Черный клан - Алекс Градов

«Смерть только освобождает от телесных оков…»

«А ну-ка!» — Я с воодушевлением щелкнул по ссылке и прочитал всю фразу целиком:

«В любви и смерти — путь к превращению. Вместе они сжигают жизнь, что отделяет человека от страны, из которой не возвращаются…»

Ни начала, ни конца, ни пояснений, и даже источник указан не был. Ну и что бы это значило?

Я почесал в затылке. В этом загадочном отрывке определенно был какой-то смысл. Я это чувствовал, только не мог выразить словами или хотя бы сформулировать мысленно.

«Это не ответ, — сообразил я. — Это подсказка…»

Грег сказал сегодня немало слов о смерти, но о любви даже не упомянул…

Несколько минут я сидел неподвижно, повторяя про себя эту фразу. Потом меня посетила неожиданная идея. Я взял телефон, набрал номер Ники и пригласил ее в гости. Под предлогом проконсультировать меня и посоветоваться. И вообще обсудить происходящее. Хотя сам толком не понимал, зачем она тут нужна.

Ну, если не считать того, что я по ней давно уже соскучился.

Дождь на улице усиливался. Казалось, уже темнеет, хотя до заката было еще далеко. Снаружи было сумрачно, свистел ветер, капли барабанили по стеклу. Мы с Ники сидели на полу — она на ковре возле дивана, я на паркете под батареей, куда, откровенно говоря, уже несколько дней как перебрался спать. Пили чай. Разговаривали об интересном. Я глядел на Ники, как она рассеянно перебирает мои книги, время от времени быстро взглядывая на меня, и думал — хоть бы этот день тянулся подольше! На душе было невероятно спокойно и тепло. Наверно, это и называется — быть довольным жизнью. И почему я не приглашал ее в гости раньше?

Разговор шел о задании Грега. Я делился результатами поисков по «ритуальной смерти». Ники слушала, кивая. Комментировала в том духе, что меня занесло куда-то не туда. Я не спорил, потому что и сам так считал.

— …короче, можно закопаться в землю, но это как-то глупо, — закончил я.

Ники подняла взгляд, внимательно вглядываясь в мое лицо.

— У тебя с Грегом какие-то проблемы?

— Уж скорее у него со мной, — ухмыльнулся я. — Нет, вроде все идет путем. Если не считать этого задания. А почему ты спросила?

— Грега что-то беспокоит, — сказала Ники, помолчав. — Связанное с тобой. Я-то думала, он уже давно начнет тебя учить — ну, как меня, — а он все чего-то тянет. Словно выжидает. Вчера с Валенком ругались. Потом Валенок ушел злющий, а Грег взял и ни с того ни с сего прочитал мне лекцию о морали. Об оружии, которым лучше не пользоваться. Не знаешь, к чему бы?

— Неа, — соврал я.

Мне сейчас не хотелось говорить о неприятных вещах. Вместо этого я сказал:

— Хочешь узнать, почему он ругал Валенка?

Раз уж Грегу все равно все стало известно, я решил нарушить наш с байкером уговор и рассказал Ники о позорной охоте на змея-искусителя.

Ники, слушая, развеселилась как ребенок. Ничего другого я от нее и не ожидал.

— Валенок и есть Валенок! — хохоча, заявила она. — Вы с ним два сапога пара! Только ему не передавай, а то он тебя убьет сгоряча. Не понимаю, как он ухитрился упустить этого гаденыша, особенно под землей!

— Почему именно под землей? — с любопытством спросил я.

— Земля — родная стихия Валенка.

— В смысле?

— Она усиливает его возможности. А он ею управляет.

— Как это?

— Да как угодно. Вплоть до землетрясения. Ну, небольшого. Все-таки не настолько он крут…

— Ого! — пробормотал я, не очень-то поверив Ники.

— А может, Валенок и не лох, — подумав, очень серьезно сказала девушка. — Может, он проявил разумную осторожность и бросил преследование, когда понял, что змей не один, а с хозяином. Или вообще заманивает его в ловушку. Или нарочно уводит его от тебя…

— Он говорил, что на змее была какая-то «печать», — вспомнил я. — Что-то вроде кнопки «аварийный сброс хвоста». Понимаешь что-нибудь?

Ники кивнула.

— И что ловить его надо, когда он будет в человеческом облике.

— Разумно, — сказала она с важностью. — Видишь ли, Валенок неуверенно чувствует себя в лимбе. Он там уязвим для хозяина змея, который, естественно, гораздо сильнее. Поэтому безопаснее выманить змея из лимба сюда и лишить его всех преимуществ истинного облика…

— Стоп, стоп! — встрепенулся я, услышав новое слово. — Что такое лимб?

Ники потянулась, закинула руки за голову.

— Как бы тебе объяснить… Можно сказать, что это иной слой мира, который людям недоступен. Это, — она обвела рукой сумрачную комнату, — все, что тебе позволено увидеть в низшем теле. Но ты ведь не считаешь, что твое видение — объективная реальность, правда?

— Но я человек, а вижу много такого, что не вписывается в понятие о реальности. И почему именно лимб?

— Так его называют мои родственники, — не очень понятно сказала Ники. — Некоторые люди с даром способны видеть лимб и даже действовать в нем. Они видят его черно-белым и считают пространством, свободным от иллюзий. И очень ошибаются, потому что лимб вовсе не истинный облик мира, и даже не единственный… Мне, видишь ли, есть с чем сравнивать. Есть в самом деле иные миры. Есть такие места, которые отделены от нашего мира непроницаемой границей. Есть такие, куда можно легко попасть, но очень трудно выйти. А лимб… Это не другой мир, а просто способ видеть.

— Так-так! Значит, тот расплывчатый черно-зеленый мир со всякими тварями, в который я попадаю, когда смотрю змеиным глазом, — это и есть лимб?

— Говоришь, зеленый? — хмыкнула Ники. — Прикольно! Это потому, что твой глаз слишком рано заработал, и мозг не успевает адаптироваться. Понимаешь, змеиным глазом ты видишь в гораздо более широком диапазоне, чем обычные люди. Ну, как с ультра- и инфразвуком. Но ты не беспокойся. Со временем привыкнешь и начнешь, как бы это сказать, — видеть двумя глазами сразу. И граница совсем сгладится…

Я с жаром кивнул. Чего ж тут не понять!

Теперь ясно — Ники и Грег, говоря, что змеиный глаз нормальный, не врали и не издевались. По сравнению с ним человеческий глаз действительно казался мне слепым.

Страшно подумать, что я сам, по своей воле, чуть не остался на всю жизнь калекой!

— …но это опасно, — тем временем продолжала втолковывать Ники. — Особенно поначалу. И если никто тебе не поможет, не подскажет и не защитит — твои дела плохи. Все равно как в фантастическом романе, когда герой просыпается в чужом незнакомом мире, который существует по иным законам, а он голый и беззащитный и должен как-то выживать…

— Или когда начинаешь новую онлайн-игру, и ты на нулевом уровне с базовым вооружением и десятью пойнтами здоровья, — подхватил я, — и не знаешь, какие монстры опасны, а с какими можно просто поболтать…