Собственность Альфы - Екатерина Вострова

— Какая еще проблема? — кажется, Риарио начинал терять терпение и потихоньку закипать.

— Кем мужья будут приходиться друг другу? — я похлопала глазами, стараясь выдержать разномастный взгляд службиста. — Муж мужу муж?

— Так, все, — он хлопнул ладонью по столу, отчего я вздрогнула, резко замолчав.

Может быть, я перегнула палку? Чтобы хоть на что-то отвлечься, впилась пальцами правой руки в запястье левой. Боль чуть-чуть отрезвила, помогла справиться с эмоциями.

— Так почему Азар взял вас? И не говорите, что вы не знаете, — тон капитана был жестким и хлестким.

— Сказал, что ему мой запах понравился.

— Зачем ему вообще вдруг понадобилась невеста?

Я вспомнила, как говорила об этом с Эммой в один из дней у нее в клинике. Тогда доктор в очередной раз жаловалась мне, что жалеет, что вообще связалась со всей этой авантюрой. Поставила под угрозу свое имя и репутацию. Я возразила ей, что никто не стал бы платить большие деньги просто так. И она прекрасно знала, что идет на риск.

Доктор же…

— Доктор Асприна предполагала, что семья Азара очень давила на него, чтобы он женился и заводил детей поскорее. Она сказала мне это.

— И это все? Из-за давления семьи?

— Вы его мамашу видели? — не слишком вежливо прыснула я, но тут же поправилась. — То есть нашу любимую дражайшую мамочку, которую я так люблю. И его, Азара, сестрицу. Стерву и крысу. То есть я хотела сказать «стильную красотку»…

На самом деле я не думала плохо ни о матери Азара, ни о его сестре, хотя они ко мне и не слишком хорошо относились. Но если Риарио и вправду чувствует ложь, то подобные оговорки должны сбить его с толку и отвлечь. Пусть лучше думает, что я сама та еще алчная стерва и интриганка.

— Вы ведь не глупая девушка, Даниила, — улыбка на лице капитана превратилась в оскал. Зеленый человеческий глаз сверкал гневом, выдавая его эмоции. — Знаете, какие проблемы я могу вам обеспечить? Сначала вызвать свидетелем по делу, а от свидетеля до обвиняемого — один росчерк пера. Особенно если окажется, что вы станете сопротивляться приводу.

Слово «сопротивляться» он произнес так, словно под ним легко можно было понять все что угодно.

— Вы так говорите, словно готовы лгать перед судом, — я еще сильнее впилась ногтями в запястье. Кажется, теперь шутки кончились, и, не получив своего, Риарио перешел к прямым угрозам.

— Я этого не говорил. Лишь заметил, что в случае разночтений суд встанет на мою сторону, — голос был ленивым, почти сонным. Капитан был уверен в себе на все сто процентов.

— А как же честь ведомства?

— У меня вневедомственная служба, — усмехнулся он.

Какое-то время в кабинете было тихо. Я молчала, боясь ляпнуть что-нибудь не то, службист пристально рассматривал меня своими разноцветными глазами.

В конце концов, он не выдержал первым, бросил быстрый взгляд на свои дорогущие часы и кинул передо мной на стол визитку:

— Вот, позвоните мне, если что-нибудь вспомните или узнаете.

Он поднялся, нависнув надо мной, но, задумчиво постучав себя указательным пальцем по губам, уселся вдруг прямо на стол.

— А вообще, знаете… женитьба, дети — это, должно быть, здорово. Вы как? Готовы стать матерью? — неожиданно резко он сменил тему.

Мысленно я уже успела выдохнуть, что Риарио собрался уходить, и сейчас оставалось лишь скрипнуть зубами от бессилия его выпроводить:

— Пока не думала об этом.

— О, десять месяцев пройдут быстро… Или сколько там человечки обычно детей носят?

— Девять.

— О, это хорошо. Значит, если я тоже куплю себе девушку, то у меня будет минимум девять месяцев, чтобы развлечься, — неприятно хохотнул он. — Как думаете, стоит?

Он говорил «развлечься» с таким придыханием, что мне показалось, ничего хорошего он под этим не подразумевал.

— Смотря что вы понимаете под развлечениями. Наносить увечья запрещено законом, — не удержалась я.

— Я несколько лет работал на оперативной службе, — в голосе Риарио мелькнула скрытая гордость, — и умею причинять боль так, что ни следов, ни увечий не остается.

Он снова засмеялся, и на этот раз от его смеха по спине прошли мурашки.

То ли он действительно так хвалился, то ли пугал, что в случае чего — будет готов и ко мне применить такие же методы, чтобы выудить нужную информацию.

«Ушел бы уже!»

Слишком неуютно было находиться рядом с этим оборотнем. Кажется, даже герберы у окошка начали вянуть от его присутствия.

Мужчина посидел еще немного на краешке стола, но, не дождавшись, что я что-нибудь скажу, кивнул на прощание и наконец покинул кабинет.

Я шумно выдохнула и опустила ставшую неимоверно тяжелой голову на стол.

— Ну, что он хотел? — Ибусов вихрем ворвался в комнату.

«Этого только сейчас не хватало! Нет, с такой работой нужно не два выходных в неделю, а пять, а лучше шесть!»

— Спрашивал, почему Азар на мне женился.

— И что ты ответила? — не сдаваясь, допытывался оборотень.

«И он туда же!»

— Тебе тоже это очень интересно? — я скрестила руки на груди, выпрямляясь в кресле.

«Куда я там сумочку положила?» — нужно забрать свои вещи и вызвать такси.

Георг тем временем взъерошил волосы, совсем как порой делал Азар.

— Ладно, плевать. Надеюсь, ты не сболтнула ничего лишнего. Мне нужна подпись с тебя, это срочно. Приглашение на мероприятие…

— Положи на край стола, сегодня я уже слишком устала, чтобы что-либо читать…

Ибусов неопределенно поцокал, но все же положил к другим бумагам. Однако сам с места не сдвинулся:

— Это приглашение в Хозяйственную Академию, — сказал после небольшой паузы.

— Что? — я не удержалась и подтянула к себе цветастый документ, пробегая глазами.

Сверху эмблема Академии — женский силуэт на фоне луны. Ниже — текст, написанный желтыми чернилами на темном фоне. Действительно приглашение. На мое имя.

— Они зовут тебя выступить с лекцией перед ученицами. Как особо выдающуюся выпускницу, — пояснил мужчина.

— И о чем они хотят, чтобы я им рассказала? — растерянно спросила. — Тема: «Как залететь, а потом избавиться от своего жениха, чтобы стать веселой вдовой и жить в свое удовольствие?». «Присвой к рукам его фирму и получи гарантированный доход?».

— Звучит увлекательно. Я б послушал. Журналы бы такое с руками оторвали, — глубокомысленно закивал он. — Я серьезно.

— А я нет. Я не собираюсь туда ехать!