Дороги богов - Евгения Огнёва

Солнце еще стояло высоко в небе, когда до ее слуха донесся Зов.

Королева изумленно раскрыла глаза. Кейн все так же спал, его плечи вздымались и опускались равномерно, тяжелая рука лежала на талии девушки.

Жанна осторожно высвободилась, села и прислушалась. Зов повторился.

Девушка наспех оделась, накинула плащ и подошла к выходу из шатра. Она перешагнула через Тару, так звали новообращенную лоринку.

На улице ярко светило солнце, перекликались птицы и угрюмо расхаживали туда-сюда дозорные. Их бледные выцветшие лица напоминали мертвецов.

Королева выскользнула из шатра, все больше прислушиваясь к Зову. Ноги несли ее прочь от лагеря, никто не мешал ей и не обращал внимания. Оба Раска присоединились к гвардейцам короля и перестали преследовать ее. Они поклялись защищать королеву, но не от короля.

Девушка спустилась к морю. На побережье ее ждал мужчина в военной ярко-желтой форме.

Солнце невыносимо слепило глаза, казалось слишком ярким и горячим даже в осеннюю пору. Играли блики на голубой воде, шуршали волны, разбиваясь о прибрежный песок.

– Я рад, что вы ответили мне, госпожа. – Учтиво поклонился он.

Жанна запоздало ощутила корицу и бадьян, но бежать было бы глупо и ниже ее достоинства.

– Герцог ди Герра. – Жанна ответила на поклон. – Чем обязана столь позднему разговору?

Герцог скрывал свое лицо в тени капюшона. Не потому, что боялся быть узнанным, нет. Он знал, как уродует солнечный свет верийскую внешность и не хотел пугать королеву, чья красота сохранялась неизменной в любое время суток.

При свете дня Жанна выглядела больше похожей на человека: на ее щеках играл здоровый румянец от осеннего мороза, ясные фиолетовые глаза теряли золотой блеск, а черты сглаживались и становились нежнее.

– Я посмел потревожить вас по одному деликатному делу. – Вкрадчиво и тягуче заговорил Лино. – Не откажите в прогулке, госпожа?

Жанна кивнула и положила ладонь на подставленный локоть.

– Мы очень дружны с родом Гевальт, как вам известно.

Жанна разочаровано вздохнула. Настойчивости Фауста можно было лишь позавидовать! Его маниакальная симпатия начинала не просто пугать, но раздражать.

– Я слушаю вас, продолжайте. – Она нахмурилась.

– Я пришел сюда без ведома князя. Я пришел просить вас пощадить его чувства. Верийцы крайне редко способны испытывать хоть какие-нибудь эмоции в такой мере. Поймите, мы живем столетиями и наши ощущения притупляются. – Торопливо заговорил Лино и его голос стал вдруг твердым. Ни следа мягкости и ехидства. – Я привязан к Фаусту. Он стал мне братом, когда мой отец убил мать и пытался убить меня. Но вы видели все сами.

Жанна смущенно кивнула. Она видела. Дар время от времени проявлял себя, и прошлое, самое темное и тяжелое всплывало в ее сознании. Она знала почти все черные моменты жизни Истинных, их слабые места.

– Чего вы хотите, герцог? – Лоринка остановилась.

– Не терзайте его, госпожа. Вы то распаляете в нем надежду, то отворачиваетесь! – Жестко отчеканил Лино. – Гевальты не такие гибкие, как мы и не такие равнодушные как Гайос. Их способность превращаться в волков – их сила и слабость. Они воспринимают мир глубже и эмоциональнее. Вы сводите его с ума, а я не хочу смотреть, как угасает разум моего брата. Или дайте себя любить, или дайте повод себя ненавидеть.

– Что за условия, герцог? – Надменно спросила она. – Князь сделал свой выбор. Мари де Гинейро, должно быть счастлива, как и Агнесс. – Комок подступил к горлу. – О чем же тут можно говорить? Разумеется, столь благородная кровь не может смешаться с полукровкой!

Лино ехидно рассмеялся.

– Великий Кейн так не считает, госпожа.

Девушка покраснела еще больше.

– Еще один ответ на ваш вопрос: королева принадлежит королю, разве нет? – Парировала Жанна.

– Вы помните свою клятву? – Шепнул герцог ди Герра, обрывая ее гневную речь.

Он замолчал, Жанна недовольно свела брови. Каждый второй советовал ей и учил. И никто не спрашивал, чего она хочет. Почти никто. Откуда герцогу известны подробности столь, казалось бы, интимного момента в ее жизни?

– Вы – удивительное создание, Ваше величество. – Герцог лукаво улыбнулся. – Мне бы стоило ненавидеть Вас за мою убитую подругу, но я начинаю питать к вам искреннюю симпатию.

Жанна недоверчиво покосилась на верийца. Но мысли Лино были просты.

– Что изменилось? – Смущенно спросила лоринка.

– Вы преданы своим идеалам, отважны и несгибаемы! – Лино с восторгом прижал руки к груди. – Я даже завидую Фаусту: он разглядел вас первым! Верийцы редко испытывают такие сильные чувства. Смертные рады отдать себя высшим существам. Раствориться. А вы отважно подавляете двух не самых слабых верийцев!

– Вы льстите мне! – Жанна потупилась. – Я мчалась в Лорин, чтобы уничтожить вашего бога! Но теперь… Я верю ему. Хочу верить.

Лино удовлетворенно кивнул:

-Иначе и быть не могло, моя королева! Он – и ваш бог теперь. И все же, одно дело – вера и служение, другое – личные отношения. Можно без конца восхищаться красотами гор, но горы не способны ответить взаимностью. Будьте осторожны с нашим богом и не ждите от него страстных речей и жертв во имя любви.

Некоторое время они шли молча, возвращаясь в лагерь.

– Поправьте меня, если я не прав: вы безвозвратно отвернулись от волчьего рода?

Жанна замялась.

– Могу я попросить вас вернуть залог вашего расположения?

Девушка сникла: кольцо было утеряно. Кейн отшвырнул его как безделицу. Лино все понял и кивнул.

– Хорошо. Я понимаю. Этим ситуация становится еще опаснее. Но держитесь принятого решения, прошу. – С поклоном произнес герцог, целуя руку королевы.

– Чего он хочет от тебя? – Раздался низкий голос Кейна за спиной.

Оба обернулись. Король требовательно смотрел на Жанну, она молчала.

– Я просил прощения… – Голос герцога снова стал вкрадчивым.

– Ты уже заплатил за свои проступки. – Кейн небрежно махнул рукой, давая понять, что Лино пора удалиться.

Высокий и свитый из тугих мышц Кейн выглядел грозно рядом с Жанной. Его белое лицо выражало недовольство, так что ди Герра попятился назад, гадая о причинах гнева короля, и поспешил скрыться.

– Почему я должен искать тебя? – Донеслось до острого слуха Лино. – Твое место рядом со мной.

«О, да он не на шутку взбешен!» – Понял герцог.

– Если будешь проникаться состраданием к каждому второму, – тебе лучше вернуться в Верес! – Жестко и сухо произнес Кейн, когда любопытный пронырливый Лино скрылся из вида. – Не зачем жалеть каждого смертного, который попадется на твоем пути. Полукровки никогда не будут благодарны тебе за заступничество, Истинные всегда ищут выгоду.