Принцип войны. Том 2 - Валерий Гуминский

— Секрета-то, молодой человек, каким образом я появился в этой провинциальной глуши (ничего себе, нашел глушь уважаемый архат!), не держу. Ко мне обратились Окуневы, чья дочь сейчас находится под бдительным присмотром моих мальчиков. Они — родители, конечно же, а не мальчики — были обеспокоены резким отъездом Анастасии Николаевны и очень переживали за последний разговор. Мягко говоря, повздорила ваша невеста с батюшкой и братьями нешуточно. Ну, с кем не бывает. Молодость всегда супротив опыта пытается действовать. Ей не нужно брюзжание стариков… Н-да, прошло несколько месяцев, вот Николай Макарович и вышел на меня. Помоги, дескать…

— И вы сразу же согласились? — усмехнулся я, отпивая из бокала вино. Есть совершенно не хотелось, хотя к чести Герасима Лукича, он заказал неплохой обед. Четыре часа назад самолет из Лондона приземлился в Женеве, и такси привезло меня сюда, на встречу с архатом Чистяковым. С большим трудом удалось уговорить Миру и Лору не дурить и возвращаться в Испанию сразу же, не покидая аэропорт. Обойдусь без них. Не хватало на своем горбу таскать проблему в виде четырех баб. Двух бы спасти… Главное, сейчас меня ничто не тяготит и не связывает по рукам.

— Нет, не сразу, — покачал головой архат. — Маг моего уровня не имеет права просто так уезжать за границу. Пришлось самому идти на поклон к Матвею Александровичу.

— К Елизарову? — уточнил я.

— Так он единственный, кто может влиять на решения императора, — Чистяков кинул в рот небольшой кусочек мяса, тщательно прожевал. — И мнение такого человека равносильно слову сюзерена.

— В таком случае мне нужно вас поблагодарить? — я посмотрел на архата. — Только не укладывается в вашу доброту удерживание девушек в неизвестном мне месте. Знаете, напрягает…

— Я дал слово дворянина, что с ними ничего не случится, — как будто обиделся Чистяков, но глаза оставались безжизненно-холодными. — Когда я взял за жабры этого живчика Мейера, возникло много интересных вопросов, на которые ответить можете только вы, Колояр.

— В самом деле? — я излишне резко царапнул по фарфору ножом; от неприятного скрипа свело скулы. — Никоим образом не связан с этим… Мейером, так? Ага. Чем я могу быть полезен?

— Даже не представляете, Колояр, насколько, — улыбнулся Чистяков, как будто видя меня насквозь, и откинулся на спинку стула. — Я за вами наблюдаю с того момента, когда вы появились в Москве. Знал о том, что Окуневым не понравилось решение императора и его советника Елизарова выдать замуж Анастасию за Первородного, пусть и не самого известного в аристократических круга. И о вашей дуэли с Лицыным, и нарочитом благородстве, оставив его в живых.

— Нарочитом? — я удивленно приподнял брови.

— А как же, — спокойно кивнул архат. — Могли бы спокойно убить бретера и освободить столицу от занозы. Многим он надоел своими выходками.

— Не хотел конфликтовать с родом Голицыных.

— Никто бы вам и слова не сказал против, — возразил Чистяков. — Бастард умудрился разозлить своего папашу, главу Рода… Не стоит удивляться, если бретер однажды снова появится на вашем пути… Или за спиной.

— Черт с ним, — равнодушно пожимаю плечами. — Раз вы обо мне знаете столько интересного, может, перейдете уже к делу?

— Хорошо, — с какими-то странными интонациями откликнулся архат. — Вам знаком некий Прохоров Артем Васильевич?

Сердце невольно трепыхнулось. А чего ты ожидал, Колояр? Выйдя из тени забвения, поневоле засветишься. Вот и защемили твой хвост. Пока только кончик. Но такие люди как этот благообразный коротышка-маг с розовыми щечками рано или поздно доберутся до сути происходящего.

— Ну, почему же «некий»? — улыбнулся я. — Он мой поверенный в деликатных делах. Наше сотрудничество весьма давнее. Оказывается, господин Прохоров хорошо знал моего отца, поэтому был связан с ним узами дружбы, долга и еще кое-каких обязательств. Он помог мне в переговорах с князем Демидовым разорвать вассальный договор, за что я ему благодарен.

— А вы знаете его прошлое? — архат слушал очень внимательно. Создалось впечатление, что ему известно про меня-Прохорова почти все, а сейчас старается подловить на ключевых моментах.

— Господин Прохоров не жил в России, как и его родители. Выполнял деликатные поручения….

— Можете не стараться, Колояр. Если Прохоров и существует, только не в том качестве, в каком его представляете, — победно улыбнулся Чистяков. — Спецслужбы имперской разведки проверили личность Артема Васильевича и убедительно доказали о его отсутствии. Не было такого человека в русской зарубежной агентуре. Ладно, ладно, не закипайте, юноша. Мне плевать, кто исполняет роль вашего ловкого помощника. Но, раз уж он засветился в некоторых моментах, Магическая Палата показала стойку. Когда появилась возможность встретиться с вашей очаровательной невестой, я решил с оказией поговорить и с вами, Колояр.

— Прохоров что-то натворил?

— Как сказать, — по-старчески закряхтел Чистяков и засунул руку под отворот пиджака. Вытащив оттуда небольшой, размером, примерно, со среднюю фотографию, пухлый конверт, он положил его на край стола. Потом пальцем пододвинул ко мне. — Полюбопытствуйте. Крайне интересно узнать ваше мнение.

Я вытащил из конверта фотографии и медленно, тщательно вглядываясь в них, стал рассматривать, с величайшим трудом сдерживая эмоции. На них был запечатлен момент похищения Соболевского неизвестными лицами, которых я потом уничтожил; а также я сам в личине Прохорова. Некоторые детали были специально увеличены, особенно те, когда применялись техники «солнечного доспеха». М-да, хреново. Мое лицо, правда, размазано, крупное зерно не дает возможности идентифицировать его с точностью до миллиметра с определенным человеком. Но какой смысл отпираться, если на след Артема встали маги?

— Обратили внимание на правую руку? — Чистяков излучал добродушие. — Не правда ли, перстеньки очень похожи формой на те, что носите вы? Согласен, мутный снимок, но совпадение удивительное.

— На что намекаете, господин архат? — я перетасовал фотографии как игральные карты и небрежно отбросил их.

— Ни на что, — мой собеседник поднял руку, и когда подошел официант, заказал десерт. Потом продолжил: — Если думаете, что Магическая Палата работает топорно и грязно — вынужден вас разочаровать. Идентификацию перстней проводили наилучшие специалисты нашего ведомства. А они очень и очень похожи на ваши. Два из них — точно.

Я поправил все четыре перстня на пальцах, полюбовался искорками на гранях драгоценных камней, и спросил:

— Вывод?

— Скорее, мои догадки и допущения, — Чистяков сложил руки на брюшке и профессионально врезал: — Господин Прохоров и вы — одно лицо. Не знаю, каким образом вам удается менять внешность без магических способностей, но исходя из жизненного опыта подозреваю, что дело в перстнях. Да я и отсюда ощущаю магические токи и завихрения вокруг ваших артефактов…

— Добивайте, Герасим Лукич.

— «Солнечный доспех»? — кивнул на мою руку, держащую бокал, поинтересовался Чистяков.