Призраки Марта - Татьяна Солодкова

– Разумеется.

Что-то подсказывало ему, что, откажись он платить, она сама спокойно выложила бы Кардиану нужную сумму, лишь бы не тратить время на пустые разговоры.

Однако его ответ ее устроил. Алые губы довольно и сыто улыбнулись, после чего их обладательница скрылась за дверью. По коридору пронесся звук быстрых шагов.

Сонный Кардиан заговорщически усмехнулся, отсчитывая сдачу.

Мартин приподнял бровь.

– Что, повезло тебе сегодня? – озвучил свои мысли трактирщик, все еще лукаво улыбаясь.

Март неопределенно дернул плечом.

– Знаешь ее? – спросил серьезно.

Кардиан спрятал монеты в необъятный карман своего фартука, пожал плечами.

– Охотница. Шастает по стране, берет заказы. У нас объявляется стабильно раз в год. Зайдет, высмотрит, кто ей приглянется. Счастливчики потом еще месяц хвастают, как им повезло и какая она горячая штучка.

– Я не буду, – заверил Март.

Трактирщик разочарованно вздохнул.

– Через пару деньков свалит, только ее и видели. Так что если рассчитываешь на продолжение, то забудь. Бешеная баба, – и снова ухмылка, на этот раз мечтательная.

Мартину даже показалось, что тот ждет, что его спросят, проверил ли и он на себе «горячность» Ханны.

Уточнять Март не стал.

– До встречи, – хлопнул ладонью по стойке и направился к двери.

До рассвета оставалось еще около часа.

Она не уехала. Стояла возле коновязи, подтягивала подпруги и будто бы больше никуда не спешила.

Мартин тоже подошел к заскучавшему Мраку, отвязал.

– Отличный конь, – бросила женщина.

У нее самой была светло-серая в яблоках кобыла, шкура которой отливала серебром в тусклом свете фонарей. Март подумал, что стоит лошади такой расцветки приделать рога или бумажные крылья, и можно смело пугать ночами суеверных; усмехнулся.

Ханна заметила.

– Что смешного? – прищурилась, вглядываясь в его лицо.

– Да так, фантазии.

Та ухмыльнулась, очевидно решив, что фантазии были на ее счет, и молнией взлетела в седло.

– Поехали, что ли, красавчик?

Мартин не заставил себя долго ждать.

Спрашивать, по пути ли им, было бессмысленно. Отсюда вело две дороги: к центру города или к Южным воротам. И если никто из них не собирался покидать столицу этой ночью, то выбор оставался небольшой.

– Ты недавно здесь, да? – спросила Ханна.

Они не спеша ехали рядом вдоль темной улицы. Город еще спал.

Мартин повернул голову. Женщина расслабленно держала поводья, однако положение ее тела и рук ясно говорило о том, что эта расслабленность обманчива: если будет нужно, наездница среагирует мгновенно.

– Некоторое время, – уклончиво ответил Март.

Не то чтобы это было тайной, но он не стремился делиться информацией о себе с женщиной, которая предпочитала внезапно появляться и так же внезапно исчезать, оставляя за собой дымку тайны. Ханна сама ясно дала понять, что ей нужно развлечение на ночь – не более.

– Дерьмовый город, – бросила спутница.

С этим утверждением поспорить было нельзя, поэтому Мартин промолчал.

То, как женщина вошла в трактир, подсела к нему, как вела себя в комнате и как покинула ее – было искренне и естественно. А вот то, что она вдруг не уехала, хотя еще за несколько минут до этого заявила, что не любит терять время, выглядело подозрительно и не располагало к доверительным беседам.

– У тебя очень сильный магический потенциал. – Ханна вновь заговорила первой, поняв, что он не собирается ничего отвечать. – Странно, что гильдийцы тебя не захомутали в первый же день.

Они старались, особенно начитавшись рекомендательных писем от Ризаля. Однако данные о наследстве и о том, что вновь прибывший в столицу не нуждается в деньгах, поубавили их пыл. В итоге разошлись миром: Марту лишь сказали, что он всегда может рассчитывать на место в здешней гильдии – он вежливо пообещал им иметь в виду.

Ответил сдержанно:

– Не сошлись в цене. – Ханна громко хмыкнула, демонстрируя, что в курсе расценок столичной Гильдии магов. – А что, хочешь предложить работу?

На этот раз она рассмеялась.

– Не льсти себе. Я одиночка. Просто стало интересно, положил ли уже Шкипер на тебя глаз или нет. Он любит таланты.

Март придержал коня и направил его наперерез серебристой кобылке.

– Шкипер?

– Так, значит, нет? Ну надо же! Стареет…

Вот теперь Мартин был не прочь продолжить беседу. Если Шкипер – тот, о ком он подумал…

Не успел.

Их разговор прервал грохот и звон бьющихся стекол, а затем из одного из окон второго этажа домика, расположенного около дороги, прямо на мостовую выпал человек.

Мрак шарахнулся в сторону. Лошадка Ханны встала на дыбы, испуганно заржав.

А тем временем вслед за выпавшим из разбитого окна вынырнула темная тень и накинулась на свою жертву, впившись призрачными клыками в горло.

– Белый. – Спутница Марта презрительно сморщила нос. – Поехали отсюда.

Выпавший на дорогу действительно был белым. А где-то на втором этаже тускло светилась слабая темная аура. Март знал, что в отличие от Прибрежья в столице черных магов не отпускали на задания без присмотра – за ними повсюду таскались белые, для контроля; поэтому не удивился.

Не удивился Мартин и тому, что после такого грохота улица осталась мертвенно пустой. В соседнем доме шелохнулись шторы, но никто так и не вышел, решив, что своя шкура ценнее.

– Эй, ты что делаешь?! – ахнула Ханна, когда он спрыгнул с коня. – Это же белый! Ты идиот?!

Возможно.

Возможно, Март был идиотом, отпустив из поля зрения женщину, знавшую что-то о подполье черных, о котором он так долго и безуспешно пытался что-либо выведать. Но уехать и сделать вид, что ничего не видел, Мартин тоже не мог.

– Придурок! – донеслось вдогонку.

Не обернулся.

Призрак был сильным, нажравшимся чужой энергии и злым. Он рвал на части белого мага, априори не способного противостоять нежити, разбрызгивая вокруг бурые капли крови. Маг хрипел и безуспешно пытался сбросить его с себя, но только терял силы и кровь.

Судя по слабой темной энергии, оставшейся на втором этаже, черному магу из этого тандема уже досталось.

Март подлетел и недолго думая дернул призрачную сущность на себя. Это тоже было особенностью темных магов – только они могли коснуться неосязаемого для других сгустка мертвой энергии.

Сущность издала утробное рычание и на мгновение выпустила клыки из своей жертвы; развернулась к неожиданной помехе.