Собственность Альфы - Екатерина Вострова

— У вас есть повестка? Ордер? На каком основании вы собираетесь допрашивать ее? — не сдавался Георг.

— Господин Ибусов, — холодно заметил Риарио. — Я не собираюсь ее допрашивать. Всего лишь хочу обсудить то, что она рассказала полиции. Но у меня с собой есть повестка.

Он вытащил из кармана согнутый пополам лист и, развернув, показал оборотню.

— Вызов в качестве подозреваемого? — по голосу Георга нельзя было сказать, волнуется он или нет. Тон был сухим и холодным.

— Подозреваемого? Оу… — Роберто изобразил виноватое выражение лица. — Нет, значит, не та. Вот еще одна, для свидетелей. На которой не проставлено имя, как видите, но я могу вписать. Но, думаю, Данииле будет куда удобнее побеседовать в привычной ей обстановке. Вы согласны со мной?

— А адвокат мне не положен? — даже зная, что я не совершала ничего предосудительно, оставаться один на один со службистом не хотелось.

— По делам, находящимся в ведении службы безопасности, присутствие защитника республикой не гарантируется, — оскалился Роберто.

Судя по всему, вариантов у меня было не много. И как бы ни относилась я к Ибусову, но сейчас была бы рада даже его помощи. Но нет.

Тот лишь пожал плечами и кивнул в сторону кабинета председателя.

— Не болтай лишнего, — шепнул он мне напоследок.

Вот тебе и напутствие.

«А то я хотела сейчас всю свою жизненную историю рассказать этому Роберто», — ехидно подумала я.

Зайдя в кабинет, мужчина закрыл дверь и великодушно махнул рукой в сторону письменного стола:

— Присаживайтесь.

Нестерпимо хотелось сказать ему что-нибудь едкое, про то, что нечего распоряжаться тут как у себя дома. Но я отчаянно сжала челюсти, не давая волю эмоциям.

— У вас зубы болят? У вас с лицом что-то странное, — с деланной любезностью уточнил службист, садясь меж тем на кресло для посетителей.

Он явно чувствовал себя увереннее, чем я на месте председателя совета компании через стол от него. И, кажется, прекрасно понимал, какие чувства при этом вызывал, и от души наслаждался этим.

— Да, знаете ли, что-то разнылись с утра, — я постаралась натянуть улыбку.

— Не переживайте, наш разговор не займет много времени, — он расстегнул пуговицу пиджака, вытаскивая из внутреннего кармана документы.

На руке блеснул ремешок наручных часов. Я узнала марку — такие стоили целое состояние.

Проследив за направлением моего взгляда, мужчина неожиданно спросил:

— Скажите, Даниила, вы знаете, чем отличаются дешевые часы от брендовых?

Не знаю, какие зарплаты и премии получают такие, как он, но, если учесть, что даже у Азара таких я не видела, свои Риарио вряд ли смог бы купить на честно заработанное.

— Ничем, — пожала плечами, — они оба показывают одно и тоже время.

— Неверно. Вторые еще напоминают, как дорого это время.

Мужчина выразительно поднял брови, словно хотел мне на что-то намекнуть.

— Тогда, может быть, быстрее начнем — быстрее закончим? — не выдержала я. — О чем вы хотели поговорить со мной, господин Риарио?

— Капитан Риарио.

— О чем вы хотели поговорить со мной, капитан Риарио? — с нажимом повторила я. — Мне нечего добавить, кроме уже сказанного полицейским.

— Авария меня мало интересует, — он закинул ногу на ногу. — Лучше расскажите о вашем несостоявшемся женихе. Он долгое время отказывался от идеи взять себе невесту из людей. А затем вдруг выбрал вас. Быть может, он говорил вам, что его побудило на это?

— Я не знаю.

— Не знаете? Странно, — он хмыкнул, вытаскивая из кармана пачку конфеток, точно таких же, какие любила доктор Асприна. Мужчина покрутил их в руках, а затем поставил на стол, так и не открыв. — Мне казалось, вы умная девушка.

Я сглотнула, цепенея всем телом. Кажется, даже волосы на голове были готовы зашевелиться. Это он сейчас спрашивает об измене? Подозревает Азара? Намекает на то, что Эмма ему все рассказала?

Он знает, что я не беременна? Или не знает?

— Азар при мне никогда не обсуждал этого, — я старалась говорить, взвешивая каждое слово. — Мы вообще мало разговаривали.

— Хм… — Риарио наклонился, опираясь руками на стол. Его желтый глаз блестел неровным светом. Он шумно втянул носом воздух. — Не вздумайте мне лгать, Даниила. Я чую, как пахнет ложь. И сейчас я чую, что вы мне лжёте.

Ладони вспотели, меж лопаток неприятно зачесалось. Я понятия не имела, действительно ли оборотни могут иметь такие способности, или этот службист просто берет меня на испуг.

— Уверен, человеческой девушке было чему удивиться в поведении оборотня, — продолжал тем временем мужчина. — Может быть, вы видели что-то странное?

— Да, видела…

Сердце билось часто-часто, а перед глазами стояли фотографии девушек с флешки. Ведь весь этот допрос не просто так. Азара в чем-то подозревают.

Службист оживился, его зеленый человеческий глаз довольно прищурился:

— Расскажите мне.

— Он… он… облизал мою ногу.

— Эмм?.. — от неожиданности Риарио перестал владеть лицом и брезгливо поморщился.

— Да, вот и мне это тоже показалось странным, — покивала я. — Но откуда я знаю, как там у оборотней принято. В академии нам говорили, что нужно соглашаться со всем, что говорит жених, и кто я такая, чтобы спорить, если ему хочется лизать мои ноги?

— Может быть, еще что-нибудь? — Риарио махнул рукой, показывая, мол, про ноги ему не интересно. — Ведь было же еще что-то?

— Вы хотите знать все подробности? Ну… того, как мы… — я смущенно опустила глаза.

— Нет! — рявкнул капитан. — Я не об этом. А о том, что Азар говорил вам.

— О! Да, было странное! Он говорил…

— Ну… — Риарио вновь пододвинулся ближе. От него пахло терпким парфюмом, от которого чесалось в носу и хотелось чихать.

— Что нельзя подходить к Рамовски.

Капитан разочарованно закатил глаза.

— Нет! Серьезно! Это было очень странно. Он сказал мне, что оторвет голову, если увидит рядом с ним, представляете?

— Хотите сказать, что он ревновал вас, и это вам показалось странным? — Роберто переспросил меня так, словно говорил с маленьким ребенком.

— Нет! То есть да! Это было очень странно, потому что насчет гарема Азар совсем не возражал.

— Какого еще гарема?

— Гарема, который мне обещал устроить его дядя. На самом деле, это гениальная идея! — я воодушевленно принялась рассказывать о том, что говорил дядюшка Альберт. — Человечек, способных родить от оборотня, мало, а оборотней становится больше, благодаря хозяйственным академиям. И дядюшка предположил, что со временем покупать девушек придется вскладчину. То есть у каждой девушки будет по три, четыре, пять мужей сразу… Только с этим встает одна проблема, я никак не могу понять…