Ну, возьми меня! - Кристина Юраш

Красавица обернулась. И ректор испустил душераздирающий вопль! На него смотрело недоразумение. Только на этот раз без горошка!

Мортифер кричал, как в последний раз, но в глубине души надеялся, что ему померещилось. Он еще раз на всякий случай вгляделся в черты, которые «сплывались» в знакомое до ужаса лицо.

«Может, просто похожа?», - пронеслась в голове Мортифера спасительная мысль.

Все это произошло за доли секунды. И, пожалуй, именно это спасло ректору возможность писять стоя!

Рука резко  разжалась, отпуская тлеющие штаны на подлете к трагедии.

- Ну, возьмите меня!!! – взмолился горошек.

- Ааааааааа! – душераздирающий крик Мортифера. Он заорал, как в последний раз, и  бросился бежать, пытаясь потушить пожар страсти. Но самое страшное, что магический огонь не гасился обычными заклинаниями!

- Простите, пожалуйста! Я думала, что вы – маньяк!!! – кричал голос за спиной Мортифера, который решил зажигать этот вечер по полной.

Он распахнул первую попавшуюся дверь игральной комнаты. Господа, сидевшие за игральным столом, резко обернулись.

Ректор в отчаянии выхватил бокал из рук роскошной обескураженной красавицы и плеснул себе на штаны.

- Вы что себе позволяете! – вступился за даму кавалер, бросая на стол черные карты.

Морфтифер схватил первую попавшуюся бутылку со стола, поливая себе штаны. Господа шумели и возмущались. А один из них украдкой подсмотрел карты соседа.

Огонь не собирался гаснуть!

- Постойте! Я подую! – крикнул голос за его спиной, но ректор уже вылетал пулей в коридор. Он столкнулся с официантом, который нес хрустальные бокалы и две открытые бутылки! Бутылки и бокалы со звоном упали на пол, слетев с подноса.

- Постойте! – кричало недоразумение. – Не бойтесь! Я сейчас вам помогу!

***

Мне было так стыдно, что я едва не упала в обморок. Надо же! Перепутать серьезного человека, от которого зависит мое будущее с маньяком!

Я всячески пыталась извиниться и потушить огонь! Когда-то я его изобрела сама, объединив сразу несколько заклинаний. Поэтому мои свечки горели долго- долго! И никакие сквозняки и капающие крыши им были не страшны! Зато если ты близко дунешь на огонек, то он тут же погаснет!

- Постойте! – кричала я, видя, как ректор пытается заклинанием затушить штаны, а потом выливает на себя бутылку с вином! – Я потушу! Не переживайте! Не делайте резких движений! От них огонь разгорается еще быстрее!

Но ректор уже выбежал в зал, хватая со столика графин с водой. «Умираю! Кто подаст мне стакан воды, тому и оставлю все состояние!», - шептала разодетая старуха, пока родственники дрались за графин.

Но победил ректор, поливая себе живот.

- Не бегите быстро! – умоляла я ректора, который шарахался от меня, словно ошпаренный. – Он так еще сильнее горит!

Перевернутый столик валялся в проходе. Дама в розовом платье с ужасом смотрела на жирное пятно на подоле. Господин с вилкой, на которой был наколот огурчик, стоял и просто моргал.

- Осторожнее! – визжали гости. А я поняла, что мы выбежали во второй зал, ибо здесь не было штор. – Мое платье!

Официанты бежали следом за нами. Я чувствовала, как выбиваюсь из сил. Один из официантов поскользнулся на огромном куске жареного мяса,сделал взмах руками и уцепился за первое, что попало под руку. Это была юбка одной чопорной мадам. Та завизжала. Юбка треснула и обнажила алое и очень бесстыжее белье.

- Ого! – послышались одобрительные крики.

- Вы мне ответите за оскорбление! – кричал густой бас.

- Вы опрокинули на меня суп! – визжал козлотон.

Хрустели тарелки, звенели вилки, с грохотом падали столы. Ректор выпустил из рук пустой графин, и графин разбился вдребезги под ногами у посетителей.

- Да что вы, в самом деле! Прекратите! Немедленно! – орал какой-то мужик очень в приказном тоне. – Я отказываюсь платить за ужин!

- Постойте! Просто постойте смирно! – пыталась перекричать я гомон толпы. Но стоило мне крикнуть, как ректор тут же начинал бежать. А я никак не могла его догнать, перепрыгивая через битую посуду и  растоптанную еду, разбросанную по полу.

***

Чудовище смотрело на остатки пиршества и улыбалось. Осмотревшись по сторонам и прислушавшись, он осторожно потянул чужой пустой бокал. На бокале был отпечаток нежной перламутровой помады. И чудовище осторожно прижало его к своей щеке, прикрыв глаза. А потом опомнился и вернул бокал на место.

Он тысячу раз слышал жалобные и однообразные рассказы несчастных сироток, которые приходили разучиться дышать в старинное поместье. И мог с точностью гадалки предсказать дальнейшее развитие сюжета. Но не с ней....

- Как же я не хочу, чтобы она поступила… - прошептало чудовище, глядя на свою разворошенную еду. – И как я хочу, чтобы она поступила. Каждый день в моем доме – это опасность…  Потому что я – настоящее чудовище…

- Там такое происходит! – послышался голос. Кто-то пробежал мимо штор и всколыхнул их.