Уже не новичок - Дмитрий Зимин

— О. Тогда... Это очень предусмотрительно.

— А в твоём измерении разве нет таких артефактов?

— На Земле вообще нет магии. Альпинисты используют верёвки и крючья. Но мы, гордые верхолазы городских джунглей, обходимся без страховки.

— Ты просто безумен, Макс.

— Именно так меня и зовут, если ты забыла.

— Если бы я знала, что у тебя нет страховки... — она приблизила свои губы к моим очень близко, и я почувствовал тёплое, отдающее лимоном и мятой дыхание. — Я бы не позволила тебе взбираться на дракона.

— Для тебя это может оказаться новостью, — я тоже прижался к ней губами. Щека к щеке, дыхание в дыхание... — Но я бы не стал спрашивать у тебя разрешения.

— Именно поэтому мы и висим на МОЁМ артефакте.

— Обязательно обзаведусь парочкой, — я улыбнулся. — Когда окажусь на земле.

Мы одновременно посмотрели вниз. Поверхность была уже довольно близко. И это была поверхность... колышущегося травяного моря.

— Упс... Что будем делать? — я посмотрел в такие близкие, и от этого ещё более манящие глаза Кассандры.

— А, вот теперь ты СПРАШИВАЕШЬ...

— На мой взгляд, ты обладаешь более полной информацией о предмете.

Пока я говорил, ноги мои коснулись кончиков травы. А так как я был босиком...

Уй! Твоего дракона за ногу!.. Какая же она острая...

— В артефакте кончается энергия, — сообщила Кассандра. — Обычно его хватает подольше, но наш общий вес...

— Прости, дорогая, но сейчас эти сведения кажутся мне излишними.

Мы стремительно снижались. Трава окружила нас со всех сторон, и сухо шелестя, покачивалась на ветру.

Перед самой поверхностью артефакт отказал.

— А-а-а... Оу-у-у... Ох, блинский ёж.

— Ты цел?

— Относительно. А ты?..

— Нормально. Главное, не двигайся.

— И как я сам не догадался?..

При падении нас отбросило друг от друга метра на четыре. И теперь мы переговаривались сквозь густые пучки осоки.

— Ты видел, где мы приземлились?

— Километра два от края моря. Примерно.

— Хреново.

— Может, в твоём арсенале найдётся что-то вроде мачете? Я мог бы прорубить нам тропинку...

— Это стальная трава. Её не берут никакие ножи.

— Тогда просто протоптать?

— Ты босиком. А на мне мягкие спортивные тапочки. Ну знаешь, для бесшумной ходьбы.

— Ладно, тогда дождёмся контрабандистов, — сказал я. — Ты говорила, их здесь много по ночам. Подадим сигнал бедствия, и...

— Задница скоро зайдёт.

— Отлично. Значит, не придётся долго ждать.

— С его заходом начнётся прилив.

— Прилив?

— Очень мощный ветер, который буквально пригибает траву к земле. Волны идут одна за другой, и...

— Мы попадём в газонокосилку, — я беспомощно огляделся. А потом предложил: — Может, ты заберёшься мне на плечи?

— Ты превратишься в фарш.

— Да нет, я не о том. Ты позовёшь Зебрину, и...

— Исключено.

— Слушай, глупо думать о ваших трениях, когда нам грозит...

— К СЧАСТЬЮ, драконы не могут спускаться в травяное море. Именно для этого оно здесь и есть, понимаешь? К тому же, твоя маленькая подружка скорее сожжет тебя дотла. Драконы, знаешь ли, очень злопамятны.

— Она не станет...

— Мы говорим об одной и той же Зебрине? Той, что сбросила тебя с маяка пять минут назад?..

— Ладно, проехали.

Мои мысли скакали, как блохи на сковородке. Выход. ДОЛЖЕН быть какой-то выход...

Ветер усилился. И когда кончики травы наклонялись в мою сторону, на коже оставались тонкие, но очень болезненные порезы. Когда он станет ещё сильнее... Вы когда-нибудь резали яйцо такой штукой с натянутыми проволочками?

Вот и я об том же...

— Ты говорила, у тебя ПАРОЧКА левитационных артефактов.

— Это и был второй. Первый я потратила, поднимаясь на маяк.

— Может, если вытоптать площадку побольше... — я прикинул высоту травяных стеблей. — Ну знаешь, как круги на полях.

— Не представляю, о чём ты, — мрачно заметила Кассандра. — Но здесь водятся травяные змеи.

— Змеи?

— Здорово чуют кровь. Сползутся, как только мы начнём двигаться.

— Слушай, ты мне совсем не помогаешь.

— Потому что пора посмотреть правде в глаза, Макс: нам крышка.

— Ерунда. Безвыходных ситуаций не бывает. ЭТОМУ вас в школе убийц не учили?

Терпеть не могу, когда опускают руки.

Бабуля всегда говорила: пока дышишь, есть надежда. Даже когда у неё случился инфаркт, и приехала скорая, чтобы забрать бабулю в больницу, она улыбалась. И говорила мне, готовому заплакать: — Я же дышу, Максимка. Так что надежда ещё есть...

— Учили, — откликнулась Кассандра. — Учили тому, что последний выход есть всегда: вперёд ногами.

— Я не согласен.

— Да ну? Вот так сюрприз.

Ветер стал ещё сильнее. В нём появились резкие свистящие нотки. Словно кто-то водит пенопластом по стеклу.

Жуткое ощущение.

— Может, мы используем твою кожаную куртку для того... — начал я.

— Заткнись, — бросила Кассандра. И неожиданно появилась рядом со мной — я не заметил, как она приблизилась.

— Как ты пробралась сквозь... — я посмотрел на её ноги. Лёгкие матерчатые тапочки были сплошь одни дыры, и держались на честном поросячьем слове.

— Ты слышишь это звук? — спросила она, напряженно вертя головой. Кажется, волосы Кассандры несколько укоротились...

— Да. Только не говори, что это — последний звук, который мы слышим в своей жизни.

— Это наше спасение.

— Потому что я не согласен сдохнуть под вопли застрявшей в трубе кошки... Что?

— Подними меня на плечи.

— Ты права. Глупо умирать обоим. Давай, — я сложил руки ковшиком и подставил Кассандре. — Забирайся. Я постараюсь продержаться как можно дольше.

— Ты идиот, Макс, — прижавшись всем телом, Кассандра меня поцеловала. — Был идиотом, и наверное, таким и останешься. Но я тебя люблю.

— Что?..

Но она уже вскарабкалась по мне, и ловко встала на плечи.

— Э-ге-гей! — закричала Кассандра. Ветер подхватил крик и понёс над травяным морем.

— Я и так тебя слышу!..