Залес. Противостояние - Салли Эверс

Закончив с платьем, девушка побыстрее нацепила украшения, легко расставшись с подарком лорда, чтобы заменить его на серебряное кольцо. Волосы, вопреки правилам, Наяда оставила распущенными. Обернувшись, девушка посмотрелась в зеркало, обескураживающе улыбаясь своему отражению.

Она никогда не видела себя такой красивой. Подол платья вокруг ее ног создавал впечатление, будто девушка состоит из воды и воздуха. Когда она двигалась, камни, украшающие платье, переливались и блестели.

Наяда повела плечом, заставляя ткань двигаться и провела рукой по туго затянутому корсажу, нащупывая россыпь камней. Словно девочка, сон которой стал явью, она закружилась. Завтра она обязательно упросит Мардара оставить это платье себе, Наяда не представляла, сколько оно могло стоить, но расставаться с ним не желала.

Она посмотрела на кольцо, ясно намекающее, кому она принадлежит. Дитя луны и ветра, так называл ее Мардар, в шутку обращаясь к ней «ваше величество». Сапфир, застывший в форме капли, напоминал девушке о пролитых слезах.

Наяда подняла голову, чтобы еще раз взглянуть в зеркало. Улыбка на ее лице застыла, медленно сменяясь оскалом. На туалетном столике девушка нащупала платок и быстро вытерла тонкую струйку крови, вытекающую из глаза вместо слезы, стараясь не размазать кровь еще сильнее.

В последний раз кровь носом у нее шла, когда голоса пытались поговорить с ней, тогда девушка ощущала внутреннюю борьбу, свою силу, подавляющую голоса. Однажды слезы превратились в кровь, когда ее сердце сжималось от боли по леди Эванлин, в тот ужасный момент, девушка просто не обратила на это внимания. В оба раза она не обратила особого внимания на склонность своего организма.

Сейчас время будто замерло, вокруг все стихло, Наяда не слышала веселую музыку с первого этажа, смех Знатных. Она встряхнула головой, отгоняя плохое предчувствие и направилась к выходу, Мардар, наверняка, заждался ее.

Дверь пришлось открыть нараспашку, чтобы протиснуть в проем пышное облако платья. Переступив порог, девушка замерла на мгновение. Предчувствие ни только не отступило, но усилилось, тишина в коридоре стала щемящей черной бездной, медленно поглощающей девушку в себя.

Наяда гордо задрала подбородок, она никогда не бежит от опасности и в этот раз не станет. Если это лишь плод ее разыгравшегося воображения, то она быстро пересечет длинный коридор и юркнет в покои Мардара, в безмятежную безопасность.

Если же опасность не надуманная, то она закричит, и кто-нибудь из солдат ее обязательно услышит. Девушка расправила складки на юбке и двинулась по коридору медленнее обычно, стараясь вглядываться в полутьму.

В такой день в поместье мог проникнуть безобидный воришка, которого уловил недремлющий инстинкт девушки, или вор посерьезней и опасней. Однако любой вор все равно остается вором, он не так опасен, как злейшие враги.

Наяда остановилась посерди коридора, с шумом выпустив воздух из легких. Ее ноги приросли к полу, что-то не отпускало ее идти дальше, но она упорно смотрела себе под ноги, не желая поднимать головы.

— Молодец, — зашелестел голос из темноты. — Чувствуешь.

Наяда никогда раньше не слышала шипение змеи, но готова была поклясться, что именно так оно и звучит. Она сжала руки в кулаки, расправила плечи. Солдаты ей не помогут.

Первыми показались молнии, Наяда подалась назад, вспоминая на что они способны, следом из мрака вышел Хеуд.

— Удивительно развитый инстинкт, обоняние и слух. Люди тренируются годами, чтобы так уметь. — Знатный засмеялся, приближаясь к девушке. — О, и конечно же, поразительная способность не уставать в бою, насколько я знаю, ты даже не потеешь, верно?

Пока было куда отступать, девушка усиленно искала в голове решение. Если Хеуд пришел, чтобы убить ее, он может убить и Мардара, если тот кинется спасать служанку.

Наяда уперлась в стену лопатками и затылком, с ужасом осознавая, что не закричит, не позовет на помощь, даже если Хеуд живьем начнет сдирать с нее шкуру. Единственное, чем она могла отблагодарить господина за доброту, не подставлять его под удар Знатного.

— Жизнь в поместье пошла тебе на пользу, — Хеуд подцепил двумя пальцами шелковистый локон, перекручивая его.

Наяда старалась отодвинуться от молний как можно дальше, задирая голову. Память о боли была слишком свежа.

— Возможно, пока ты не понимаешь, на что способна. Да ты и не должна понять, — зашептал Хеуд ей в лицо. Молнии на его руках перескакивали с пальца на палец, и в любой момент могли перекинуться на девушку.

— Что тебе нужно? — Сквозь зубы прошипела Наяда.

— Многое, — Хеуд пожал плечами, давясь смехом. — Вопрос в том, что ты можешь мне дать.

— Держу пари, ты помнишь, — усмехнулась девушка и посмотрела на лицо Знатного, на то место, где должен быть шрам над бровью.

— Мои раны быстро зажили, а твои?

Рука Хеуда нащупала в темноте горло девушки, его пальцы сжались, сдавливая нежную кожу. Наяда молилась, только бы он не оставил синяков, которые обязательно увидит Мардар, если она выживет. Если. Она не знала, для чего Хеуд пользуясь своим положением, пришел в коридор, ведь его отсутствие непременно заметят. А когда найдут труп в удивительно красивом платье, подозрение сразу же падет на него. Став любимицей младшего господина, Наяда заимела некую неприкосновенность. Теперь убить ее просто так не могли.

Он не убьет меня, эта мысль не вызвала облегчения.

Молнии с рук Хеуда поползли по ее шее и груди, стали спускаться ниже, но не жалили, не проникали под кожу, норовя уничтожить. Напротив, они ползли по ней змейками, лаская, будто пытались убаюкать.

— Сила не всегда бывает губительна, Наяда.

— И это говоришь мне ты! — Выплюнула девушка, перехватывая руку Хеуда. — Уберись от меня!

Хватка на горле стала сильнее, заставляя девушку задыхаться. Ей безумно не хотелось портить платье, но ситуация вынуждала ее пожертвовать подарком господина. Она оперлась о стену, надеясь, что подол платья не помешает ей хорошенько лягнуть Знатного.

Хеуд хорошенько встряхнул девушку, молнии угрожающе замерли, готовые ужалить.

— Не вздумай, девчонка. Я уверен, если постараешься, то сможешь обойтись без рук или ног.

Наяда не поняла пространственный намек. Привычка Хеуда говорить загадками стала раздражать с новой силой. Она повернула голову, чтобы увидеть двери, ведущие в покои господина.

Только не выходи, взмолилась девушка. Не выходи поискать меня.

Она беспомощно застонала, закрывая глаза, какими бы не были планы Хеуда, отпускать ее он не торопился. Одна из молний ужалила ее за запястье, и Наяда вскрикнула, зажмуриваясь. Неужели ей снова придется пережить эту пытку, чувствовать замедляющееся биение собственного сердца, ощущать разряды молний в теле и беспомощно терпеть.

Вместо боли она почувствовала вкус табака и спиртного. Отвратительно сочетание, передавшееся ей от отвратительного человека через поцелуй. Секундной заминки Знатному хватило, чтобы впиться в губы девушки.