наделать в свои узкие штанишки от страха.

— Если бы ты сам носил такие узкие штанишки, — фыркнул Дэн, принимая боевую стойку, — тебе, может, не пришлось бы отбивать чужих женщин. Свои бы нашлись.

— Если бы я носил такие узкие штанишки, — устало поднялся Кирилл, — меня бы вообще вряд ли интересовали женщины.

— Что сказал?!

Забыв о магии, общем прошлом и правилах поединка, они бросились друг на друга, как взбесившиеся мальчишки. Рыжий прыгнул с места, кажется, вовсе не коснувшись половиц, и налетел на соперника. Но Кир, смотрящий чуть в сторону, вовсе не заинтересованный в происходящем, успел прогнуться и подтолкнуть неприятеля, чтобы тот, пролетев над головой, закончил движение, вписавшись в стену. Дэн взвыл и, не вставая, сделал подножку. Завалились оба. Покатились, колошматя кулаками куда придётся.

Засмотревшись, я и не заметила, что снова могу двигаться. Эх, была бы дверь, — оставила бы обоих дураков наслаждаться мордобоем, а сама тихонько сбежала. Но действовать пришлось иначе. Я прокашлялась и громко заявила:

— Моды вообще не существует!

Мужчины так удивились неожиданному переходу, что занесённые кулаки так и замерли в воздухе. А я, воодушевлённая произведённым эффектом, продолжила:

— Моду придумали мужчины, чтобы безнаказанно тырить женские шмотки. Сразу это делать было бы неудобно, а так есть вполне невинное оправдание извращенской шалости. Так что, по сути, узкие джинсы — это атрибут женского шкафа.

Они старательно сдерживались ещё секунд десять. Но не выдержали и расхохотались одновременно.

— Ты это вообще к чему? — икая, спросил Кир.

— И ничего они и не женские! — поправил джинсы Дэн, пытаясь одновременно осмотреть себя с разных сторон и сделать неутешительные выводы.

«Вообще-то, — осторожно начала Нели, сама с трудом сдерживая смех, — мы могли бы их заморозить или превратить в лягушек. Но твой способ мне нравится больше».

— Вообще-то, — шёпотом ответила я ей, — я попросту забыла, что их можно ещё и заколдовать. Но в следующий раз пусть всё-таки будут лягушки.

Кир блефовал: нам не грозила вечность в обществе друг друга, точно так же как ему или Дэну не грозила смертельная опасность. Эти странные, слишком давно знакомые и слишком тесно связанные мужчины пережили вместе столько, что ни драка, ни нарушение закона уже не могли повлиять на их отношения. В течение следующих часов они, отыскав в недрах склада карточную колоду, успели разыграть четыре партии в дурака и восемь в двадцать одно, трижды предложить мне игру на раздевание и ещё один раз попытаться разукрасить друг друга синяками. Мне же оставалось делать вид, что ужасно разочарована их поведением и игнорировать внезапно разразившееся веселье. Я нарушила молчанье лишь однажды, когда эти гении едва не устроили скандал из-за забытого правила первого непереводимого кона. Пришлось отобрать всю колоду, как у нерадивых детишек, дабы избежать шума.

Уже через час портал открылся снова. Лина, ругаясь на чём свет стоит, командовала Вадей и Семёном. Первый держал дверь между мирами, второй — хэнд-орса, вопящую, что снова в тюрьму она не сядет и вообще не понимает, о каком складе идёт речь. Несмотря на жадное желание Нели поучаствовать в скандале, я вынужденно удалилась и оставила коллег самих разруливать ситуацию. Чувствуя себя абсолютно больной, продрогшей и разбитой, преодолевая боль в затёкших мышцах, я выскочила на улицу и поспешила на остановку. К дьяволу этих колдунов с их извращённым понимаем отношений! Дома есть горячий чай, огромная банка с малиновым вареньем и олдскульный «Доктор Кто». Если это не лучше любовного треугольника, то я уже и не знаю, что.

Запястья ломило так, что предложение Нели отрезать всё ниже локтя уже не казалось таким бредовым. Если бы не ведьма, я вряд ли добралась бы до дома. Она подбадривала, будила, когда я отключалась под мерное постукивание троллейбуса, делала инъекции магии, работающие получше кофеина и антибиотиков вместе взятых. Тем не менее, мы обе не слишком хорошо понимали, как оказались в квартире. Всё-таки холодный дождь и мокрая одежда способны свалить с ног самую сильную ведьму.

«И ничего я не свалилась! — мысленно шмыгнула носом она. — Это всё твоё смертное слабое тело! Нас не может одолеть обычная простуда!»

— Почему же обычная? — я потянулась к пачке бумажных платков на тумбочке, но силы закончились на середине пути. Пришлось махнуть рукой и утереть нос рукавом. — Это Великая Осенняя Простуда! Она кого хочешь свалит. Хоть ведьму, хоть колдуна. Подожди, вот температура поднимется, вот тогда-то наступит веселье!

Мы насторожились, когда в дверь настойчиво постучали, но подниматься не стали. Через минуту стук повторился и уже не замолкал.

— Нели, а ты не могла бы?…

«Ну уж нет. Управляй свей сопливой тушкой сама».

Тоже мне, одержимость! Злобному духу добровольно передают контроль, а она отказывается…